Чтение онлайн

***

Наступил долгожданный день церемонии входа в замок Хранителей. От древних, окованных металлом, ворот до небольших трибун в начищенных доспехах стояли рыцари трёх орденов. Причём рыцари Реанон и Саламандры были зажаты между рядами рыцарей Катарины. На трибуне в окружении Кристины, Альхонта и Малека произносил пламенные речи Хадар. За трибунами в строгом темно-зеленом платье стояла Алевтина, на ее голове красовалась небольшая диадема. Рядом с ней стоял, ожидая окончания речей жреца, Сенлуин. На нем был чёрный с серебром мундир на пальце поблёскивал символ Реанон, на груди символ Катарины, а на голове символ Саламандры. Дракон, ворон и змея. Как только Хадар закончил говорить, Сенлуин взял Алевтину под руку и они вместе поднялись на трибуну. Вокруг трибуны стояли девять рыцарей Смерти, сегодня они исполняли роль стражи, а в радиусе километра территорию патрулировали объединенные группы безопасности трёх орденов.

— Да явятся нам истинные Хранители мира сего и пустят в чертог свой Хранителя земного! Да позволят они ему прикоснуться к мечу древнему Тайренквилю! — прокричал Хадар на древне латинском языке, подняв обе руки. В туже секунду в центральную башню ударил столб света, ослепил собравшихся яркой вспышкой белого цвета, и рассеялся. Только на вершине четырёх башен ещё продолжалось слабое свечение, а когда и оно прекратилось, то стали видны очертания четырёх Хранителей. Больше всего не повезло тем, кто не успел прикрыть глаза специальными шторками.

Неспешным шагом Сенлуин повёл Алевтину через ряды рыцарей. Они расступались, пропуская их, и смыкались вновь за их спинами. Ни один рыцарь не сказал ни слова приветствия или похвалы и на то была причина. Впервые за многие столетия одну из церемоний ордена легионеров снимали на камеру. Держась на расстоянии над головами рыцарей жужжали дроны с камерами. Безусловно, если это видео и попадёт на телевидение или в сеть, то маленькими фрагментами.

Тем временем церемония продолжалась и юный Хранитель с женой и сопровождением продолжал идти сквозь толпу рыцарей к древним воротам.

Они остановились на расстоянии около десяти метров от меча, вонзённого в землю, как меч короля Артура в камень, только эти мечи кардинально различались внешне. Меч Тайренквиль в отличии от Экскалибура имел широкое раздвоенное лезвие, между половинками которого сверкала молния, кожаную рукоять и изящную гарду с красным алмазом в центре. Сенлуин дал знак рыцарям расступиться, увеличив свободное пространство он подошёл к мечу и обхватил рукоять, почувствовав покалывание в руке, легионер рывком вынул меч из земли и поднял над головой. Оглядел собравшихся. Все за исключением Алевтины и Рыцарей Смерти приклонили колено. В первых рядах он увидел склоненные головы генеральской семьи и трёх главных жрецов.

Сенлуин повернулся ко всем спиной и ровным шагом направился в сторону парадного входа в центрально башню. Так как ножен для Тайренквиля пока не было, ему пришлось нести его в руке. Надо заметить, что несмотря на то, что копия этого меча была более технологична, она была в полтора раза легче оригинала.

— Графаль, твои парни могут быть свободны — твёрдо сказал Сенлуин, когда они миновали стены.

— Слушаюсь!

Вечером того же дня Сенлуин и Алевтина стояли в дверях замка, встречая гостей. За ними на страже стояли двое рыцарей Катарины. Рыцари Реанон и Саламандры были распределены по стенам замка и его окрестностям.

Гости шли в разнобой, то малоизвестные легионеры, то знаменитые или легендарные. По старым обычаям ордена, первыми на такие собрания должны приходить члены генеральской семьи, потом члены остальных семей и только после них впускались легендарные легионеры и так далее до простых солдатов. Но на этот раз этот обычай был нарушен и члены генеральской семьи переступили порог замка только после того, как его переступили магистры трёх орденов и соратники юного Хранителя. Генерал лично передал в руки Сенлуину подарок в виде договора на передачу самолёта в личное пользование семьи Саракс. Парень отлично знал во сколько этот самолёт обошёлся генералу, но смолчал и с благодарностью принял договор.

Постепенно все собирались в центральной зале замка Хранителей. Здесь была почти вся, так сказать, верхушка ордена Легионеров. Со стороны это смотрелось, как приём у какого-нибудь князя или другого чиновника высшего ранга. Через некоторое время Сенлуин оставил Алевтину в компании Катарины и Грейс, а сам пошёл на поиски Гуино.

— Гуин, ты сможешь разыскать брата? — прошептал он.

— Да. Думаю да. — несколько неуверенно ответил рыцарь.

— Я буду возрождать орден Таракса — голос Сенлуина стал ещё тише. Гуино утвердительно кивнул и стал прибавиться сквозь толпу.

Через день после церемонии было решено провести первый совет и назначить триаду Легионеров во Франции.

Назначения.

Совет проходил в большом зале, имеющим круглую форму. Все главнокомандование ордена расположилось в просторных деревянных креслах, расположенных по кругу, по трое. Здесь были главы триад ордена, все девять магистров трёх легионов (чаще называемых орденами), члены генеральской семьи в лице Альхонта и его сестёр, и главы различных подразделений. Только с одной стороны сидели двое — девушка и юноша, Алевтина и Сенлуин. За каждым таким креслом стояли телохранители.

Все молча следили друг за другом, ожидая подвоха. Каждый считал себя важнее другого. Хранитель отлично видел, как собравшиеся легионеры сжимают кулаки и тянутся к пистолетам, чувствовал, как нарастает напряжение между ними. Но продолжал восседать на своём своеобразном троне, недвижимый и спокойный. Он прекрасно знал, что какое напряжение в зале не царило, никто ничего не предпримет, ибо все присутствующие были знакомы или наслышаны о его реакции и о реакции его охраны. Все знали, кто быстрее сделает решающий и смертельный шаг.

— Итак, господа легионеры! — тишину пронзил голос Сенлуина. — Мы собрались в этом замке не выяснять, кто сильнее, а обсудить вопрос касаемый триады Франции.

Его монотонная речь отдавалась эхом от каменного потолка и достигала каждого присутствующего в зале.

— Согласен. — тихо сказал Альхонт, но Сенлуин слышал его.

— Кого ты предлагаешь на места исполнителя и разведчика? — по залу разнесся хриплый голос Гулливера.

— Место исполнителя я отдаю Элеоноре, а разведчика — рыцарю Таракса и Катарины — Гуино. — решительно ответил Хранитель.