Чтение онлайн

– Но… – Капрал покосился на своих подчиненных, топтавшихся в зале в ожидании начальственных распоряжений.

– А вы шо стали?! – возмущенно набросился на стражников секретарь нашей светлости. – А ну марш на кухню сосиски хряцать! Ульрика, радость моя, ты угостишь этих смелых воинов своими замечательными сосисками?

К полудню небо над Холлабруном начало синеть, и уже через два часа от асфальтово-серых туч, едва не касавшихся высоких каскетов городской стражи, не осталось следа. Найденный в каретном сарае этого славного городка экипаж не слишком отвечал требованиям, которые существуют в отношении карет, въезжающих в императорский двор. Однако добраться до Вены, не вызывая нездорового интереса у встречных, в нем было можно, без всякого сомнения, и даже с некоторым комфортом. Пехотный майор, исполняющий в Ходдабруне обязанности коменданта, услышав о прибытии высокого гостя, вызвался проводить нас до границ своего округа. Сам того не подозревая, ревностный служака оказался тем последним козырем, который заставил «кондитера» с женой продолжать свой путь в нашей компании.

Миль двадцать майор, а с ним десяток драгун сопровождали экипаж фельдмаршалова племянника. Лишь после того, заверив в преданности и готовности к услугам, комендант церемонно откланялся, намекая, что ежели при случае замолвлю о нем словечко дяде, то он не заставит обвинять себя в неблагодарности. Я обещал оказать ему протекцию, не слишком, впрочем, желая встречаться с собственными «близкими родственниками».

Совместная поездка предрасполагает к легкой беседе, и потому, с улыбкой выслушав слова благодарности, я лишь отмахнулся:

– Ерунда! Дай этим солдафонам волю – они перегородят рогатками все дороги и будут требовать по кроне за каждый вздох.

– Но мсье, если не ошибаюсь, вы и сами военный, – кокетливо глядя из-под длинных ресниц, улыбнулась Сюзон.

– Вы абсолютно правы, мадам, я полковник богемских стрелков. Впрочем, это скорее дань традиции, – наклонил голову я. – Мы, Турны, перебрались в Богемию из Италии еще в XII веке и с тех пор в каждом поколении даем отечеству военачальников или просто храбрых офицеров. Но в мирное время у меня нет нужды состоять при армии. Согласитесь, вся эта муштра, оружейные экзерсисы – недостойное времяпрепровождение для воспитанного человека.

В голове послышался восхищенный голос Лиса:

– Капитан, где мой диктофон?! Послушал бы ты, шо сей час метёшь! «Ах, эти провонявшие потом мундиры! Ах, эти штыки – об них можно уколоться! Ффи-и-и!» – шарман, блин!

– Лис, мне кажется, вельможа при эполетах и связях для этой странной парочки куда более желанное знакомство, чем напыщенный богемский полковник.

– Что же, по-твоему, в них такого странного? — поинтересовался Сергей, скорее для того, чтобы уточнить свои наблюдения.

– Ну, что они не те, за кого себя выдают, – это ясно как божий день. Однако существует ли в мире хоть один негоциант, который бы направился в чужую страну, не имея соответствующих бумаг? Опять же – ландо. Это открытая коляска для прогулок в Булонском парке, никак не предназначенная для столь дальних поездок.

Между тем мои слова, брошенные с брезгливой гримасой привыкшего к роскоши дармоеда, имели немалый успех у французской прелестницы. Она поспешила томно взмахнуть ресницами и одарить меня обворожительной улыбкой, после которой не предпринять шагов по сближению было бы дерзостным непочтением к прекрасной даме.

– Вы надолго в Вену? – обратился я к мсье Дювилю, искоса поглядывая в сторону его супруги.

– Трудно сказать, – нехотя отозвался муж прелестной кокетки. – Как пойдут дела.

– Если пожелаете, вы могли бы остановиться в моем особняке. Он, правда, недавно куплен и еще не до конца меблирован, но мой управляющий, – я кивнул на Лиса, – утверждает, что при нем есть замечательный павильон, стоящий в прекрасном столетнем парке. Сейчас, правда, невозможно вдоволь насладиться его изысканными пейзажами; но весной, когда все расцветет…

– Весною, господин граф, мы, вероятно, уже будем в Санкт-Петербурге, – с явным огорчением вздохнула Сюзон. – Но ваше предложение…

– Мы не можем принять его, – дернув усом, резко ответил мсье Дювиль.

– Но почему, дорогой? – Госпожа негоциантка удивленно повернула головку к мужу.

– Это непристойно! – не задумываясь, выпалил тот. – И вообще, господа, у нас хватит денег снять жилье. Но даже если бы их не было, те нескромные взгляды, которые вы, мсье граф, бросаете на мою жену, заставляют меня подумать…

– Вот и подумайте. – Мрачнея на глазах, я прервал речь француза. – Милейший, вы несете полную околесицу. Я предложил вам свою поддержку, протянул руку – вы же плюете в нее. Я не намерен этого терпеть, мсье. Если мои наблюдения верны, вы носите фамилию Дювиль совсем недавно, должно быть, со времен переворота, и ежели у вас была нужда изменить прозванию ваших предков, то скорее всего вы дворянин, а стало быть, можете решать вопросы чести как принято между дворянами. Вам не составит труда найти меня в особняке Турнов, что близ дворца эрцгерцога Фердинанда. Однако, понимая всю тяжесть вашего положения, я бы имел честь рекомендовать вам очнуться от вашей беспочвенной ревности.

– Господа, господа! – попробовала вмешаться не на шутку встревоженная француженка. – Ну что же вы!

– Мадам, – отчеканил я, – все, что в моих силах, – это дать вашему мужу время одуматься. Полагаю, у него хватит чести не пользоваться моей добросердечностью, чтобы похитить этот экипаж.

– Но в нем есть часть и моих денег! – запротестовал Дювиль.

– Я помню об этом, но даже если бы он до последней колесной спицы принадлежал мне, я не заставил бы даму добираться до столицы верхом по такой морозной погоде. Жду вас нынче вечером, а сейчас, – я стукнул кулаком в стену кареты, за которой восседал нанятый в Холлабруне кучер, – остановите экипаж! Сергей, друг мой, велите берейтору подвести коней.

– Ну, шо ты здесь устроил? – досадливо спросил Лис, когда мы отъехали от кареты на приличное расстояние. – Опять пальцы веером – дуэль, шрапнель, мадмуазель! Сейчас французика мандраж пробьет, он на грунт ляжет, и ищи его потом частым бреднем.

– Незачем его искать, – поморщился я. – Он явно бывший офицер, и, судя по вздорному характеру, дуэли для него в новинку. Однако, помнится, о графе Бонапарте говорил не он, а его жена. Стало быть, эта очаровательная мадам негоциантка, вероятно, куда интереснее, чем ее муж.