Северо-Запад
Шрифт:
«Я тоже рад тебя слышать, — повторил я на всякий случай мысленный посыл, вспомнив, на что способно это маленькое существо. — Кем это ты командуешь?»
«А, это кормовые, — с пренебрежительными интонациями произнес в моей голове Фыф, не сочтя нужным пояснить кто это такие. — Кстати, к твоему сведению, — за тобой по пятам тащатся два десятка нео, которых прикрывает ментальным щитом какой-то старый неуч их породы. И прямо за спиной у тебя приплясывает от счастья еще одна мартышка с ножами. Ножи новые, блестящие, значит, твои. Только поэтому я не сварил ей мозги в ее же черепушке. Спёрла, что ль, металки, а ты проворонил?»
«Не проворонил, а подарил, — подумал я. — И мозги ей варить не надо, она со мной».
«Ну ты прям Миклухо-Маклай…»
Я задумался о своем.
Подколки Фыфа меня волновали гораздо меньше, чем отряд нео позади меня. Рренг не отказался от своей идеи и использовал меня в качестве отмычки для сложного замка, который он не сумел взломать. Мои друзья открывают мне ворота — и следом врываются невидимые нео. Получается, не так уж немощен старый седой Руги, «вестник мыслей» вождя племени Раргов.
Кстати, когда вожди врут, это неправильно. Хотя кто я Рренгу? Всего лишь хомо, еда, неожиданно оказавшаяся полезной не только для желудка. И опасной, судя по косым взглядам вожака племени нео на мою разгрузку. Да в общем-то, если разобраться, он и не обещал мне неприкосновенности. «Снар может идти куда хочет» не значит, что Снара нельзя догнать и разделать на отбивные. Что ж, в таком случае, лохматые, вы не оставляете мне выбора.
«Твои кормовые могут сбросить с башни две веревки и втянуть нас?»
«Веревки дефицит. Здесь все дефицит, — сварливо проворчал в моей черепушке Фыф. — Одна там точно есть, караульным жратву с внутреннего двора поднимать. А вот насчет второй…»
«Пусть сбросят одну, — подумал я. — Ворота не открывай, нео на это и рассчитывают».
«А то я не понял с какой это радости они тебя провожают», — съязвил мутант.
— Рут, по канату лазать умеешь? — негромко спросил я.
Нео презрительно фыркнула. Ну да, какая же первобытная девчонка не умеет скакать по лианам.
— Короче, сейчас сверху веревка упадет, и ты по ней мухой лезешь на башню. Поняла?
— Мухой — это как?
— Просто лезешь. Но быстро.
— Поняла.
— Вот и ладушки, вот и хорошо, — пробормотал я, спиной чуя напряженные взгляды преследователей. Может, это я себе нафантазировал, а может, и правда лохматые готовились к броску.
Рядом с башней имелась мощная стальная дверь на уровне заложенных кирпичами окон первого этажа. К двери вела невысокая бетонная лестница — пожалуй, наиболее пострадавшая деталь фасада крепости. Возле нее, полуразрушенной и практически полностью залитой застывшей смолой, валялись несколько полусгнивших трупов нео, куски кирпичной кладки, наверняка сброшенные со стены, и тяжелое бревно, грубо обтесанное и обожженное с одного конца. Лохматые несколько переоценили свои силы, решив использовать эту деревяшку в качестве тарана. Ну и полегли под стенами как озимые. Н-да, прикольное выражение одного моего знакомого деда, мастера пострелять из антикварного оружия. Как раз в тему. Главное только, сейчас не лечь рядом с ними…
Со стены, неторопливо разворачиваясь в воздухе, упала свернутая веревка. Ничего себе у них тут жрут караульные, если им на таком канате завтраки в башню поднимают!
Всё это я додумывал уже в движении, разворачиваясь спиной к крепости и уходя с линии возможного выстрела. Краем глаза я заметил, что Рут отреагировала правильно — как только нижний конец веревки шлепнул о подножие башни, юная нео с проворством мартышки бросилась вперед. А еще я заметил, что, прежде чем она уцепилась за спасительный канат, из ее ладошек короткими молниями вылетели два моих подарка. Ничего себе! С двух рук метать дело непростое, я сам этому три месяца учился как проклятый. И не всегда, кстати, получается, чтоб оба ножа в цель воткнулись…
У нее получилось.
Постапокалиптический пейзаж вообще-то картинка довольно мирная, хотя и мрачноватая с непривычки. Тем не менее при взгляде на жалкие остатки зданий понимаешь, что самое страшное позади. Ядерной угрозы уже можно не бояться. Кончилась она пару веков назад, и теперь ты уже фактически на другой планете с абсолютно иной флорой и фауной, имеющей лишь отдаленное сходство с формами жизни твоего мира.
И вот сейчас на фоне руин, оплетенных мутировавшей флорой, прямо из воздуха, словно нечисть из болота, лезла фауна. Косматая, рычащая, ощетинившаяся копьями и дубинами.
Громче всех верещал седой Руги. Мои метательные подарки не причинили вестнику мыслей фатального ущерба, но беспокойство доставили значительное. Я разглядел, что одна стальная заноза воткнулась деду в бедро, а вторая — в район причинного места, густо заросшего седой шерстью. Видать, по причине излишней волосатости дед не носил набедренной повязки, за что и поплатился.
Второе наверняка было неприятней первого, так как Руги орал громко и омерзительно, забыв про ментальный щит и норовя с наименьшими потерями вытащить из паховой области прощальный презент от ловкой соплеменницы.
Но спутникам «вестника мыслей» было не до него. Они на максимальной скорости мчались прямо на меня, прекрасно сознавая, что их шансы проникнуть в крепость уменьшаются с каждой секундой.
— Снар, быстрее! — раздался звонкий писк у меня над головой.
Я левой рукой ухватил болтающийся конец веревки и мгновенно захлестнул его на запястье «двойной змейкой». Простейший узел воздушных гимнастов, надежный как наручники и распускающийся сам собой, стоит только разжать кулак. Вскарабкаться по канату времени не было без риска, что ближайший нео не поползет следом, покусывая меня за пятки. Оставалось лишь надеяться, что кто-то добрый и сильный втянет меня наверх. Или же поступит логичнее — плюнув на милосердие и любовь к ближнему, сбросит с башни свободный конец каната. Хоть я и не качок, но свои восемьдесят кило живого веса на говяжьей тушенке накушал…
Впереди волосатой шайки мчался сам Рренг, подавая пример рядовому составу. В его лапе был зажат тот самый топор, которым меня собирался приласкать покойный Рарг, а на башке вождя угрожающе скалился парадный лошадиный череп. Дежавю, одним словом. Правда, на этот раз не было у меня возможности уйти в сторону от сокрушающего удара…
Я поднял ВСК-94 одной рукой и дал короткую очередь. Оружие задергалось будто живое существо, пытающееся вырваться из моих пальцев. Но с такого расстояния сложно было промахнуться.