Чтение онлайн

— Саня, ты заговорил, словно индеец из романов Купера! — Люба смерила его насмешливым взглядом. — Теперь я понимаю, почему Сатар... Сатар, Сагамор, Атос, Портос и де Пейрак. Анжелика в Новом Свете... в новом свете решения заданной задачи. Прекрати, Саня!

— Что прекратить?! — опешил Таранов.

— Играть роль злодея из приключенческой беллетристики. Тебе не идет.

— Ты не ответила на мой вопрос! — загремел Сатар.

— На какой вопрос?

— Что делать с Ингой! — проорал Сатар возмущенно.

— Ой, Саня... — Люба грустно и мудро улыбнулась.— Ничего с ней делать не надо. Плевать мне на нее, на убогую. Пусть живет себе... Отпусти ее.

— И ты прощаешь ей все, что было?! — воскликнул Сатар.

— Нет, не прощаю. Но, похоже, она уже наказана. Эй, Ингуль| Взгляни на старую подругу, что ж ты так засмущалась?

Инга отняла руки от лица, посмотрела па Любу огромными влажными глазами и вдруг бросилась перед ней на колени.

— Любочка, Любочка, прости меня! Ты ж всегда меня прощала, прости и сейчас! Попроси его... попроси его не убивать меня! Ну пожалуйста!

Она судорожно хватала Любу за юбку. Чувствовалось, что Инга смертельно перепугана.

— Актриса... — Люба брезгливо отстранилась. — Никто тебя не убьет. Да встань ты, дура!

Инга покорно поднялась с колен.

— Сань, расскажи мне, что с ней произошло-то? — повернулась Люба к Таранову.

Сатар коротко пересказал ей злоключения Инги.

— И ты, дуреха, теперь без паспорта? — В голосе Любы звучало даже некоторое сочувствие.

— Он у Бубы... Могу взять... — отозвалась Инга меланхолично. — Все равно там прописки нет...

— Тебя выписали по липовой справке, как меня? — злорадно фыркнув, спросил Сатар. — Значит, отныне ты бомжиха, — заключил Сатар удовлетворенно. — Похлебай-ка теперь того дерьма, которое предназначала мне. Но к Бубе не ходи, убьют. Его самого, наверное, уже убили.

— Почему?! — изумленно вскинулась Инга. Люба тоже взглянула на Сашку с недоуменным любопытством.

Сатар загадочно усмехнулся.

Окруженный телохранителями, Буба Князь вышел из ресторана. В руке Гуридзе сжимал чемоданчик с миллионом долларов — платой за наложницу. Вахтанг не жалел, что продал Ингу. Да, девка была восхитительна, но девок много, а баксы это баксы. Надо ж, миллион за любовницу! Уму непостижимо! Какой, однако, дурак этот Сатар!

Буба направлялся к своей машине, когда вдруг услышал знакомое сухое туканье. Князь остановился в удивлении и ужасе. Ребята, его ребята, его верная отважная «пехота», падали один за другим! Их расстреливали из небольших профессиональных винтовок с глушителями неизвестные киллеры! И били они из окон автомобиля самого Бубы! Князь застыл.

Расправа не заняла и минуты: секунд через десять телохранители Гуридзе валялись на мостовой. Самого Бубу подхватили под руки подоспевшие с обеих сторон битюги и затолкали в его собственный лимузин. Автомобиль тотчас отъехал.

— Здравствуй, Буба! — обернулся с переднего сиденья человек, чье лицо пересекал глубокий шрам. — Ты меня не знаешь, но небось слышал. Я Кошмар.

Конечно, Вахтанг о нем слышал. Это был полулегендарный, прославившийся запредельной садистской жестокостью вожак боевиков наркомафии.

— Что тебе от меня надо, Кошмар? — выговорил Князь срывающимся голосом. — Зачем ты убил моих людей? Мы же не воюем, мы же партнеры...

Буба понимал: если за него взялся сам Кошмар, значит, дело плохо. Значит, ребят постреляли не зря — были причины. Но Вахтанг надеялся на свой авторитет, на свою безупречную в преступном мире репутацию. Если что-то случилось с товаром, Князь сумеет доказать, что он здесь ни при чем. В конце концов, ему должен поверить на слово даже Кошмар. Все знают: Буба Князь никогда своего слова не нарушал. Договоримся, подумал Буба. Ну, заплачу штраф, заплачу за моральный ущерб... Вахтанг закусил губу: он представил, какую сумму придется выложить. Кто подставил?1 Неужели засранец Семка?1 Ну, если так, он плохо умрет, господин Сюр!

— Партнеры, говоришь? — хрипло хохотнул Кошмар.— Партнеры не убивают гонцов своих партнеров, не отнимают товар и деньги!

— Это нс я! — выкрикнул Вахтанг визгливо. — Меня подставили, Кошмар, ну поверь! Все знают: Буба Князь — честный вор!

— Честный вор? Подставили? — скривил и без того кривую харю Кошмар. — А что это у тебя за чемоданчик в руках'? Ну-ка, дай!

Протянув руку через спинку сиденья, Кошмар забрал у Бубы чемоданчик, осмотрел.

— Чемоданчик-то наш, Буба! Тот самый, который наши люди должны были отдать твоему человеку в обмен на товар. Только наши люди пребывают ныне в лучшем мире, а чемоданчик пребывает у тебя. Или, может, в нем не баксы?

Кошмар легко открыл хитрый замок чемоданчика, откинул крышку.

— Баксы! — хрюкнул он удовлетворенно. — Ну, что ты теперь скажешь, Буба?

— Сатар! — простонал Вахтанг. — Он подставил! Сука, сука, отморозок сраный! Ну, найду!..

— Какой еще Сатар? — бросил Кошмар презрительно.

— Беспредельщик подмосковный! — заторопился Буба. — Он выбил группировку Сюра, ты должен знать, Кошмар! Я сидел себе в кабаке со своей новой девкой, Ингой, а этот Сатар явился и стал Ингу у меня торговать! Я и продал! Он заплатил мне миллион баксов и отдал их как раз в этом чемоданчике... — Буба вдруг осекся. Он понял, как жалко и неубедительно звучат его слова.

— Миллион баксов за телку?! — Кошмар оскорбительно расхохотался. — Ты хочешь убедить меня, что некий Сатар, бандит-отморозок, заплатил тебе миллион долларов за обыкновенную блядь? Расскажи это своей грузинской бабушке, батоно Гуридзе! Боже мой... И чего только люди не придумают, когда приходит пора отвечать за свои поступки! Оборжешься! Ей-Богу, оборжешься!

Вахтанг ясно осознал: теперь он не спасется, не отбрешется. Улика налицо, а объяснение слишком фантастично. И представив, какую лютую смерть ему сейчас предстоит принять, Буба тонко, по-поросячьи завизжал.

— И куда мне теперь идти? — спросила Инга тоскливо.

— Мне плевать! — вспылил Сатар. — Твоя дальнейшая судьба меня не интересует! Когда ты меня выгоняла из дома, ты думала, куда я пойду?! И куда бы я пошел, не будь у меня Любы?!

— А у меня нет Любы... Вообще никого нет... — протянула Инга безнадежно. — Даже Семен теперь не примет, испугается...

— Семен сдох! — злорадно заявил Сатар.

— Да? — переспросила Инга безразлично. — Ну вот, и на него рассчитывать не приходится... А у меня даже паспорта нет...