Чтение онлайн

– Я не знаю.

– Может быть, нападающие от вас что-то требовали?

– Нет.

Вздохнуть тяжело. Папочку закрыть. Ручки в стороны развести.

– Тогда извините.

– А как же Мальдивы?

– Я бы всей душой, но начальство требует чётких ответов. И спонсоры… – Шагнуть к двери.

– Они не от меня требовали, от мужа.

Да? Интересно, требовали от него, а били-калечили жену.

– Они твердили про какой-то контракт. Что надо от него отказаться. И вообще лучше отсюда уехать.

– А что за контракт?

– Не знаю. Что-то с нефтью. Только вы мужу про это не говорите, а то он!

– Конечно, не скажу! Спасибо. Выздоравливайте.

Какие-то негры. Подростки. Которые везде одинаковы, хоть в Африке, хоть в России, хоть в Австралии. Просто хулиганы, которым в радость кому-нибудь по мордасам настучать. Тем более не за просто так.

– Кто вас нанял?

– Не знаю, какой-то американец.

– Откуда ты знаешь, что американец?

– Так он же «президентами» платил. Отстегнул бабки, сказал, чтобы мы тех русских отметелили и напомнили им про контракт.

– О чём напомнили?

– Чтобы они перестали нефть сверлить. И свалили отсюда. Ну, мы их отмутузили. И напомнили…

– Описать заказчика можете?

– Нет, вы, белые, все на одно лицо…

Ну вот теперь всё связалось воедино.

Нефть на шельфе – наши бурильщики – наши торгпреды и нанятые афрохулиганы, которые на них наехали. В лучших традициях наших девяностых. И теперь по всему выходит, здесь надо ждать гостей. Серьезных. К встрече с которыми лучше подготовиться.

– Не желаете слетать в командировку в Африку? Теплое море, белый песочек, дешевизна, климат, фрукты, экзотика. Мечта! И стоить этот индивидуальный тур будет десять тысяч баксов. Вам.

– Мне?

– Вам. Ну, конечно, там немного поработать придется. Но… без отрыва от отдыха.

– О чем вы, я еле ноги переставляю.

– Так там ножки по белому песочку легче будет переставлять. Опять же командировочные, усиленное питание и лечение. Персональные медсестры из местных с параметрами девяносто-шестьдесят-девяносто. Очень опытные сестрички – покойника из гроба поднимут.

– Да вы что, я не сегодня-завтра помру.

Ну, не сегодня и даже не завтра, а только через несколько месяцев. Что очень хорошо. Потому, что если раньше, то недоработает, а если позже, то может проболтаться. Потому что в таких операциях нужен «буфер». Который будет взаимодействовать с многочисленными исполнителями, транслируя им чужие приказы. «Говорящая голова».

– Вы подумайте, вам ничего делать не придется, только говорить на английском и французском, которыми вы владеете. Отдавать распоряжения.

– Чьи?

– Мои.

– А что же вы сами? Если всё включено?

– Мне противопоказан жаркий климат.

– А почему вы выбрали меня?

– По характеру. И профессии. Вот ваша характеристика с последнего места работы: «трудолюбивый, исполнительный, педант…» – это отмечается в плюс. А в качестве минуса: «…не склонен проявлять инициативу, плохо сходится с людьми, нелюдим, держится особняком от коллектива, избегает участия в общественной жизни».

– Это плохо?

– Это хорошо! Это то, что нужно. Вы нам подходите.

– Кому это «нам»?

– Заинтересованной в вас стороне.

– Хорошо, я подумаю.

– Думайте. Только недолго, потому что больниц много… А больных еще больше.

Трудно найти на черном континенте черного негра среди миллионов чернокожих африканцев. Много проще вычислить бледнолицых гостей. Которые отсвечивают, как бельмо на глазу. Нужно лишь понять, откуда они прибудут.

Откуда?

Да хоть откуда: из Нового Света или из Старого, или из Азии, хоть из Австралии. Потому что пути подходов к цели могут быть долгие, разнообразные и запутанные. «Тайные люди» прямыми дорогами не ходят.

Тогда изменим вопрос: на чем могут прибыть гости? Потому что ловить их проще всего на месте прибытия. Как говорится: дорог, ведущих в город, много, а ворота – одни. Посмотрим, как тут дела обстоят с транспортом? Не очень обстоят. Подавляющее большинство гостей прибывает по воздуху. В три аэропорта. Рейсов там немного, и если поставить в толпу встречающих трех-четырех соглядатаев с фотоаппаратами…

Теперь морской путь.

Есть пять портов: один пассажирский и четыре грузовых. Два из которых работают на каботаж, потому что к приему крупнотоннажных судов не приспособлены. Пассажирский лайнер приходит два раза в неделю, так что отсмотреть и отфотографировать сходящих с трапа гостей нетрудно. В грузовых портах судов швартуется больше. Но там можно будет подрядить пограничников и карантинную службу, которые будут привязываться к каждому сходящему на берег матросу или пассажиру, выясняя, кто он такой есть.

Ну еще, может быть, местный яхт-клуб. Правда, яхтсмены все друг друга знают, как те цыгане, только цыгане по дорогам бродят, а эти по морям-океанам.

Теперь «железка», которой здесь, считай, нет – только местные линии, по которым ниоткуда не добраться. По которой еще чуть ли не паровозы вагончики таскают! И где сплошь одни только аборигены.

Автотранспорт. Можно исключить. По таким дорогам ездить дураков нет, тем более по партизанским районам. Это тебе не полицейские с палочками, у этих разговор короткий – поставят к баобабу и шлепнут.

Что еще?

Подводные лодки, планеры, парашюты и прочую экзотику всерьез рассматривать не будем, потому что зачем ползать брюхом по дну или болтаться на стропах, если всё равно придется объявиться в городе, где твою бледную физиономию тут же срисуют.

Конечно, можно в качестве нелегалов нанять афроамериканцев с другого континента, которые той же масти и расцветки. Но местные их раскусят в один момент по речи, по манере, по повадкам. Как ни странно, но в таких медвежьих углах спрятаться много труднее, чем где-нибудь в европейской столице. Это всё равно, что незнакомцу в глухую сибирскую деревню заявиться, где все всех по именам знают и хоть в валенки и телогрейку обряжайся, а всё равно будешь на виду.