Чтение онлайн

Вера, стоявшая у окна, резко повернулась, убрала со лба рыжую прядь и с недоумением взглянула на Кирилла влажными покрасневшими глазами. Она мысленно спрашивала его: «Что это за бред? Мы же видели Вешнего сегодня днем!»

Белкин почувствовал себя неловко, что случалось с ним крайне редко. Он пожал плечами, почесал затылок и фарсово выдал:

–  Что ж… Прошу вас, любимая моя Ирина Юрьевна, принять мои глубочайшие извинения в связи с тем, что я имел неосторожность скверно подумать про вашу незапятнанную…

–  Довольно! Заткнись!
– прикрикнула Ирина.

Кирилл молча читал предсмертную записку, время от времени кидая взгляды на Ирину.

–  Вот и конец всей этой истории, - философски изрекла Ирина и с состраданием взглянула на лицо мертвеца.
– Даже у этого отморозка, оказывается, была совесть. Он искупил свой грех чистосердечным признанием.

Она подняла взгляд на Кирилла:

–  Ты удовлетворен?

Кирилл промолчал.

–  Будем считать, что все довольны такой развязкой… - произнесла Ирина и стала медленно спускаться, легкомысленно размахивая саквояжем.
– На этой оптимистической ноте позвольте объявить, что встреча выпускников тридцать седьмой средней школы города Краснодара объявляется закрытой. Нам остается убрать со стола посуду, а тела покойников вынесет милиция.

Напевая что-то жизнерадостное, Ирина прошла мимо Люды, все еще сидящей в кресле, поднялась по лестнице до середины и, остановившись, оперлась о перила.

–  Не переживай, милая, - сказала она.
– Больше трех тебе не дадут. Состояние аффекта - это обстоятельство, смягчающее наказание…

Она едва успела увернуться. Тяжелая стеклянная пепельница пролетела рядом с ее головой и с грохотом разбилась о стену.

–  Не интеллигентно, - произнесла Ирина, заметно побледнев. Торопливо поднимаясь выше, она добавила: - Дура ты, Люда! Дура!

Закрывшись в комнате, Ирина села на кровать, зажгла бра и раскрыла саквояж. Вынула оттуда рюкзачок, вытряхнула из него деньги, пересчитала запаянные в полиэтилен пачки и задумалась. Потом аккуратно сложила деньги в рюкзачок, приготовила лист бумаги, ручку и написала:

«В районное отделение милиции. Заявление. В то время, когда я находилась в заложницах у гражданина Курги, сотрудники моей фирмы разработали операцию по освобождению меня и всех остальных заложников. В ходе этой операции с большим риском для жизни им удалось задержать сообщницу Курги - его сестру Веру и изъять у нее рюкзак с 50 000 долларов. К несчастью, преступнице удалось сбежать. Рюкзак с долларами остался у моих сотрудников. Полагаю, что деньги добыты Кургой и его сообщницей незаконным, преступным путем, и они могут стать неоспоримым вещественным доказательством совершенного преступления.

И.Ю. Гончарова».

Она сложила лист, сунула его в рюкзачок, закрыла его и спрятала под матрацем.

Потом вынула из саквояжа мобильный телефон, пудреницу, расческу и выложила все это в ряд на тумбочке.

Все хорошо, думала она, глядя на привычные предметы, которые сопутствовали ей каждый день. «Признание» Курги Белкин и Вацура будут охранять как боевое знамя части. Им тоже не нужны лишние допросы в кабинете следователя. Эта бумага разом снимает проблемы у всех обитателей приюта. Даже облегчает участь Люды, на которую запросто могло пасть подозрение.

Одно только обстоятельство тревожило Ирину. Что знает Кирилл о братках, с которыми повстречался в лесу? И главный вопрос: какого черта они стали по нему стрелять? Шел себе мужик с женой по лесу, никого не трогал, а в него вдруг из пистолета. Может, повздорили из-за какой-то ерунды?.. Нет, тут что-то не то. Ни Марат, ни Леша из-за пустяка за оружие хвататься не станут. Напротив, они лучше в сугроб залягут, чтоб остаться незамеченными.

Ирина в волнении вскочила и стала ходить по комнате из угла в угол… А вдруг Вацура случайно увидел, как они убивали сестру Курги? Кинулся ей на помощь, завязалась перестрелка… Это самое худшее, что могло случиться. Если это так, то Вацура становится для Ирины весьма опасным. И его жена, кстати, тоже… А все-таки, где же Ирина видела эту рыжую?

Да, думала Ирина, закуривая, надо выяснить, что же произошло в лесу. Что Кириллу известно? Неужели это правда, что из четверых телохранителей осталось всего двое? А где оставшиеся двое? Если они живы, то почему не отвечают на телефонные звонки?

Кирилл человек сложный и умный. Но если ему известно о делишках братков, то почему он молчит? Почему сразу не прижмет Ирину к стене и не скажет: «Ты приказала убить сестру Курги! По твоему приказу у мужа Люды вымогали деньги…»? Это был бы весьма чувствительный и точный удар… Значит, он либо ничего не знает, либо по каким-то причинам не хочет обострять отношения с Ириной.

Оставшиеся в живых два идиота, которые попались Кириллу в лесу… Есть ли уверенность, что они, если окажутся в милицию, будут выгораживать Ирину? Никаких гарантий. Вся эта сволота верна Ирине до тех пор, пока она исправно им платит и своими связями обеспечивает им безопасность. А как только запахнет жареным, они сразу сдадут ее с потрохами, проболтаются, что она заказала сестру Курги. И такая каша заварится, что Ирине долго придется ее расхлебывать. А потом, не дай бог, всплывут делишки покруче…

Значит, этих двоих надо упрятать очень далеко. Метра на два под землю. И пусть потом милиция все спишет на бандитские разборки.

Как же быть с Вацурой? Ссориться с ним нельзя, братки в его руках - все равно что два козырных туза. Надо обязательно выяснить, что ему известно. Если он знает слишком много, то надо предложить ему союз на крови: пусть замочит оставшихся в лесу братков, а Ирина поделится с ним деньгами. Пятьдесят тысяч баксов, должно быть, его устроят. И тогда будет все схвачено. Даже если вдруг объявится муж Люды, то он не испортит общей картины. Пусть рассказывает милиции, как Курга вымогал у него деньги, а девушка в красном комбинезоне эти деньги приняла под канаткой. Если эти деньги будут в руках Вацуры, то никто и никогда их уже не найдет.

Именно так.

–  Ты же видишь - это признание шито белыми нитками!
– говорила Вера Кириллу.
– Если все, что написано про убийство Вешнего, - вранье, то у нас есть все основания утверждать, что признание в убийстве Земцова тоже вранье! Эта бумажка от начала и до конца - фальшивка!

Они сидели в беседке, откуда прекрасно просматривался весь двор, освещенный луной. Можно было не беспокоиться, что их подслушают.