Чтение онлайн

Когда магические языки отступили, и пастух облегчённо вздохнул, то сразу прикоснулся к собственной щеке в надежде нащупать чистую здоровую плоть. К его сожалению, всё осталось по-прежнему. Хмурое лицо волшебника, всё ещё охваченное магическим огнём нагнетало обстановку не меньше, чем его задумчивое молчание.

«Что-то… странное, — Шеймус опустился в кресло, прищурив глаза. — Нет никаких сомнений, что это — магия… но что за разновидность? Тьма? Нет. Не думаю. Может какое-то проклятие? Нет. Тьма действует иначе»

Задумчивый взгляд волшебника пробежался по изолятору и блестящим глазам людей, ожидающих судьбоносного вердикта.

«Или… — серые глаза округлились. — Это — не стихийная магия»

— Как я и сказал, болезнь имеет магическую природу. Хворь очень цепкая, но вылечить можно. Леди Бьянка, вижу, у вас есть некоторые познания в алхимии. Я дам вам рецепт и парочку наставлений. Что до больных — люди должны оставаться в изоляторе до тех пор, пока не пройдут первичные признаки. Опасность распространения заключается в крови пациентов, при её попадании в открытую рану или пищу. Продолжайте использовать мазь подорожника, чтобы облегчить симптомы. Настойка гнилонога позволит снизить наносимый организму вред и частично нейтрализовать токсины в крови. Нужно обязательно отыскать яроцвет! Уверен, что он есть на рынках Форка. Лучшие ваши друзья — сон и здоровый отдых. Леди Бьянка, прошу сопроводить меня к старосте Герварду. В пути обсудим план дальнейших действий и рецептуру снадобий.

В отличие от многих мудрецов, что пытались объяснить магией любое необъяснимое явление, Шеймус действительно уловил её эффект. Старик ощутил это, едва прикоснувшись к телу Николая. Но было ещё кое-что не озвученное волшебником. Причина, по которой Шеймус спешным шагом направлялся в дом старосты, дабы настаивать на вмешательство со стороны имперских властей, а возможно и самой инквизиции.

Подобные симптомы не были болезнью в прямом смысле этого слова — скорее реакцией организма на экзогенную субстанцию, ныне находящуюся в крови людей. Шеймус встречал подобное раньше, во времена активности запретных еретических культов на территории южных пустынь. Подобный вид человеческого тела — начальная, но отнюдь не конечная ступень искажения, свойственную лишь для одной известной старику школы магии — магии крови.

3

— Оно как! — покачал головой Гервард. — Магическая болезнь? Магия крови? Эх, магистр Шеймус! Что бы мы без вас и вашей ученицы делали! У Бьянки, значится, есть рецепты как наших вылечить? Хорошо! На западную реку, как вы и сказали, ход закроем. Завтра же отправляю кого-то в форт Палефик, просить помощи у тамошнего командора. Пусть отрабатывают налоги, которые мы платим! Что же до вас… я уже договорился о провианте. Нет-нет! Уберите свои деньги! За вашу помощь ещё и брать с вас? Не по нашински это! Хорошо бы просить вас задержаться на пару дней. Содержание возьмём на себя. Но коль торопитесь, переночуете у меня, а утром всё соберём.

— Благодарю вас за гостеприимство, мсье Гервард, но боюсь времени у нас нет. Нужно отправляться в дорогу.

— Как же так? Ночью, даже разбойники стараются по перелеску не шататься.

— Нас ждёт один человек.

— Что ж, понимаю, магистр. Не смею задерживать. Конечно, если бы вы дождались утра… Эх! Бьянка, дорогая сходи, пожалуйста, к Эйоле. Она знает, что нужно отблагодарить дорогих гостей. Завтра начнём искать этот ваш яроцвет или яроцвет… как там его.

— Можно, я пойду с Бьянкой? — послышался тихий голосок из-под капюшона Лиары.

— Думаешь, стоит? — покосился волшебник.

— А почему нет, магистр? — вмешался староста. — Пусть дамы подышат. У нас, как правило, спокойно. Главное, в паб не лезьте. А мы с вами ещё помозгуем над планом действий.

Старик выдохнул и ответил коротким кивком.

— Только, не задерживайтесь.

— Туда и обратно, — кивнула Бьянка. — Берём ваши припасы и возвращаемся.

К тому времени солнце скрылось из виду, и даже бледные остатки его лучей оказались неспособны побороть мглу. Дымка тумана, что в течение последних часов медленно вилась от земли, окончательно охватила деревню, окутав местность густой пеленой.

Вечерняя Маркана, как и следовало ожидать, отличалась от своего дневного облика. Исчезли толпы детей и одинокие старики, копошащиеся на собственных огородах. Дневную тишину сменили звуки иные, доносящиеся из-за стоек деревенского паба. Удивительно, сколь оживлённой становилась забегаловка с приходом вечерних часов. Свет факелов освещал её окрестности, проходя сквозь густой туман, а азартные крики, споры, стук стакана о стакан и струны гуслей перебивали голоса обитателей окрестного леса.

Эти люди, поглощённые тяжёлым трудом, из вечера в вечер собирались в стенах питейного заведения, а горький вкус эля оставался последней сладостью — отдушиной, что скрашивала их досуг на фоне общего упадка и всепоглощающей рутины.

Дом Эйолы Хансон — сестры больных лесорубов, расположился в западной части Марканы, на самом краю деревни, по соседству с домом Бьянки. Звуки, доносящиеся из паба, уже давно стали привычными для жителей села и не были способны потревожить их покой. Бьянке пришлось добрых пару минут колотить в дверь хижины, прежде чем Эйола отреагировала на стук. На приглашение войти Лиара ответила отказом, предпочтя убранству хижины свежий воздух и свет звёздного неба, столь же чистого и прекрасного, как и небо её родного дома.

«Какой густой туман! Надеюсь, у Крога и Ку’сиба всё хорошо. Наверное, уже нервничают, дожидаясь нас. Или же… Ох! Силанна, молю, не дай моих друзей в обиду. Эх, если бы…»

Мысль девушки оказалась прервана шумом, донёсшимся со стороны паба. Конечно, крики охмелевших жителей были в деревне обычным делом, но голоса, услышанные Лиарой, не звучали как какофония криков. Голоса имели определённый характер и посыл. Пусть Лиара могла разобрать лишь обрывки речи на фоне общего шума, она всё же уловила серьёзный настрой забулдыг и их неспешное приближение.

Послышался скрип дверных петель. На пороге дома появилась Бьянка, держа в руках мешок припасов — дар от благодарной сестры за помощь братьям. Женщина улыбнулась Лиаре, но тут же изменилась в лице, услышав приближение незваных гостей.

Целительница среагировала моментально, вручив «ученице мага» мешок и спрятала её за бочки. Благо, собак, способных на предательский лай, у Эйолы не было, а туман лишь набирал густоту.

— Сиди тихо. Я всё улажу.

Как ни в чём не бывало, Бьянка покинула двор. Лиара затихла в обнимку с мешком, вслушиваясь в ускоряющийся стук собственного сердца. Приближающиеся голоса, становились всё более отчётливыми, как и топот грузных шагов.