Шамбло
Шрифт:
– У-убе-ей!
Сама собой, без команды и принуждения его рука вскинула оружие, яркая вспышка высветила перекошенное лицо Водир, голубой луч вошел в грудь Аландра, послышалось громкое, отвратительное шипение сгорающей плоти.
Джо плотно зажмурился, потряс головой, снова открыл глаза и ошеломленно уставился на невероятную картину. Согласно всем законам природы, человек с прожженными легкими должен был лежать сейчас на полу, истекая кровью, а вместо этого… Господи, да что же это такое? Темная фигура продолжала цепляться за парапет, из ее груди вырывались бесформенные сгустки чего-то темного, липкого – слизь, похожая на безымянную субстанцию, колыхавшуюся внизу, под обрывом. Аландр оседал, превращаясь в черную, медленно растекавшуюся лужу. Вскоре его тело превратилось в груду густой, вязкой слизи; омерзительно живая, она дрожала и колыхалась, словно пытаясь придать себе некую форму. Затем большая гладкая лужа подползла к парапету, просочилась между столбиками и начала медленно стекать вниз, в свой первородный океан. Через несколько минут на каменных плитах ничего не осталось.
Водир боком привалилась к стене, у нее подкашивались ноги. Техасец собрал последние остатки сил, сделал четыре очень трудных шага и подхватил девушку за локоть.
– Водир! Водир! – его голос срывался. – Водир, что тут произошло? Это наяву или снится? Нам ничто не угрожает? Ты… ты совсем очнулась?
Длинные ресницы медленно поднялись, он увидел в черных, огромных глазах тень знания, почерпнутого в смутно знакомой ему трясине, тень, которую не сотрет уже ничто, кроме смерти. Джо непроизвольно отшатнулся, и Водир начала падать, но затем удержала равновесие, выпрямилась и взглянула на него в упор. Бесстрастность этого взгляда потрясла Техасца не меньше, чем недавнее жуткое зрелище, и все же он заметил в черной бездне некий проблеск, напомнивший о той, прежней Водир. И тут же уверился в своей правоте, когда услышал далекий, бесцветный голос:
– Очнулась?.. Нет, землянин, мне никогда не очнуться. Слишком глубоко спустилась я в преисподнюю, слишком долго там пробыла. Он подверг меня пытке даже более страшной, чем хотел, потому что во мне сохранилось слишком много для того, чтобы понимать, чем я стала, – и страдать, понимая… Я была частью этого чудовища, я слилась с ним во мраке его души. И он был мной, и теперь, когда его нет, я тоже умру. Но сначала я должна вывести тебя отсюда – если сумею, ибо это моя вина, что ты оказался здесь. Если только вспомню, если только найду дорогу…
Водир повернулась и шагнула, пошатываясь, к тускло освещенному зеву арки. Джо бросился следом, поддержал ее левой, свободной от оружия рукой, но она вздрогнула и отшатнулась.
– Нет, нет… твое прикосновение невыносимо… это мешает вспомнить… – Водир побрела дальше; Джо бросил еще один, последний взгляд на тяжелые волны и последовал за ней.
Они шли по тускло освещенному коридору, мимо занавесок, за каждой из которых скрывалась ослепительная красавица, звуки спотыкающихся шагов девушки отбивали неровный такт ее почти бессвязной речи.
– …Жил здесь все эти века, разводил и пожирал красоту… неутолимая, как у вампира, жажда, я ощущала все это, когда была с ним одно… он может вытащить душу через глаза, а затем погрузить ее в ад, утопить, погубить навечно, так было бы и со мной, только я почему-то другая. Ну зачем, зачем мне это отличие? Я хотела бы тоже утонуть… Когда он всеми силами старался подчинить тебя, раздавить, я приняла участие в схватке, сражалась прямо там, в глубинах его мозга… сковывала его, позволила тебе освободиться… не на один момент, а дольше, чтобы ты успел разрушить его – и тогда он стал тем, чем была когда-то я…
Водир споткнулась и чуть не упала, но, схватившись за стену, устояла на ногах. Дальше она старалась держаться от Техасца подальше, словно его близость была чем-то отвратительным, и он не мог больше разобрать ее горячечного шепота, слышал только отдельные, бессвязные обрывки фраз.
Они миновали серебряные ворота и вступили в галерею, где воздух искрился, как шампанское. Там ничего не изменилось, но девушки куда-то исчезли.
В конце галереи Водир остановилась и повернула к Джо мучительно напряженное лицо.
– Здесь – главное испытание. – Она стиснула голову руками, закрыла глаза и начала покачиваться. – Если бы только вспомнить… Мне не хватает сил… я не могу, не могу… – Ее речь сбилась на бессвязный, захлебывающийся шепот.
Но прошло несколько секунд, Водир выпрямилась и решительно взяла Техасца за руку. По ее телу пробежала судорожная волна, прекрасное лицо болезненно исказилось; через мгновение дрожь передалась Джо, и он тоже сморщился от непреодолимого отвращения. Глаза девушки остекленели, на лбу выступили мелкие бисеринки пота, она билась в конвульсиях, как человек, схватившийся за высоковольтный провод. С каждым ее содроганием на Техасца накатывали свинцовые волны ужаса, он снова утопал во тьме, снова барахтался в черной трясине.
А затем кошмар закончился. Снова, как и тогда, вокруг Техасца сомкнулась ровная, бесстрастная тьма, возникло странное ощущение, что все вокруг течет и трансформируется; открыв глаза, он обнаружил себя в знакомом коридоре, в ноздри ударил затхлый, солоноватый запах.
Водир негромко стонала, привалившись плечом к влажной каменной стене, ее все еще била дрожь.
– Сейчас, – еле слышно выдохнула она, – сейчас. Я… я едва справилась… сил не хватает… подожди, я сейчас…
Ожидание растянулось на несколько мучительно долгих минут, но в конце концов Водир сумела взять себя в руки.
– Идем, – бесцветно сказала она, и они отправились наверх по длинному темному коридору. Перед черным залом девушка протянула Джо руки. И снова он провалился в ад, снова барахтался в кошмарной трясине, борясь с вязкими черными волнами… А затем нахлынула чистая, блаженная тьма, и Джо с трудом разжал сведенные судорогой пальцы.
Бледная как смерть Водир едва держалась на ногах; за ее спиной смутно угадывались обтянутые черным бархатом стены, тусклый свет отражался в полированной поверхности стола.
– Пошли. – Она покачнулась и чуть не упала. – Пошли. Скорее.
И снова знакомый путь, но в обратном направлении – черный зал, кованые ворота, короткий, темный коридор, вход на винтовую лестницу. Здесь сердце Техасца упало – изнеможенная девушка не дойдет и до половины этой чертовой спирали. Однако Водир без раздумий шагнула на первую ступеньку; следуя за ней, Джо слышал обрывки бессвязного, горячечного шепота:
– Подожди… подожди… дай мне подняться наверх… исправить хоть это… потом – что угодно… нет, нет! Землянин, землянин!