Чтение онлайн

— Я же вам говорил — сходства мало. Компьютер нам и не нужен, более того, мир, где мы находимся, — это не файл, носитель куда более надежный. Файл, что я вам прислал, — лишь пригласительный билет…

…А странный файл! Не рисунки — чертеж. Нечто сложное, почти старый ламповый телевизор.

— Главное же — время. Мы не крадем его у жизни, мы лишь используем то, что прежде нам не принадлежало!

— Конкистадоры Гипносферы, — настало время морщиться мне. — Кортесы сновидений!

— Сами написали. — Акула оскалила зубы. — Это тоже важно — властвовать над собой в океане Оно. Точнее — подняться над океаном… Файл получили? С «Гипнономиконом»? Сегодня выслал, как раз перед тем как выпить снотворного.

…Опять снотворное! Раньше я думал, что дело в часовом поясе, а вот теперь начинаю сомневаться.

Знаю много о тебе, Джимми-Джон! Ведь тебе за пятьдесят, Джимми-Джон! В жизни часто везло, Джимми-Джон? Пьешь снотворное, как чай, Джимми-Джон? Хочешь стать Кортесом снов, Джимми-Джон!

— Кстати, узнаете, Том Тим? Впрочем, темновато…

Щелк!.. Нет, просто «хлоп»! Сомкнулись загорелые ладони, вспыхнула лампочка под потолком…

…Которой нет. Я ошибся, Акула желает стать не просто Кортесом. Тот не творил Свет, приговаривая «это хорошо!»

— Вы, кажется, такое видели.

— Видел…

Подошел поближе, всмотрелся. Через всю стену, от окна до двери… Как же сразу не заметил? Или это тоже — «хлоп»? Мелкие спецэффекты производят порой наибольшее впечатление.

…Дракон пришед за Девицей, алкая ея пожерти. Рыцарь поспешах к Девице, дабы Дракона мертвити, Девицу оную свободити. Девица плаче и рыдае, надеяться не переставав. От Смерти же ни единый не утече.

— В замке. Файл mo8.jpg. Гобелен. Такой же.

— Для вас такой же. — Акула явно наслаждалась эффектом. — В данном случае я прописал лишь главное — Дракон, Дева, Рыцарь. И Смерть, само собой. Детали уже ваши, так что каждый видит немного свое… Приятно, знаете, рассуждать о том, кто кого сожрет! На кого ставите, друг Том Тим? Лично я — на Смерть.

Словам я не удивился. Тону — тоже. Ницшеанец из Австралии крутизну кажет. Иное интересно. Детали… Дракон вроде такой же, и Дева та же, и Рыцарь…

Радуга! Ну, конечно, радуга с черной каймой! Вот ее тут и нет. Спросить? Ни за что, такие вещи, такие факты складывать надо — в отдельную коробку. Как патроны. А вот кое-что другое… Промолчал бы, так опасно — нажмет Акула F8 пальчиком-мизинчиком… Если не нажала еще.

— Как вы говорите, друг Джимми-Джон, «кстати». Кстати, о бедных девицах и страшных драконах. Ваш экспериментальный файл, где он? Страничку я не нашел.

Кажется, удивился. Или притворился, что удивился?

— Тот файл не нужен, можем встречаться здесь. Вам что, так понравилось?

Надеюсь, мой взгляд был достаточно голубоглаз и наивен.

— Вы скрестили меня с неким Эрлихом Грейвзом. Негодяй мелкий, но забавный. И файл — забавней некуда. Высший свет, китайские церемонии… Всю жизнь мечтал ощутить себя героем Марселя Пруста, этаким графом де Ха-Ха. Яркие губы сжались, побледнели. На миг, всего на миг.

— Хорошо, Том Тим. Будем считать это подарком номер два. Файл — ваш. Я верну страничку — через несколько дней. Сейчас слишком много работы.

— Мерси!

Он дернул плечом, отвернулся, поглядел в окно.

— Не желаю вам зла, Том Тим. Поэтому имейте в виду… Время там идет, как в обычном мире. День у вас — день там…

Я понятливо кивнул, не став спорить. Акуле пока незачем знать, что время у Альды кусает себя за хвост. Факт — в коробочку.

— Но это — не главное. Я не знаю точно, кто хозяйка сна, кто та девушка. Гипносфера слишком велика. Это может быть отражение чьей-то психики… души, обрывки нескольких душ, просто всплески воспоминаний или эмоций… Не изучали Каббалу? Но то, что существует — личность. Понимаете, Том Тим? Новая личность, у которой есть только ее сон.

— Ну и что? — удивился я.

— Она… Эта девушка скоро все поймет. Поймет — и будет пытаться попасть в обычный мир. Единственный человек из этого мира — вы.

О чем это он? Альда — призрак? Фантом, пытающийся обрести жизнь? Но если так, зачем это Акуле? Экспериментальный файл… В чем эксперимент? Вызывание фантомов из Гипносферы, будь она трижды!..

— Фантом… — повторил я вслух. — Призрак сна. Призрак во сне.

Джимми-Джон привычно дернул подбородком.

— Можно сказать — призрак. Но «вампир» — точнее.

[…………………………..]

— Эй, ребята! Где вы?

— Пойдемте, Том Тим. У нас гости.

[…………………………..]

— Гейм! Гейм!..

Рыжеволосая девушка не бегала — летала по корту. В сравнении с ней Джимми-Джон казался не акулой — черепахой. Невысокая, поджарая, кости да мускулы, на голове даже не стрижка — рыжий «ежик»…

…Кажется, джинсовый не любит длинноволосых! Или просто совпадение? Нашел фотку в очередном таблоиде, ткнул пальцем… Правда, лицо не журнальное, самое обычное. Типичная студентка — курносая, сероглазая, да еще веснушки. Лет двадцать? Меньше, пожалуй.

— Еще раз, Джимми? Я готова!

В куклы играем, Акула? В Барби-ежика с теннисной ракеткой? На молодятинку потянуло?

От тенниса я отказался — самым решительным образом, за что был усажен в кресло и оставлен наедине с «Гипнономиконом». Мое (мое?!) творение выглядело знакомо — обложка кожаная, тиснение золотое, шрифт тот же.

Читать не стал — полистал только. При слове «конкистадоры» чуть не стошнило. Акуле же явно нравилось — закладка, еще одна… Изучает!

А вот зовут куклу Барби странно — то ли Ирица, то ли Ирца. Из сербов-хорватов, не иначе. Переспрашивать не стал, рыжей определенно не до меня. Ткнула худую ладонь, улыбнулась — и побежала на корт.

— Твоя подача, Джимми!..

[…………………………..]

Играют? Играют. Ну и пусть, спешить некуда. Как я понял, в таких файлах время тоже не торопится. Обычный сон — несколько минут, этот — раз в десять быстрее. Для чего — тоже ясно: в теннис поиграть успеть, и не только в теннис. А мне чем заняться? До будильника (7.45, вторая пара) еще далеко, читать «Майн гипнокамф» не тянет. Разве что пульт… Подарочек номер один. Его, понятно, с собой не унесешь, но соответствующий файл (не иначе тоже с чертежом) Акула уже выслала. Система прежняя: компьютер включить, файл раскрыть, смотреть три минуты. Где пульт станет прятаться, джинсовый не пояснил, но пообещал, что найти будет легко. Протянул руку — и подарочек в руке.