Чтение онлайн

— Как мороженка?

И вот зачем я это сказал? Зачем спровоцировал его? Может потому, что не мог иначе? А зелёная бездна глаз Иллири стала еще темнее, даже несмотря на короткий смешок:

— О да, как мороженное… Соблазнительное, вкусное, притягательное, так и хочется попробовать каждый кусочек, каждый кончик и впадинку, облизать всё, заставить растаять, потечь по рукам…

И ладно бы просто слова, но эта инкубская сволочь ещё и ладошку мою взяла в плен и стала вылизывать указательный пальчик, при этом пристально смотря в глаза. Я начал таять, совсем как то мороженное… совсем поплыл, когда он уже средний палец втянул своим пошлым-пошлым ртом. Крэшшш, это и наложить на мои воспоминания, на его «представь меня»… не удивительно, что я не выдержал и уже сам потянулся за долгожданным поцелуем.

Иллири только это и было нужно. Очень быстро моя коса оказалась в его захвате, а я вновь был притиснут плотнее некуда. Но перед самым прикосновением он остановился, словно смакуя момент, а потом всё же впился в мой рот. Никакой прелюдии, поцелуй должен был покорить и сломить всякое сопротивление сразу — глубокий, тягучий, до боли, до языка, обжёгшегося об другой язык, до судорожного вдоха. И уже мои руки зарываются в его волосы, портя столь тщательно заплетённый шедевр, это я ерзаю у него на коленях от неразумного желания быть ещё ближе, еще сильнее вплавиться в него.

— Кхм, какое интересное зрелище…

Моя попытка вскочить с колен была жёстко пресечена, руки Иллири стали просто стальными оковами, не дающими толком даже пошевелиться. Но мне и не нужно было поворачиваться, что бы узнать голос — к нам пожаловал крэшшшев эльф, а кто же ещё.

— Йелла Камаэль, вы очень не вовремя.

— Йелла Иллири, даже не сомневаюсь. Но хочу напомнить, что из столицы вас отпустили всего на несколько часов, а нам ещё в Лабиринт нужно попасть. Да и чай я уже выпил.

Последнее было сказано в его жеманно-«портняжном» стиле, настолько диссонирующим с серьёзными интонациями до этого, что это вызвало нервный смешок.

— Смешно тебе Раэль? А если я тебе скажу, что с этого ракурса мне видно нечто, очень соблазнительно обтянутое чёрной кожей?

Вторая попытка вскочить была более успешной — Иллири разжал объятья, видимо не одному мне была не очень приятна мысль, что кто-то еще рассматривает мою попу в терминах «соблазнительная». ще один любитель молоденьких, на мою голову? Хотя, чего ожидать от столичного йелла?

— Ну вот, такую композицию испортили… Ладно, раз вы стесняетесь зрителей, хоть и очень зря…

— Йелла Камаэль, знаете, почему не стоит заниматься сексом на публике?

— аэль, мы же договорились на «ты».

— Хорошо, Кама, знаешь почему?

Признаюсь, сократил я его имя намеренно — выражая свою злость. Но у этой эльфийской гадины даже ухо острое не дрогнуло в ответ на явное оскорбление:

— Ну и почему? Постой, дай догадаюсь — захотят присоединиться? Так от этого же веселее!

— Нет, советами замучают.

Да, старая шутка, но эльф или не знал её или забыл, так что физиономия у него перекосилась вполне забавно:

— Инкубам советовать? Да это себя не любить!

Кажется, невольно, у нас родилась новая пословица об инкубах. Но, видимо, времени действительно было мало, так что эльф вновь вернул себе серьёзное выражение лица:

— Владыка Тайзен появлялся?

— Нет, он всё так же безвылазно сидит в Лабиринте.

— Похвально. Решение нужно как можно скорее. Плохо только то, что ты тут предоставлен самому себе. Йелла Иллири, вы вообще никого постороннего не допускаете к Раэлю? Как насчет нескольких столичных учителей? Я могу посоветовать парочку хороших, из Академии.

— Нет. Пока вся ситуация не прояснится, я не могу рисковать. Придется аэлю немного поскучать.

— Зато точно останется жив. Ну, в чём-то я такой подход одобряю. Может хоть что-то из императорской или академической библиотеки организовать? А то я так понимаю, что все здешние книги давно прочитаны.

— Я не…

Кажется, и это брат намерен запретить. Ну, уже нет!

— Иллири! Пожалуйста! Я скоро на стены лезть начну!

Долгий, хмурый взгляд брата не предвещал ничего хорошего, но внезапно что-то мелькнуло в его глазах, от чего изумруды немного посветлели:

— Хорошо. Но книги я сам отберу. Йелла Камаэль, вы сможете организовать мне доступ в закрытую часть имперской библиотеки?

Эльф аж опешил от такой наглости, но вопреки ожиданиям не стал отказывать:

— Ну у вас и запросы, Сиятельный… Впрочем, это может быть даже полезно. Будет вам доступ. Но кроме развлекательного чтива, не забудьте и про серьезные книги. Спросим у Владыки, что будет нужнее всего сейчас.

Это они вообще, о чём? Что за «развлекательное чтиво» в закрытой секции имперского хранилища книг? Естественно, соответствующий вопрос мне не дали задать, Камаэль продолжил:

— аэль, через Цитадель мы прошли не случайно. Есть еще несколько новостей.

— Йелла Камаэль, я бы предпочел сам всё сказать брату.

Так. Почему мне кажется, что новости совсем не радостные?

— Йелла Иллири, у вас была такая возможность. Но вы предпочли потратить время на иное. Ничуть вас не осуждаю, но мы спешим.

— Я. Сказал. Что. Сам.

Злость, даже ярость Иллири так и сочилась сквозь щиты. Да что происходит? Не могу не подойти к брату, не положить руку ему на плечо в успокаивающем жесте. Брат утихомирился мгновенно, лишь повернув голову ко мне и прикоснувшись щекой и губами к моим пальцам. Его глаза закрылись, словно он пытается запечатлеть перед внутренним взором эту картинку. Неужели…

— Иллири, почему мне кажется, что ты прощаешься со мной?

— Всё же — какой умный демонёнок…

— Кама, прошу тебя, уйди, а?

Эльф вновь проглатывает оскорбление и даже встает, явно намереваясь выполнить мою просьбу. У самых дверей он коротко бросает:

— У вас пять минут.

Уверен, что ровно через пять минут он войдет и заберет Иллири, осталось понять, куда и почему. Сам, сам! Сажусь на колени к брату, от чего тот вздрагивает и открывает глаза, позволяя увидеть всю боль изумрудов: