Сеть для игрушек
Шрифт:
Наконец, из скрытого динамика раздался мужской голос:
– Чего надо, приятель?
Голос был невнятным, словно его обладатель что-то жевал.
– У меня есть дело к вашему хозяину, – терпеливо сказал Рик.
– Что за дело? – настаивал жующий.
– Принес ему деньги, – солгал Рик. – Старый должок…
– Фамилия?
– Хозяина?
– Твоя, дебил!
– Ах, моя!.. Любарский.
– Подожди, – буркнул голос, и последовала длинная пауза, в течение которой охранник, видимо, связывался с домом.
Никаких денег у Рика, естественно, не было, но он заранее приготовил «легенду», которая выглядела довольно естественно. Даже если хозяин особняка и не ждал ни от кого никаких денег, он вполне мог заинтересоваться посетителем в силу своей природной жадности либо подумать, что произошла какая-то накладка. Главное было – войти в дом…
Наконец, одна створка ворот дрогнула и приоткрылась, образуя щель, сквозь которую и протиснулся Рик. Ему хватило одного взгляда, чтобы оценить обстановку.
У вышки, слева от него, держа в руках наперевес компакт-автомат, стоял тип в армейском пятнистом комбинезоне и в черных очках. Усики, короткая стрижка и ухмылка опытного убийцы…
Справа от Рика, по другую сторону ворот, торчал другой охранник, почти в точности похожий на первого, как это бывает на картинках типа «Найди сколько-то там отличий». Рик добросовестно нашел эти отличия: в руках у второго охранника блестел на солнце парализатор дальнего боя, а не автомат; на лице у него не было усиков, и был он чуть ниже ростом своего коллеги.
Второй пояс обороны этого бастиона, судя по всему, проходил в непосредственной близости от дома, потому что в шезлонге возле входа в дом уютно расположился с банкой пива третий тип, имеющий нездоровую привычку не выпускать из рук оружия: на коленях у него, словно кот, грелся на солнце огромный «датсун» с длинным стволом, лазерным прицелом и блямбой турбоглушителя.
– Кто там, Альф? – раздался в стороне женский голос, и Рик только теперь заметил, что на лужайке рядом с бассейном расстелен мягкий надувной матрац, на котором простирались загорелые женские телеса. Если не считать узкой полоски плавок, телеса были ничем не прикрыты.
– Да вот, этот тип утверждает, что принес Хозяину какие-то деньги, – проревел в ответ охранник, который стоял у будки. Слово, обозначающее босса, он, как и полагается холуям, произносил так, что было очевидно – пишется оно с большой буквы.
– Пусть подойдет ко мне, – приказал женский голос.
– Иди, чего встал? – грубо сказал Рику охранник. – Или ты голых девок никогда в жизни не видел?.. И откуда ты взялся такой, чтоб тебе жениться на сестре своего брата!..
Он заржал, и его напарник тоже осклабился.
Рик медленно пошел к матрацу. Теперь он понимал, что шансов у него нет никаких, чтобы выполнить намеченное да еще и унести отсюда ноги живым и здоровым.
Это была дочь хозяина, Рик сразу ее опознал. Похоже, что и у нее мелькнули в памяти какие-то неясные ассоциации, потому что, наморщив лобик, она сказала:
– Кто же это пожаловал к нам? Я тебя уже где-то видела, парень!
– Я вас тоже, Леокадия, – сказал Рик, с интересом анатома изучая фигуру девушки. – Как успехи в обучении верховой езде?
Она улыбнулась, но улыбка ее была натянутой.
– На кой черт она мне сдалась, езда на каких-то грязных клячах? – сказала она. – И все-таки, как тебя зовут, полузнакомый незнакомец, и зачем это тебе понадобился мой папаша?
– Вы слишком любопытны, Лека, – сказал Рик, – а любопытство так не идет молодым дамам.
Она отвела рукой волосы с лица. Улыбка с ее лица исчезла.
– А ты, оказывается, скрытен, – сказала она, – Но учти, что скрытность еще больше не идет мужчинам, да еще и непрошеным гостям. Впрочем, я попробую угадать. Говорят, ты припер папаше какие-то денежки… А что, если его нет дома? Что ты будешь делать тогда?
Рик внимательно посмотрел на нее. Выглядела она великолепно, и, судя по всему, была уверена, что весь мир вокруг создан только для нее одной.
– Тогда я отдам эти деньги вам, – сказал Рик.
Она хрипло рассмеялась.
– Молодец, что так быстро и правильно соображаешь! Ну, давай…
Не вставая с матраца, она протянула Рику руку, сложенную лодочкой, но Рик этим воспользовался так, как она, вероятно, не предполагала.
Он схватил узкое запястье, перетянутое толстым золотым браслетом, и, больно завернув девушке руку за спину, поднял ее рывком на ноги, а второй рукой выдернул из ведерка с шампанским, стоявшего рядом с матрацем, длинный тонкий нож для колки льда и приставил его к шее девушке.
Она дернулась, пытаясь вырваться из захвата, но Рик одной рукой усилил нажим на захваченную руку, а другой чуть надавил ножом на шею и страшным голосом сказал:
– Учти, красотка, мне терять нечего! Трепыхнешься еще раз – и будешь трупом!
Она попыталась что-то сказать, но из горла ее вырвалось только кудахтанье перепуганной насмерть курицы.
Охранники успели примчаться к матрацу и теперь целились в Рика с трех сторон. Пальцы их лежали на курках, но выстрелить никто не решался.
Рик сказал им:
– Что, ребята, прозевали?.. Советую вам иметь в виду, что если какой-нибудь идиот из вас попытается помешать мне, то я все-таки успею прикончить ее, а вас потом, даже если вы и убьете меня, хозяин по головке не погладит… Дошло?
Некоторое время типы в пятнистых комбинезонах, застыв, представляли собой скульптурную группу «Стрелки на огневом рубеже», потом один из них – тот, которого звали Альф, – грязно выругался, и, как по команде, все трое опустили стволы к земле.