Чтение онлайн

– Зачем тебе?

– Это не мне нужно, а ей, - эльф указал подбородком в сторону Исхагор, засыпающей на руках Древнего, - если уж ты воспитываешь её, то желательно знать на что можно рассчитывать в процессе воспитания.

– Я поняла.

Исхаг вызвала своего хранителя, и старый друг поставил перед собеседниками шкатулку. Эльф заинтересованно склонился над крышкой, пытаясь разглядеть символ рода на гладкой деревянной поверхности.

– Знак рода затёрт, к сожалению. При ней было что-нибудь ещё?

Орка вопросительно взглянула на Отца Долины. Древний пожал плечами и выудил из воздуха то самое полено, что было спрятано по просьбе орки. Разумеется, призрачный эльф не мог прикоснуться к этому странному предмету и только поворачивал перед собой покорно зависший в воздухе... артефакт?

Исхаг терпеливо дожидалась, пока остроухий наиграется со странной игрушкой, а тот всё разглядывал непонятное наследство Исхагор и не торопился с выводами. Пока остроухий удовлетворял любопытство, Исхаг успела приготовить заплечный мешок к завтрашнему приключению, Древний предложил исследовать противоположный конец долины, где вздымались фонтаны кипящей воды и играли радуги - девочке будет полезна смена впечатлений.

– Кто-нибудь открывал это?
– отрывисто вопросил призрак.

– Нет. Не имею привычки трогать не принадлежащее мне или роду.

– Похвальная привычка, - осклабился остроухий, - известно ли вам что такое 'душа рода'?

Оба шамана переглянулись недоумевающе.

– Что-то вроде тотемного столба клана?
– осторожно предположила орка.

– В каком-то смысле это справедливо. Но само понятие гораздо шире. И девочке надо знать, из какого рода её мать, чтобы правильно использовать свои способности... при наличии таковых.

Гичи-Аум шевельнулся и из полумрака проявился светляк, которого вызвала Исхагор.

– Знакомо тебе такое существо? Или оно сущность?
– поинтересовался хозяин долины.

Эльф невоспитанно присвистнул.

– Откуда?!

– Это работа моей дочери.

Орка осклабилась почти злорадно, ты смотри как этот эльф глаза раскрыл! Ой-бой, куда уж шире? Светляк заметался в узком пространстве меж хозяином долины и эльфом. Эльф так и не смог понять, как это малышке удалось. Шаманка подумала, что и сама Исхагор вряд ли сумеет объяснить свои умения... даже, когда подрастёт.

– Но это не всё, девочка призвала ещё троих, - Древний заставил проявиться воздушных духов и духа источника.

– А ты уверен, что это она?
– эльф скептически хмыкнул.

Ему не ответили. Призрачный эльф вернулся к игрушке. Странное положение вызывало странное же чувство, которому эльф так и не смог дать определения. Девочка с эльфийской составляющей крови, вызвала с Изнанки трёх духов и создала заклинание света. Ребёнок, который даже своё имя назвать не может, использовал пусть простенькое, но всё же светлоэльфийское заклинание. Как? Это теоретически возможно, если один из родителей эльф, а второй родитель или иная ближняя родня шаманы, но отец ребёнка - человек. Так откуда шаманская составляющая крови? Эльф посмеялся над собой и решил спросить прямо.

– В роду девочки были шаманы?

– Отец, судя по всему, - ответил Гичи-Аум.

– Где родители малышки?

– Убиты.

– Их трупы найдены?

– Я похоронила обоих по-орочему обычаю, так что их не найдут.

– Позволь усомниться, - криво усмехнулся эльф, - мать принадлежит к известному роду Огненной Саламандры клана Сиуэннэн, а там и две тысячи лет назад убивали за меньшее, чем украденная душа рода. По матери девочка весьма знатного происхождения, но это не помешает главе рода смешать с землёй 'наглую полукровку'. Мать умерла? Не беда, за её грехи ответит дочь и весь её род... вплоть до последнего паука, ловящего мух в блаженной тишине амбара.

– Не получится!
– оскалилась орка.

