Чтение онлайн

– Теперь ты начинаешь юлить.
– Я покачал головой.
– Как бы там не было, я уже говорил, что судьба Лейси Роквелл тревожит меня в последнюю очередь и только в силу сентиментальности моего характера. Я заговорил о ней лишь затем, чтобы окончательно прояснить ситуацию. Нам обоим прекрасно известно, что Лейси и ее брег не имеют никакого отношения к этому делу. Нам известно, что эти ребята попросту стали частью отдельного кровожадного замысла, который ты с помощью некоторых заинтересованных лиц разработала после того, как увидела меня здесь, в Киз, и решила, что настала пора поквитаться. С остальными исчезновениями твой план связывает лишь то, что на мысль тебя в определенной степени навела пропажа Фиппса. Поэтому оставим пока в стороне мисс Лейси Роквелл. Нам предстоит сосредоточиться на двух или трех Фиппсах, одном Маркусе и одном Лавалле. Что скажешь?

Хэриет Робинсон быстро покачала головой.

– Ты уже сам ответил на свой вопрос, дорогой, - сказала она.
– Ты признал, что история с Роквеллами - единственное, в чем замешана моя скромная персона. Конечно, я в свое время читала об исчезновении Фиппса и, возможно, это действительно подсказало мне кое-какие идеи, но что касается сера Джеймса и барона Генри - вернее, Онри - то я впервые слышу эти имена.

– Об этом молчали, - пояснил я, - пока поисково-спасательные группы безуспешно прочесывали океан.

– Если это не удалось им, то каким образом могу я...

Я подался вперед.

– У них не было твоих связей, - хрипло промолвил я.
– И ими не двигало то, что движет тобой.

– Движет мной? О чем ты?

– О желании остаться в живых, моя радость, - сказал я.

– Ты рассчитываешь с помощью шантажа заставить меня помогать тебе...

– Превосходно! Дама наконец начинает понимать, чего от нее хотят!
– насмешливо проговорил я.
– Совершенно верно, капитан Робинсон. Я вас шантажирую.

Мне поручили грязную работенку, которую к тому же приходится начинать из тупика. Я предлагаю тебе помочь мне отыскать выход или отправиться в тюрьму. Я выражаюсь достаточно ясно?

– Но каким образом... Я утратил терпение.

– Проклятие, хватит разыгрывать беспомощную женщину! Ты имеешь дело с Мэттом, милая, с тем самым парнем, которого пыталась убить уже во второй раз. Я знаю, что ты столь же беспомощна, как кобра, к тому же очень умная кобра. Заставь поработать старые инстинкты. Если тебе это не удастся, пойдешь ко дну. Заруби себе это на носу. Поэтому разыщи тех парней, с которыми ты связалась, когда в твоей голове зародился гениальный план моего устранения. Если они не располагают нужными мне сведениями, то без сомнения они смогут их раздобыть. Они знают, у кого спросить и как получить ответ. По крайней мере, они способны узнать достаточно, чтобы мы смогли домыслить остальное. Я и ты с твоими профессиональными знаниями.

– Профессиональными знаниями.
– Глаза ее превратились в щелки.
– Какими профессиональными знаниями?

Я покачал головой.

– Ведь ты разбираешься в море и судах, не так ли? Дело происходит в океане, но, похоже, никто не рассматривал его с точки зрения мореходства. К исчезновениям относятся так, как будто люди пропадают в центре Нью-Йорка, а не посреди Атлантического океана.

На лице у нее отразилось облегчение.

– Что ж, если ты считаешь, что небольшой опыт мореплавания сможет помочь, я охотно...

– К тому же, - прервал ее я, - ты обладаешь и другими сугубо профессиональными знаниями, которые будут нам в высшей степени полезны: тебе известен единственный в здешних местах уголок, где могут находиться эти люди. Если они еще живы. Тот самый уголок, в котором ты планировала укрыться, если здесь станет слишком горячо.

И вновь последовала продолжительная пауза. Хэриет еще раз быстро тряхнула головой и произнесла спокойно и уверенно:

– Не понимаю, о чем ты.

– Я видел катер, малышка, - сказал я.
– Тут, неподалеку, за фальшивым маяком. Этакая большая, неприметная посудина для ловли рыбы недалеко от берега с двигателем в какие-то две сотни лошадиных сил. Но на самом-то деле, их как минимум три сотни, не так ли? Три сотни лошадиных сил и пятьдесят узлов, и когда ты врубишь двигатели на полную мощность, угнаться за тобой смогут разве что на гоночном катере. Запасная восемнадцатигаллонная емкость с бензином на кокпите вдобавок к стандартному пятидесятигаллонному баку под полом...

– Под настилом...

– Что?

Хэриет спокойно пояснила:

– У катеров не бывает пола, дорогой. Обычно его называют палубой, но на профессиональном языке он именуется настилом кокпита. И емкость главного бака под ним пятьдесят один галлон.

Я с уважением посмотрел на нее. Ничто не могло заставить эту женщину растеряться и забыть о своем профессиональном долге перед человечеством. Все эти гениальные мореходы одним миром мазаны. Ни один из них не потерпит неправильной терминологии и обязательно укажет на ошибку, даже если наступит его последний час.

– Как скажешь, - согласился я.
– Под настилом кокпита. Но для путешествия в один конец тебе вряд ли понадобится такой запас топлива. Отсюда до Кубы немногим более сотни миль, не так ли? Почему ты еще не там? Почему ты не направила свою ракету на юг в ту самую секунду, когда узнала, что твои друзья на Багамах опростоволосились, и я все еще жив?

Потом я провел ее назад к катеру. Мы просидели над бокалами достаточно, долго и снаружи уже стемнело. Теперь мы опять стали друзьями или, по меньшей мере, делали вид, что это так. Я пригласил ее пообедать. Хэриет остановилась у короткого трапа, перекинутого на катер с бетонной набережной, повернулась и протянула руку.

– Дай мне время переодеться в приличную одежду, - сказала она.
– Мэтт?

Я слегка сжал и отпустил ее ладонь. И почувствовал, что упустил момент. Мне следовало склониться и поцеловать руку. Даже в мужеобразном облике капитана Хетти эта женщина требовала такого обращения.

– Да?
– сказал я.

– Ты ведь просто догадывался, правда? Догадывался и отчаянно блефовал.

– Разумеется. О чем-то я догадывался и где-то блефовал. Конечно, я не мог знать наверняка, что за двигатели ты себе приготовила. Но мне припомнился маленький катерок, которым несколько лет назад снабдил меня мой шеф. Под крышкой двигателя было восемьдесят пять лошадиных сил, и когда я поддал газу, мы чуть не вылетели на орбиту. Тогда шеф указал на двигателях мощность двадцать пять лошадиных сил. Мне показалось, что при сложившихся обстоятельствах для тебя логично последовать его примеру.

– Собственно говоря, они вряд ли дадут триста лошадиных сил, - заметила Хэриет.
– Только порядка ста сорока каждый, но я сочла, что этого вполне достаточно. В спокойном море катер разгонится до пятидесяти узлов; настоящих узлов, а не каких-то миль в час. Немногие суда способны на такое.

– И конечно, я не преминул воспользоваться своей знаменитой холодной и безжалостной логикой, - добавил я.

Хэриет улыбнулась.

– Что ж, я никогда не любила скромных мужчин, - заметила она.
– Тем хуже.