Чтение онлайн

Прижав одну руку к ноющим рёбрам, а второй цепляясь за снасти, Майкл поспешил вниз – но не к Еве, а в камбуз. Когда через полчаса он вернулся в каюту, в руках у него были бутылка с пресной водой, сыр, лимон и две холодные, сваренные в кожуре картофелины.

«Бофур» оказался из крепких, упрямо цепляющихся за жизнь стариков. Хлопая разорванными парусами, почти касаясь реями поверхности воды, он ещё неделю тащил последних двух пассажиров, и предъявил-таки Богу своё заключительное благое деяние: вывез их к скоплению островов, – большой и надёжной земле.

Ветер и прибрежное течение выбросили корабль на подводные скалы возле маленького, покрытого плотной зелёной растительностью островка.

Цепляясь за обломок такелажа, спасённые пассажиры «Бофура» доплыли до берега. За эту неделю Майкл поправился настолько, что смог вскарабкаться на ближайшее дерево. Осмотревшись, он сообщил своей спутнице:

– Слева, милях в пяти, ещё один остров, гораздо больше нашего. И справа видны острова – но те совсем далеко, у самого горизонта.

– Что будем делать? – спросила, запрокинув голову, Ева.

– Отдышусь, – сказал Майкл, спрыгнув на белый песок, – поплыву на «Бофур». Пока его не разбили волны, нужно переправить на берег всё необходимое для жизни. Особенно воду, оружие и рыболовную сеть.

Он действительно сплавал на пронзённый подводными скалами корабль – но только один раз. Судьба решила, что удачи эти двое получили вдоволь, – и отворотила от них свой всесильный и невидимый взор. За какие-то полчаса поднялся сильный и порывистый ветер, и на глазах у новоявленных островитян высокие волны раздробили корабль о подводные камни. Оставалось надеяться только на то, что на берег выбросит какие-нибудь бочки и ящики. А пока из всего имущества, которое Майкл сумел привезти, имелись лишь анкер с водой, топор и дюжина одеял.

Однако к их островку не прибило ничего из содержимого трюмов «Бофура».

– Нет каболки, – сокрушённо говорил Еве Майкл. – Значит, нечем связать плот. Рыболовных сетей не нашёл. Нет воды. Нет огня. Как глупо – умереть, ступив на твёрдую землю!

Ева утешала его, как могла. Но отчаяние давило и мучило и её, и она старательно прятала от Майкла невольные частые слёзы.

Нет! Не закончились на этом их переживания! Странную, небывалую смесь ужаса и ликования испытали они, выбравшись утром из-под просушенных одеял. Рядом с их случайным временным лагерем стояли бочонок с водой, две корзины с провизией, плетёное лукошко с куриными яйцами (сваренными!), а также лежал большой кусок парусины с завёрнутой в него лопатой. Кроме того, на парусине лежали кремень, огниво и сухой трут.

– Та-ак, – прошептал Майкл, потрясённо разглядывая то, во что разум отказывался верить. – А ты, Ева, что-нибудь видишь?

Девушка, торопливо поправляя спутанные за ночь волосы, подошла и присела перед корзинами.

– Здесь где-то есть люди, – произнесла она, не решаясь прикоснуться к дарам.

– Очевидно следующее, – взволнованно проговорил Майкл. – Первое: Люди здесь есть. Второе: их жизнь здесь благополучна. И третье – эти люди добры.

Он взял из корзины одно из сваренных вкрутую яиц, «клюнул» его сгибом пальца и, с хрустом содрав скорлупу, надкусил.

– Свежее, – промычал он и протянул Еве бело-жёлтую половинку.

– Но Майкл! – не обращая внимания на крошечное жёлтое солнце в её ладони, воскликнула Ева, – если люди были здесь ночью, значит, у них имеется лодка! Или даже корабль!

Быстро взглянув друг на друга, они что было сил помчались по кромке своего островка, вдоль медленных волн уставшего после вчерашней бури прибоя.

– Вот!

Майкл остановился. Ева, тяжело дыша, догнала его и встала рядом. Волны успели слизать с песка ночные следы ног, но неглубокая, вдающаяся в берег канавка отчётливо выделялась.

– Канавку оставил киль шлюпки, – уверенно заявил Майкл. – Значит, ночные гости приплывали к нам вон оттуда.

Он поднял голову и стал всматриваться в лежащий неподалёку остров.

– Неужели там кто-то есть? – прижав руки к груди, с надеждой и страхом прошептала Ева, отступая к Майклу за спину.

И, словно в ответ на её слова, от острова отделилось тёмное пятнышко и стало медленно двигаться в их сторону. Шлюпка! Невесомо и до странного медленно поднимались и опускались на воду вёсла. Вихрь мыслей пронёся в головах последних пассажиров «Бофура». Страх всё отчётливее стал холодить их сердца. В самом деле, кто знает, что за люди приближаются сейчас к ним в этой неведомой шлюпке – так медленно, и так неотвратимо? На окраинах мира, где нет ни полиции, ни друзей, ни хотя бы добрых соседей – лучше встретиться с ядовитой змеёй, с диким зверем – нежели встретиться с человеком. Привезли ночью еды и огня? Так что же? Вдруг это пираты, торгующие рабами, которым выгодно, чтобы двое случайных гостей на ближайшем невольничьем рынке выглядели хорошо? А вдруг это каннибалы? Или прокажённые, страдающие от неизлечимой, прилипчивой, страшной болезни? Как тяжело ожидать…

Уже стали отчётливо слышны шлепки длинных вёсел, и шлюпка шевелилась в вялых волнах уже совсем близко – о, Боже!! Майкл испуганно сделал шаг назад, и Ева, негромко вскрикнув, вцепилась ему в плечо. В шлюпке сидели четверо гребцов – глубокие, древние старики. Такие древние, что, казалось, их бороды – это столетняя пыль, смешанная с паутиной. Иссохшие, чёрные руки их медленно, вяло, с нечеловеческим – казалось с берега – напряжением поднимали тяжёлые вёсла.

Киль лодки пробороздил песчаную отмель, костлявыми, дрожащими от напряжения руками уложили старики вдоль бортов вёсла, медленно сползли в воду, вытянули на несколько шагов чёрную, полусгнившую шлюпку повыше, на берег, а Майкл всё стоял, прикрывая Еву плечом, не решаясь не то что помочь, а даже пошевелиться.

Закрепив фал, старики, волоча по песку намокшие полы хламид, подошли, остановились в некотором отдалении, поклонились. Поклонился и Майкл и, не выдержав наступившего после этого долгой тягостной паузы, выговорил:

– Добрый день…

Очень похожие на живые скелеты старцы переглянулись, кто-то из них обронил, словно каплю мёда на сердце, родное, милое слово «-Голландия!», и обратились к Майклу и Еве на не очень правильном, но всё же вполне понятном голландском. Было сказано:

– Добро пожаловать в Эрмшир, добрые люди.

– Как хорошо, что вы знаете голландский! – не сдержал изумлённого ликования Майкл.

– Мы знаем все языки всех народов, – грустно ответил говорящий на голландском «скелет».

– А разве это возможно? – полушёпотом спросила у Майкла всё ещё прячущаяся за его спиной Ева.

– О, да! – ответили ей – но не Майкл, а невесело улыбнувшийся старец. – Почти пятьдесят лет мы жили на этом острове. А собраны были со всех стран всего огромного света. Трудно ли за пятьдесят лет обучить окружающих своему языку?