– Ты хочешь сказать, что за две тысячи лет эльфы поглупели или разучились воевать с орками?

– Нет, - вмешался Гичи-Аум, - за это время количество эльфов значительно сократилось, а орки, скажем так, несколько поумнели. Но особенно поумнели их шаманы.

– Даже так?!

– Именно,- Древний сложил руки на коленях, - твои сородичи уже половину тысячелетия не высовывают носы из своих земель.

– Интересно получается, - эльф тяжело задумался, - значит последняя война ...

– И последняя и предпоследняя войны закончились поражением эльфов.

Тяжёлое молчание придавило собеседников. У каждого присутствовал свой объект размышлений. Эльф угрюмо размышлял над иронией судьбы, пославшей ему долгожданное избавление от страданий, которым он подвергся по собственной глупости - недооценил в своё время старого орочьего шамана и поплатился таким посмертием, какого не пожелаешь смертельному врагу. Избавление пришло после долгих лет ожидания и пыток, наполненных болью... и от кого? От исконного врага, старой орочьей шаманки, что сию минуту смотрит на него с плохо скрытым сочувствием! Эльф всё смотрел на скорбный рот Исхаг, тяжёлые натруженные лапы, пристроены на колени в щадящем положении... у неё явно ноют кости перед непогодой. Эльф краем разума помнил, что его братья ушли из этой странной нежизни всего полдня назад. А он, Таркилег из рода Бронзовой Птицы, входящего в ныне несуществующий клан, сидит в шатре смертельного врага, разглядывая разряженный амулет, сохраняющий 'душу' известного рода совершенно невидимой даже для эльфийского мага! В полной безопасности артефакта он нисколько не сомневался. Учёному эльфу нестерпимо хотелось узнать у хозяина долины как ему удаётся уплотнить своё тело до материального состояния. Он не отказался бы узнать, как эта странная шаманка сумела скрыть следы магии и убийства родителей девочки. И особенно - как сама девочка совершила то, что совершила. А ещё ему хотелось бежать против ветра, раскинув руки и в какой-то миг взлететь над зеленеющей степью! Чтобы утонуть в синей глубине воздуха, а затем падать подобно камню, распахивая у земли огромные призрачные крылья, гася инерцию падения, вытирая исхлёстанное воздухом и обветренное лицо. Он невероятным усилием сдержал мучительный стон, открыл глаза и орка с опаской заглянула в чёрные провалы глаз, поменявших цвет с серого на серо-чёрный - точь-в-точь головешки, присыпанные серебряным пеплом.

Древний кашлянул, привлекая внимание и невольно ухмыльнулся, выражения лиц у его собеседников были совершенно одинаковыми.

– Вот скажи мне эльф, ты непременно хочешь уйти вслед за сородичами?

Орка изобразила лицом вопрос. Занятно, Отец Долины намерен оставить здесь это... безухое учёное существо? Зачем ему? А ей оно зачем? Но шаманка воздержалась от вопросов. Древний ничего не делает просто так, значит, у него есть какое-то предложение к остроухому учёному? Сколько она поняла из объяснений Эльреги, учёные потому так и зовутся, что они умеют учить других, то есть - это наставники. А кто тут у нас нуждается в наставниках? Орка обернулась в сторону своей дочери. Ну что же... ей всё понятно. Наставник, говорите? Эльф? Для полукровки? Орка внимательно всмотрелась в призрачного волшебника. А почему бы и нет? Уж эльфийским премудростям и манерам этот маг научит Исхагор лучше, чем кто бы то ни было.

Призрак сгорбился у костра. Что остаётся? Он пристально уставился в магическое пламя, машинально заставляя его танцевать в каком-то сложном ритме. И решил, что вот сейчас, вот ещё пару фраз, и он попросит о последней милости эту странную орку, отпустившую за Грань его сородичей без всяких условий.

– Ну и зачем тебе уходить? Чтобы родиться снова на землях эльфов и просидеть там всю жизнь, распростившись навсегда со всеми знаниями, забыв о достижениях и победах, одержанных над собой и природой?