Чтение онлайн

– Но кроме того русского, я не видела в Севериноре подозрительных личностей, – сказала Алси.

Думитру скупо улыбнулся:

– Ты и не могла их видеть. Мои разведчики обычные люди, охотники, купцы, путешественники, бояре, крестьяне, деревенские князьки. Увы, тот, с кем мы имели дело, не из их числа, – добавил он, опережая вопрос Алси. – Некоторые пишут письма или копируют чужие. Как я уже рассказывал, именно так я узнал о планах Бенедека жениться на тебе. Другие навещают моих людей или меня, когда появляются новости.

– Почему ты этим занимаешься? – с нотой разочарования в голосе спросила Алси. – Если ты ненавидишь игры, которые затевают великие державы с твоей землей, если тебе отвратительны заговоры и повстанцы, почему ты в этом участвуешь?

– Так считал и мой отец, – ответил Думитру – Он не понимал, что мы замешаны в большой политике, хотим мы того или нет. Я однажды сказал тебе, что не хочу быть пешкой. Если нет другого выбора и приходится участвовать в игре, я хочу быть игроком. Те пятьсот фунтов, что я получаю от этого в год, мне совсем не повредят, как и то, что я использую людей и державы, которые хотят использовать меня. – Он горько усмехнулся – Только теперь, кажется, роли переменились, и я действительно оказался пешкой.

– Ox! – только и сказала Алси, вглядываясь в темный лес за спиной Думитру.

Он видел, как она обдумывает информацию, расставляя все по местам, меняя свое представление о нем. Думитру уже не в первый раз задумался, каково это представление. Что Алси в действительности о нем думает?

Думитру вдруг пришло в голову, как сильно он скучает по ней, не только по ее телу, но даже по той успокаивающей уверенности, что она ждет его, по дружеским разговорам, по ее неожиданным вопросам, бойкому, живому уму. Что произойдет, если он вернет ее в Северинор? Она простит его или будет дожидаться возможности нового побега? И как бы ни было велико его желание, захочет ли сам удерживать ее против воли?

– Я рада, что узнала это, – наконец сказала она. – Видимо, хитрость и обман тебе слишком легко даются. Должно быть, эту привычку трудно сломать. И человеку, привыкшему управлять людьми как марионетками, крайне странной кажется просьба позволить самой подергать за несколько ниточек. – Прежде чем Думитру справился с удивлением и смог сформулировать ответ, Алси добавила: – Так что мы намерены делать?

Думитру потер покрасневшие глаза и устало улыбнулся:

– Бежать, конечно. Что же еще?!

Ален не поверила легкомысленному ответу Думитру. Таким тоном родители уверяют испуганного ребенка, что ничего плохого никогда не случится. Верить в это приятно, но бессмысленно.

Путешествие из Белграда растянулось уже на целую неделю. С каждой милей их окружало все большее запустение, захудалые деревеньки попадались все реже и реже, леса становились гуще. Алси казалось невероятным, что они движутся к столице империи, когда-то потрясшей основы христианского мира. К городу, существовавшему с античных времен, бывшему ни больше ни меньше Римом Востока. Трудно было представить, что они удаляются от цивилизации. Когда Алси не удавалось отвлечься с помощью математики и философии, в ее голове начинали кружиться обрывки цитат о падении царств и царей. Библейское «Как пали сильные» [9] сливалось с «Отчайтесь, исполины! Взгляните на мой труд, владыки всей земли» [10] , и пустынный ландшафт казался ей Божьим предупреждением будущим поколениям, хотя в чем именно оно заключалось, она не могла сказать.

Они с Думитру почти не разговаривали. Да и что можно было сказать? «Мне так жаль, что тебя ждет неминуемая и, вероятно, мучительная, смерть»? «Мне очень жаль, что тебя тоже убьют или продадут в рабство»? Снова бессмысленны и бесполезны, они ничего не меняют. Ее возвращение в Англию теперь стало эфемерной мечтой, хотя ничем другим и не было с самого начала. Алси поймала себя на том, что больше всего скучает по Северинору. Снег падал, таял, снова падал, на мир медленно надвигалась ранняя зима, которая основательно поселилась в ее сердце.

Каждую ночь Алси засыпала от усталости в палатке вместе с Деяной, а мужчины устраивались вокруг на голой холодной земле. Каждое утро она просыпалась, почти не отдохнув, одевалась, машинально съедала завтрак, садилась в седло и занимала свое место в маленькой кавалькаде. У нее было такое ощущение, будто они с Думитру – пленные князья, которых проведут по городу в триумфальном шествии победители.

На седьмую ночь после отъезда из Белграда, когда последние остатки надежды на побег ушли, как вода сквозь пальцы, Алси разбудили. Нет, не шум лагеря и не тусклые лучи рассвет, пробивавшиеся сквозь крышу палатки. Вырвав из тяжелого сна, на ее рот легла рука. Алси открыла глаза, слишком изумленная, чтобы бороться, и увидела на фоне белого полотна палатки мужской силуэт.

Думитру.

Она знала, что это он, точно так же, как знала себя. Губами распознала шероховатость его руки. Узнала контуры его тела, теплый, присущий ему одному запах, от которого замирало сердце. Алси коснулась руки Думитру, давая понять, что узнала его и все поняла. Он убрал свою ладонь.

Алси осторожно отстранилась от Деяны, которая свернулась за ее спиной, чтобы согреть ее и самой не замерзнуть. От солдат и плена ее отделяли только тонкие стенки палатки. Служанка уже привыкла к коротким отлучкам Алси по ночам и только плотнее завернулась в одеяло.

Алси встала, холод окатил ее ледяной волной, пробившись сквозь фланелевые нижние юбки и лишая дыхания. Стиснув челюсти, чтобы не стучали зубы, она накинула плащ, схватила одежду и сунула ноги в башмаки.

Думитру молча повернулся к ней спиной и вышел из палатки, ткань хрипло зашелестела, когда он поднял полог. Алси вышла вслед за Думитру, сердце ее гулко стучало, движения от холода были скованными и неуклюжими. Вокруг костра, в котором красноватые угли подернулись серым пеплом, спали, закутавшись с головой в одеяло, стражники. Алси уже знала, что в холодные ночи люди спят крепко.

Думитру бесшумно шел к деревьям, окружавшим поляну, Алси кралась следом, переступая через упавшие ветки, черными змеями растянувшиеся на первом снегу. Наконец лесная чаша приняла беглецов в свои глубины, скрыв за деревьями последние блики красных углей. Над головой мерцали бледные холодные звезды. Широко открыв глаза, словно для того, чтобы впитать больше света, Алси схватилась за сюртук Думитру. Спотыкаясь, она едва видела землю под ногами и почувствовала, что он тянет ее за собой. Вскоре Думитру остановился, и Алси заморгала от удивления, увидев под деревом двух привязанных лошадей. Он раздобыл лошадей! Закрыв глаза, Алси произнесла про себя благодарственную молитву, сердце ее постепенно успокаивалось, возвращаясь к нормальному ритму.