Чтение онлайн

Он выскочил из машины и с грохотом захлопнул дверцу. Филиппа даже не оглянулась.

Парадная дверь была приоткрыта, но дом казался пустым. Ламберт осторожно осмотрелся, стоя посреди прихожей. Ни следа Джиллиан. Машины Ричарда нет на месте – наверное, куда-то намылился со своей рыжей. Все разъехались – выходит, дом в его полном распоряжении.

Ламберт затрепетал от восторга. Наконец повезло! Думал, придется красться ночью, а не то и вообще дожидаться другого случая, а тут… Идеально!

Он взбежал по широкой лестнице. Коридор второго этажа был пуст и безмолвен. Ламберт замер, прислушиваясь, – ни звука. Оглянулся еще раз – проверить, не следит ли кто за ним, и осторожно двинулся к кабинету Ричарда. Эта комната, расположенная в стороне от спален, чаще всего бывала заперта. Если кто-нибудь его там застанет, не притворишься, будто попал туда по ошибке.

А, неважно, подумал Ламберт, нащупывая в кармане ключ. Ричард ему доверяет. Вот, даже ключ от кабинета дал – на всякий, мол, случай. Если начнут расспрашивать, всегда можно сказать, что искал какие-нибудь данные по работе. На самом деле Ричард почти не хранит здесь бумаг, связанных с компанией, но он будет исходить из презумпции невиновности. Так поступает большинство людей.

Дверь в кабинет была закрыта, однако, пробуя повернуть ключ в замке, Ламберт понял, что она не заперта. Теперь есть безупречное оправдание: заметил, что дверь в кабинет открыта, решил проверить… Войдя, он сразу направился к шкафчику с документами, выдвинул ящик и принялся перебирать папки.

Пятьдесят тысяч фунтов – не слишком большие деньги. Во всяком случае, для такого человека, как Ричард. Не обеднеет. Да что там, даже не заметит разницы. Ламберт позаимствует у него пятьдесят кусков, решит с их помощью свои проблемы с банком и при первой возможности вернет деньги. Лишь бы в конце года сошелся баланс, тогда никто ничего и не заметит.

Подделать подпись Ричарда – пара пустяков. Перечислить деньги с одного счета на другой – тоже. Сложнее решить, с какого именно счета их перевести. Нехорошо, если вдруг окажется, что он досуха вычерпал счет, предназначенный для расходов на хозяйство или на ежегодный отпуск. Зная Ричарда, нетрудно представить, что все деньги до последнего грошика у него расписаны на те или иные цели. Тут важно не ошибиться.

Ламберт закрыл верхний ящик и выдвинул тот, что под ним. Снова начал перебирать документы. Вдруг какой-то звук заставил его замереть с растопыренными пальцами. Что-то зашуршало за спиной. Что-то… или кто-то?

Он рывком обернулся и оцепенел. За письменным столом Ричарда, изящно скрестив ноги, сидела Флер.

Мысли заметались у Ламберта в голове. Давно она здесь? Неужели видела…

– День добрый, Ламберт, – приветливо поздоровалась Флер. – А что это вы здесь делаете?

Филиппа дочитала последнюю страницу и удовлетворенно откинулась на спинку сиденья. Ее слегка подташнивало, в мозгу теснились слова и образы, ноздри вдыхали аромат кожаной обивки, смешанный с запахом мятных пастилок, которые Ламберт всегда жевал за рулем. Филиппа открыла дверцу и сделала глубокий вдох, пытаясь вырваться из мира грез, вернуться к реальной жизни. Мысленно она все еще была в Швей царских Альпах, с Пьером, лихим инструктором по горным лыжам. Мужественные губы Пьера прижимались к ее губам, его руки запутались у нее в волосах, играла нежная музыка… Когда Джиллиан внезапно постучала по боковому крылу машины, Филиппа вскрикнула и ударилась головой о раму окна.

– Я собирала клубнику, – сказала Джиллиан. – Хочешь пить?

– О да, – пробормотала Филиппа. – Кофе хорошо бы…

Она выбралась из машины, спотыкаясь на подгибающихся ногах, встряхнулась и пошла за Джиллиан в дом. Пьер и Альпы понемногу отдалялись, тускнели, как полузабытый сон:

– Папы нет дома? – спросила она, без сил опускаясь на стул в кухне.

– У него встреча с Оливером Стерндейлом, – ответила Джиллиан, наливая воду в чайник. – Энтони тоже куда-то ушел.

– Наверное, мы слишком рано приехали. А эта…

Филиппа скорчила гримасу.

– Кто – эта?

– Ну, ты знаешь… Флер!

– А что? – довольно сухо спросила Джиллиан.

– Где она?

– Понятия не имею. – Джиллиан помолчала. – Мы только что вернулись от Элеоноры.

– От Элеоноры?

– Да.

– Вы ходили на завтрак к Элеоноре?

– Да. – Под изумленным взглядом Филиппы лицо Джиллиан как будто замкнулось. – В сущности, глупость, конечно, – прибавила она смущенно.

– Что-нибудь купили?

– Я купила. Вот это.

Джиллиан отвела в сторону голубой шарф и показала крошечную золотую черепашку на лацкане. Потом нахмурилась.

– Не знаю, правильно ли я ее приколола. Боюсь, она прорвет ткань и испортит мне платье.

Филиппа не верила своим глазам. Джиллиан никогда не носила брошек! И на завтраки к Элеоноре не ходила. Филиппа с матерью ходили, а Джиллиан всегда оставалась дома. А теперь, значит, с неожиданной ревностью думала Филиппа, Джиллиан пошла с Флер, а она осталась ни при чем.

Флер просто обожала шокировать мужчин. Даже почти не жаль, что ей помешали, – так приятно полюбоваться на ошарашенную физиономию Ламберта!..

Почти – но не совсем. Пока он не явился, все шло замечательно. Дверь в кабинет была не заперта, Флер проскользнула внутрь и принялась искать то, что ей требовалось. И нашла бы, если бы ее не прервали. Очевидно, Ричард – крайне организованный человек; все у него разложено по папочкам, рассортировано и пронумеровано. Первым делом она кинулась к письменному столу просмотреть свежую корреспонденцию и как раз рылась в верхнем ящике, когда пришел Ламберт.

Флер мигом нырнула под стол – этот прием был у нее отработан долгой практикой. Несколько минут она колебалась: вылезать, не вылезать? Может, пересидеть, пока Ламберт не уйдет? А вдруг он оглянется и увидит ее? Лучше, конечно, устроить ему сюрприз, чем быть обнаруженной под столом.

Тут она заметила, что Ламберт и сам какой-то дерганый. Прямо-таки как на иголках. Что это он там шурует в шкафу с документами? А знает ли об этом Ричард? И не происходит ли тут кое-что интересное? Пожалуй, надо дать ему понять, что она его заметила. Флер тихонько выбралась из-под стола, уселась в непринужденной позе на стул Ричарда и ждала, когда Ламберт обернется.

А теперь с удовольствием наблюдала, как выпучиваются у него глаза и краска выступает на щеках. Тут явно что-то кроется…