Чтение онлайн

Он рассердился. Вскочил на ноги, схватился за бок. На мгновение показалось, что из него выбили дыхание.

– И вы все хотите испортить, – сказал он, – потому что вас смутили моя неосторожность и неурочное появление Мэдлин. Я очень сожалею об этом, Эллен. Но не превращайте то, что здесь произошло, во что-то мерзкое. Это не мерзость. Мы любим друг друга.

– Я люблю Чарли! – закричала она. – Я люблю его! Я преклоняюсь перед ним! А как я поступила с ним? Что я наделала?

– Ничего вы не наделали, – сказал он и шагнул к ней. – Чарли умер, Эллен.

Она уставилась на него, раскрыв рот. Румянец гнева, который было вернулся на ее лицо, вновь погас.

– Он умер, – тупо повторил лорд Иден. – Чарли умер, Эллен. Он погиб в бою к югу от Ватерлоо. Я был с ним.

Она закрыла глаза и покачнулась. Но когда он сделал к ней еще шаг, она решительно выставила перед собой руку.

– Не приближайтесь, – сказала она. – Не прикасайтесь ко мне. – Эллен несколько раз сглотнула и посмотрела на себя. – Я одета в зеленое. В зеленое. Ему нравилось, когда я в зеленом. Я не в черном. Я знаю уже почти целый месяц, что он мертв, но я не ношу черного. И я не поехала туда, как это делают другие женщины, не занималась поисками его тела. Я дала похоронить его в безымянной могиле. Я убедила себя, что он жив. Целый месяц я не в трауре. – Она горько улыбнулась.

– Эллен, – сказал он. – Сядьте и постарайтесь взять себя в руки.

– Вы знали, что он умер. – Она взглянула на него; на лице ее все еще блуждала странная улыбка. – Вы знали, что он умер, милорд. Вы ведь были с ним. Вы принесли мне эту весть. И тем не менее вот как вы поступили с его памятью. – И Эллен указала на кровать позади него.

Он медленно покачал головой:

– Не нужно. Со мной произошло то же, что и с вами, Эллен. Он был моим лучшим другом. Он умер у меня на глазах. Я рассказал вам – ведь рассказал, не так ли? – а потом я позволил себе забыть это.

– Стало быть, – она коротко рассмеялась, – мы с вами – пара глупцов, лорд Иден. И пара грешников.

– Нет, не так. Если бы Чарли был жив, мы с вами так не поступили бы. Ни вы, ни я на такое не способны. Вы это знаете. Мы не сделали ничего дурного, Эллен. Только сильно поторопились. Нам следовало бы подождать – быть может, год. Но любовь не всегда ждет. И нам нужно было утешить друг друга.

Эллен поднесла к лицу руки, держа их вверх ладонями, и посмотрела на них.

– Чарли умер, – сказала она. – На этот раз он не вернется. Я никогда больше его не увижу. Не будет никакого сельского дома. Никакой совместной жизни вне опасностей и тревог. Только прошлое. Только воспоминания. Его нет.

– Идите же сюда, Эллен, – мягко сказал он, снова протягивая к ней руки. – Дайте мне вас утешить. Разрешите утешить друг друга.

Она взглянула на него глазами, в которых стояли непролитые слезы.

– Вы не можете меня утешить. Он был моим мужем. Моей жизнью. Я любила его.

– Я знаю. Я знаю, что это так. А мне он был другом, Эллен. И вы мне друг. Позвольте мне поддержать вас.

– Вы мне не друг, – сказала она. – Отныне. И никогда больше им не будете. Вы моя вина. Все эти месяцы, вернувшись из Англии, я вас хотела. Я смотрела на вас, прикасалась к вам и хотела вас. Даже несмотря на то что моим мужем был лучший из людей. Даже несмотря на то что я любила его больше жизни.

Он опустил голову и потер глаза костяшками пальцев.

– Нам обоим нужно побыть в одиночестве, – сказал он. – Сейчас атмосфера слишком напряженна, чтобы мы могли разговаривать разумно. Давайте не будем говорить ничего такого, о чем потом пожалеем, Эллен. Давайте поговорим позже.

– Нам нечего сказать друг другу, – промолвила она горестно.

– Разве только что я вас люблю.

Эллен покачала головой:

– Нет. Вы увидите, что это не правда, когда у вас будет время поразмыслить, милорд. Нам совершенно не о чем говорить.

Она повернулась и, не удостоив его взглядом, вышла. Лорд Иден сидел на кровати, обхватив голову руками, когда услышал, что дверь, ведущая в ее комнаты, открылась и захлопнулась. Он понял, что остался совсем один.

В тот же вечер, несколько позже, Мэдлин вдруг позвали вниз. Закрыв книгу, которую она читала вслух лейтенанту Пенворту – он лежал, неподвижно уставившись зрячим глазом в полог кровати, – она ободряюще улыбнулась ему, пообещала вернуться, чтобы поудобнее устроить его на ночь, и легко сбежала по лестнице.

И буквально пролетела последние десять ступеней с криком, совершенно неподходящим для дома, в котором поселилась скорбь. Ее руки сами собой обвились вокруг шеи графа Эмберли, и он, подхватив сестру со второй ступеньки, дважды прокружил ее в воздухе.

– Эдмунд! – вскричала она. – Никогда в жизни я не была так счастлива, что вижу вас. Мне казалось, что вы вообще исчезли с лица земли. И мама здесь! – снова вскричала она и бросилась в объятия матери, смеясь и плача одновременно.

– Дорогая моя девочка, – говорила та, крепко обнимая ее. – И помятая, и растрепанная, и платье висит мешком. И ведете себя как совершенно невоспитанная девица. Но никогда в жизни вы не выглядели так славно.

– Вы с дороги? – нетерпеливо спросила Мэдлин. – Почему вы не сообщили мне, что собираетесь приехать? И не ответили ни на одно из моих писем?

– Первое письмо пришло за день до нашего отъезда, – сказал граф, беря мать под локоть и следуя за сестрой через прихожую в гостиную, в которой раненых давно уже не было. – Мы решили, что доберемся до места быстрее, чем почта. Как Доминик? – Голос его звучал напряженно.

– Вот оно что! – воскликнула Мэдлин. – Вы получили только мое первое письмо? Это ужасно! Домми сейчас поправляется. Он решительно восстал против хирурга, пользовавшего его, – ест, как лошадь, и бродит по своей комнате, как медведь по клетке.

Граф Эмберли снова взял мать под руку. Та закрыла лицо ладонями.

– Благодарение Господу! – воскликнул он, привлекая ее к себе. Голос графа дрожал и глаза подозрительно блестели. – Благодарение Господу!

– В каком же кошмаре неопределенности вы, должно быть, пребывали! – воскликнула Мэдлин. – Мое первое письмо, наверное, было ужасно мрачным. Да и второе тоже. По правде сказать, он был в очень тяжелом состоянии. Хирург предупредил миссис Симпсон, что мы должны быть готовы к худшему.