Сетевые игры
Шрифт:
Хо-о-р-р-ы-ы. Захрапел сразу и сладко. Богатырский сон Ильи Муромца. Выпрыгиваю. Двигатель работает. Открываю водительскую дверку. Водила в полном отрубе. Головой лежит на руле. Выдергиваю ключи и запихиваю себе в нагрудный карман. Чужого не надо. Еще такого большого, но транспорт может еще пригодиться. Мотор чихнув, устало глохнет.
Смотрю на ближайший дом. Почти попали. Кирова 17. Наш рядышком. Небольшая пробежка. Кирова 15 туточки. Вот, Голдин подъезд. Ну что за жизнь. Понаставили кодовых замков. Девушку спасти не дадут. Потыкал. Фига. Был бы день, посмотрел сбоку, какие кнопки стерты — те и нажал. Ни чего не видать. Как назло, курить бросил. Ни спичек, ни зажигалки.
У-й-й-й, еще поколачивать начало. Все, пьянству — бой. Литру выпил и домой. Надо что-то делать. Чему нас в Ультровской школе учили? Заклинание — открыть магический замок.
— Э-э-э, как там? — я сам с собой начал разговаривать. Плохой признак. А— Хи — Ту— Пар— Хаш.
Здорово! Три кнопочки замерцали зеленым, фосфорным свечением. 347. Делаю комбинацию из трех пальцев. Чик. Дергаю за скобку. Железная дверь, плавно без скрипа, пошла на меня.
Вот что значит жить в центре города. Дом, хоть и старая «хрущевка», а в подъезде чистенько. Кругом растения в горшочках. Поднимаюсь по ступенькам. На стенах цветочки всякие нарисованы. Лампочки светят везде. Квартира 28. На пятом этаже. Да привыкли мы все на машинах да на лифтах. Пойдем пешочком. Хотя поднялся, почти не запыхался. На лево. Перед носом черная дерматиновая, старая дверь, обитая гвоздиками. Нажимаю на разболтанный звонок. Блям — блям. Тишина. Еще разик, еще раз. Та же реакция. За спиной слышу, какой то шорох. Чувствую, на меня смотрят в глазок, из двери напротив. У, шпиёны. Бабулька наверное какая нить. Не спится старой.
Так не отвлекаться. Пробую заклинание — открыть замок. К сожалению, это на механику не действуют. Бесполезно. Так, что еще было в моей книжечке? М-м-м-м. Доктор у меня это… Да, склероз подкрался незаметно. Вспомнил, обнаружение живых существ. Произношу. Ух, ты. Одна часть меня, стоит на лестничной площадке, а другая прошла через дверь. В ушах появилось, какое то гудение. Нос, заложило. Растекаюсь сразу по всей квартире. Темно. Мерцание дисплея. Гудение системного блока. На полу кто-то лежит. Сердце бьется слабо и прерывисто. Ш-у-у-х. Я опять в подъезде.
Голдя живая. Надо как-то проникнуть к ней. Подергал за ручку. Бесполезно. Дверь ломать — соседей разбужу, милицию вызовут. Зафиг, мне эти разборки с властями. Мы пойдем другим путем.
Выбегаю на улицу. На мое счастье, первый подъезд открыт. Поднимаюсь, перепрыгивая через ступеньки. Люк на чердак, без замка. Открылся сразу. Выбираюсь на крышу. Шифер местами мокрый. Хрустит под тяжелыми подошвами. Осторожно ступая, подхожу к нужному месту. Шажок, еще шажок. Я, у самого края. Прямо подо мной, перила нужного мне балкона. Внизу вижу детскую песочницу и качели. Какой то, грязный бичара, бредет через весь двор, неуверенной, зигзагообразной походкой. Его цель, мусорные баки, содержащие много вкусного и полезного, ржавые, переполненные испражнениями, близлежащих, старых пятиэтажек. Шатающийся бомжик, доковылял до пункта назначения. Словно личинка в навоз, фигурка погружается в короб, почти целиком.
Внезапно все тело, начинает колотить, как мокрую наволочку на ветру. Осознаю, что это уже не игра. Летишь, делая красивое сальто, или падаешь беспорядочно и хаотично. Результат один.
Шлеп, лягушкой об асфальт… и трындец. Жизнь закончена. Смертушка. Какой конец всей этой, жопощипателной истории. Нет компа. Нет холодильника. Нет книжек, друзей, баб, и музыки.
