Чтение онлайн

Дикий, снова забравшийся вглубь сбитого спасбота. шумно вздохнул.
– Уф-ф-ф! Вот же влип...
– бормотал он. оглядываясь.

Кругом громоздились груды мусора, сорванное со своих мест оборудование и противоперегрузочные кресла. Борт бота рядом с разломом от оторванной хвостовой части был усеян рваными дырами, оставшимися от обстрела снайпера. Напротив этого своеобразного выхода громоздились кучи обломков, среди которых, видимо, и скрывался выступивший в роли корректировщика имперский раб-пехотинец.

– Полное дерьмо.
– сплюнул Дикий, приподняв забрало.

Выйти из разорванного надвое спасбота означало подставиться под выстрелы, и не факт, что очередной снайпер еще не взял развороченную переднюю часть на прицел. Да и идти пришлось бы. подставляя под возможные выстрелы спину и бока, ведь по таким грудам мусора пятиться не получилось бы. Обязательно споткнешься и упадешь! А при тзком количестве вражеской пехоты кто-нибудь уцелевший обязательно произвел бы несколько выстрелов...

Операция по спасению уцелевших пассажиров спасбота обернулась потерями и стала превращаться в проверку на выживание. Тем более что из двух живых пассажиров спасти, похоже, удалось только одного - имперского сержанта, эвакуированного первым. А сейчас и сам Дикий превратился в «пассажира», которого надо как-то спасать из этой мышеловки. Прикрывать, вытаскивать, эвакуировать...

В голове, забитой мыслями об этой дрянной ситуации, как будто бы что-то щелкнуло. Пассажир... Эвакуировать... Вытаскивать...

– Пилот!
– осенило Дикого, - Пилот на борту! И инженерный серв в укрытии!

Корпус спасбота. защищенного от всяческих видов излучений, хорошо экранировал любые сигналы, поэтому Дикий вновь подобрался ближе к разлому, рискуя нарваться на вражеский выстрел. Поймав сигнал спрятавшегося в укрытии «инженера» он привычно отстранился от реальности, переходя на прямое управление. Рисковать и этой, последней, единицей техники он не собирался.

Серв, управляемый Диким, разогнул опоры, и, покрутив сенсорным блоком, перескакивая от укрытия к укрытию, отправился к разбитому боту. Для того, чтобы преодолеть какие-то пять десятков метров, потребовалось минут двадцать. Движение короткими бросками с постоянными остановками и сканированием местности скорости никак не способствовало.

Наконец-то добравшись до истерзанного борта, серв вновь замер, покачивая сенсорами. Дикий пытался определить наилучшую точку для входа - чтобы серв и справился, и под выстрел не попал. В объектив камеры попала едва заметная, забитая пылью и грязью, но все же строгая прямая линия.

– Люк! Аварийный люк пассажирского дека!
– едва не подпрыгнул Дикий.

Вопрос безопасного входа решился сам собой. Борт огрызка шаттла с находившимся на нем аварийным люком был со стороны позиций взвода! Более того, между бортом и полуразрушенной стеной здания, в которое уперся разбившийся спасательный бот, образовалась мертвая зона, недоступная вражеским выстрелам. Единственная проблема была в том, что нижняя часть люка была на высоте метра два с половиной.

Инженерный серв. активировав встроенный резак, встал на задние опоры и принялся аккуратно вырезать не нужную более часть спасбота. Остатки внешней брони и несущих конструкций сопротивлялись столь варварскому обращению, композитные материалы плавились крайне медленно и неохотно. Наконец крышка люка, звякнув, упала внутрь корпуса. Серв. не мешкая ни секунды, заскочил в освободившийся проход, оказавшись внутри разбитого пассажирского дека у переборки, отделявшей кабину пилотов.

Дикий, вполглаза наблюдавший за выходом, удовлетворенно кивнул своим мыслям. По его пониманию, справиться с внутренним люком будет гораздо проще, чем с наружным. Вряд ли для внутренних переборок использовались те же материалы, что пошли на изготовление внешнего корпуса. К его удивлению, внутренний люк сопротивлялся гораздо дольше, чем наружный, но все мысли из его головы оказались выбиты, когда серв протиснулся в кабину пилота.

В кабине спасательного бота царила мешанина из разбитого оборудования. Из груды модулей, страшным ударом сорванных со своих штатных мест, торчала задняя часть сорванного со станин пилот-ложемента с обрывками коммуникаций.

– Вряд ли тут можно выжить.
– мелькнула мысль в голове Дикого, но он все же. для очистки совести, дал команду серву разобрать завал.

Блок управления механизма уточнил приказ и пару минут обсчитывал задачу, после чего серв принялся шустро разбрасывать и растаскивать обломки, без всяких сомнений используя резак в некоторых, особо трудных, местах. Наконец пилот-ложемент оказался очищен. Передаваемая камерами серва картинка не радовала.

Пилот спасбота не подавал признаков жизни. Голова в расколотом шлеме безвольно склонилась набок. Левая рука, зажатая в остатках пульта, казалась похожей на корявую, изогнутую под невозможными углами веточку. Ноги были страшно обожжены, а в бедрах еще и перебиты придавившим их даже на вид тяжелым обломком балки.

Однако такблок. моргнув, упрямо обозначил пилота желтой точкой, часто моргавшей красным. Пилот был еще жив, но. похоже, мог умереть в любую минуту.

– Возможна эмболия, некроз.
– всплыли в голове Дикого данные из базы «полевая медицина».

В подобных случаях действовать предписывалось строго по регламенту: вызвать медицинскую поддержку, пострадавшего не трогать, травмировавшие того тяжести не убирать потому, что имелся риск отрыва тромба и гибели пациента.

Свободных медицинских сервов не было, имевшаяся на базе и отремонтированная пара механических медиков была занята другими ранеными. Да и противник, державший на прицеле обломок спасбота, просто не дал бы медсервам ни единого шанса пробраться внутрь!

– Пилот в этих условиях - не жилец. Но бросать своих нельзя! Что делать?
– тяжелые мысли валунами ворочались в голове Дикого.

От этих мыслей его отвлекла мелькнувшая в разломе тень. Противник, не желавший оставлять Дикого в покое, стягивал к обломку спасбота пехотинцев.

Припав на колено и поставив винтовку в режим «стрельба-по-готовности» Дикий полностью переключился на управление сервом, лишь краем сознания контролируя обстановку. Осмотрев пилота еще раз, он принял решение. Серв. повинуясь воле человека, реззнул ионным резаком, отсекая ноги выше перебившей их балки!