Когда комп выключаешь, он спит. А когда выбрасываешь на свалку, он умирает, перемешиваясь, с пищевыми отходами и промышленным мусором. Отыгрался хрен на скрипке, очень музыку любил… Я боюсь высоты, До ужаса, до нервных колик в животе. Меня начинает тошнить. Надо расслабиться. Не люблю, смерть.
Поднимаю глаза. Вижу серую, убогую пятиэтажку, напротив. Окна разные. За ними все спят. Шторки задернуты. Не у всех, правда. Свет горит только в одном окне. Или поздно пришли. Или рано встают. Кому надо, кого-то спасать? Отдыхает народ. Вот позвони сейчас всему дому.
— Спасайте Голдю — хренушки. Ни кто даже пальцем не шевельнет — Она же ваша соседка!!!!
— Да пошел ты… — это самое мягкое, что ты услышишь в ответ. Все равно, я сейчас стоял бы здесь, в гордом одиночестве. Хоть одна сволочь бы пришла? Вряд ли. А я, пришел и постараюсь ей помочь.
Взгляд опускается по стене дома. Интересная картинка. На балконе, 4-го этажа, мужик с бабой целуются. Да, горячо так. Блондинка обхватила его за шею, в пальцах дымится сигаретка. Он лапает, одной рукой за грудь, а другой…не видно отсюда. Оба в накинутых на голое тело, полосатых халатах. На лысо стриженый мужчина, настойчив. Потянул проказницу в дом. Балконная дверь открывается и любовники исчезают, в теплой, уютной пещере. Им то хорошо, а я вот тут, как одинокий альпинист на Джомолунгме. Нафига, мне это все надо? Ласточкой с крыши, из-за какой-то девки.
Присел, вцепился в поручни. Маленькие, хлипкие, проволочные перила. Одинокий, ледяной таракан, пробежал вверх по спине, шмыгнул в правое ухо и мозг мгновенно покрылся инеем. Все тело превратилось в ледяную глыбу. Порыв ветра толкнул в пропасть. Ноги затряслись, как в миксере. Судорожно сжимаю, шаткое заграждение неожиданно вспотевшими ладонями.
Откуда-то, снизу, пришел теплый кумар, сигаретного дыма. Мужчина вышел после туалета и затянулся ароматным дымком в форточку. Ему хорошо. Мне не очень. Он курит. Я, бросил. Чувствую надолго. Очень надолго. Пальцы, как сосульки. Того и гляди, расколются, на сотни колючих осколков. Ладони дрожат. Вытряхивают пыль, из пылесосного мешочка.
Балкон внизу. Надо как-то попасть на него, а я сижу на корточках и меня колбасит. Все — конец квеста. Тошнотворный колотун, разлился по всему телу. Ну, идиот, куда поперся. Сидел бы сейчас дома, в игрухи играл.
— А если она там сейчас умрет, а ты с сытой и довольной рожей, будешь дальше играться? — звучит голос в голове — Вперед, трус. Или грудь в крестах или задница в шрамах. Вставай! Вперед! Приподнимаюсь и переставляю ногу за оградку (могильную). Переношу вторую и становлюсь коленками на край шифера. Щас, кааак хряснусь. Голова неожиданно становится пустая. Мысли выветрились, как утренний туман. За спиной пропасть. Уродливое существо из фильма, «Чужой», приблизило свою, слюнявую голову к моему затылку. Х-ы-ы-ы. Открылась черная, зубастая пасть. Ледяное, вонючее дыхание обдало шею. Каждый волосок на моем теле, со снежным хрустом дзинькнул и скрутился в причудливую спиральку.
Голова пошла кругом. Такое ощущение было в детстве. Когда, я перекачался на качелях. Скользкая, мокрая, холодная ящерица бегает в кишках. От нее, ни как не избавится. Не дай бог, еще вырвет. Прямо на Голдин балкон. Надо взять себя в руки. Успокоится. Лучше идти вперед. Полезу назад, точно грабанусь. Закон альпиниста. Только вперед.
Еще раз потрепыхал поручни. Вроде держат. Робко скосил глаза вниз — мама, забери меня назад. Балкон все же выступает прилично. Обдирая джинсы о край шифера, спускаю ноги и резко прыгаю. Удар, железным шестом, проходит через все тело. В нос бьет, запах крови. Звон, каких то тазиков. Больно ударяюсь спиной о прутья перил. Заваливаюсь посреди пыльных тряпок. Последний аккорд — по голове, с сухим треском, бьют лыжи. — У-у-у-й бли-и-н. Больно же!!! — Люди, не держите на балконах всякую дрянь. Из-за этого, вас могут не спасти.