Шепот
Шрифт:
Энни все еще была полна впечатлений.
– Я сказала ему, что ненавижу свои волосы – они такие кудрявые. А он сказал, что я смогу их выпрямить, если захочу. Я сказала, что папа мне не позволит, а он сказал, что я смогу это сделать, когда вырасту, потому что тогда я смогу делать, что захочу. Он сказал, что знает одну женщину, которая сделала так, и ей понравилось. – Энни хихикнула: – Готова поспорить, что он имел в виду одну из своих жен.
Линн и Эмили переглянулись, и Эмили насмешливо заметила:
– Ты же ничего не знаешь о его женах!
– Вот и знаю! Мне Сибил рассказала. У него их было две. Или три. – Энни, задумавшись, остановила вилку на полпути ко рту. – Знаешь что? Если ты когда-нибудь разведешься с папой, я думаю, тебе нужно выйти замуж за Тома.
– Энни! Можно подумать, я когда-нибудь разведусь с папой.
– А я думаю, ты выберешь дядю Брюса, – заметила Эмили. – Ты же его так любишь.
При этих словах уголок рта у нее вздрогнул. Юмор ли это был или цинизм, или то и другое? Линн отвела взгляд. А Энни серьезно ответила:
– Конечно, я люблю его, глупая, но у него же есть тетя Джози.
Линн сделала им обеим выговор: – Глупости! И Боже вас упаси сказать что-нибудь настолько же идиотское в присутствии папы. Он возвращается через неделю, в среду.
Еще одиннадцать дней. Всего лишь одиннадцать дней, – сказала Энни. – Я думала, что его не будет дольше.
– К тому времени он закончит свою работу, – объяснила Линн, – и ему нужно будет возвращаться.
– Но он только что уехал. Какая польза от того, что он уехал, если он сразу же развернется и поедет обратно? Не слишком же много работы у него. Надеюсь, что в следующий раз они дадут ему работы побольше, – съязвила Энни.
– Иди выведи Джульетту, – вмешалась Линн. Ей нужно погулять.
В понедельник, когда школа снова открылась после каникул, Эмили вернулась домой без Энни, жалуясь:
– Что за ребенок! Она опять пропустила автобус. Думаю, мне теперь придется вывести машину и поехать обратно. А она все это время будет мерзнуть на улице.
Линн выглянула в окно. Шел мокрый снег. Белый склон холма был покрыт опасной ледяной коркой.
– Нет, Эмили, поеду я. Дороги скользкие, а у тебя недостаточно опыта вождения, чтобы справиться с машиной в такую погоду.
Эмили взглянула на необъятный живот матери.
– А если машина забуксует и тебе придется выходить, и ты упадешь? Нет, мам, поеду я. Я буду осторожна.
«Когда дело доходит до чего-то серьезного, она все же самая ответственная девочка», – подумала Линн, наблюдая, как машина осторожно выехала на подъездную аллею, плавно заскользила вниз по дороге и, одолевая дюйм за дюймом, скрылась из виду. Однако она осталась стоять у окна, вычисляя в уме, сколько времени понадобится, чтобы доехать до школы и обратно.
Когда зазвонил телефон – похоже, телефоны всегда имеют обыкновение звонить в самый неподходящий момент, – Линн сняла трубку. Незнакомый голос долетел до нее по проводам:
– Линн Фергюсон? Это Фэй Хеллер, соседка вашей сестры Хелен из Сент-Луиса. Вы меня помните?
Внутри у Линн все перевернулось.
– Да-да, что-нибудь с… Хелен?
– С Хелен все в порядке. Они всей семьей уехали кататься на лыжах. Я звоню, потому что их нет, а тут у меня дома ваша малышка Энни.
Линн медленно опустилась в кресло.
– Энни? У вас? Я не понимаю…
Очень спокойный негромкий голос объяснил:
– Не пугайтесь. С ней все хорошо, она цела и невредима. Она приехала на такси около трех. Я увидела, как она звонила Хелен в дверь, и, естественно, ей никто не открыл. Вышла и привела ее к себе. Сама она не хотела ничего объяснять, а я не настаивала, но…
«Боже мой, она убежала. Что же еще произойдет? Но убегать из дома бессмысленно…»
– Я представить себе не могу, что ей пришло в голову! – расплакалась Линн.
«Тебе не нужно ничего себе представлять, ты прекрасно все знаешь сама. Роберт возвращается домой…»– твердил внутренний голос.
Тот случай с мороженым был ужасен, однако… Убегать из дома… Энни, Энни…
Она усиленно соображала. Потная, холодная рука, держащая трубку, дрожала.
– Дети иногда преподносят нам сюрприз, разве не так? – Женщина пыталась хоть как-то объяснить этот поступок, хоть как-то утешить. – Я полагаю, что мы в свое время поступали точно так же с нашими родителями.
Мысли Линн скакали. Как смогла Энни купить билет и сесть в самолет? Ребенок без сопровождения взрослых – на такое расстояние? Ей бы никогда не продали билет.
– Могу я с ней поговорить?
– Я предложила ей сразу же позвонить вам, но она была немного расстроена, что вполне естественно, и я подумала, что лучше не настаивать.
– Неужели она боится поговорить со мной? Скажите ей, что я не буду ее ругать. Я лишь хочу узнать, как она. Скажите ей это, пожалуйста, пожалуйста!
– Я бы не сказала, что она боится, но дело в том, что она ужасно устала, и я отправила ее наверх прилечь. После того как она поела, разумеется. Она была голодна.
«Женщина проявляет такт. Но правда в том, что Энни не хочет со мной говорить».
– Она хочет домой. Хотите, я посмотрю, когда ближайший самолет, с которым мы могли бы ее отправить сегодня вечером?
Она хочет вернуться домой! Господи, спасибо тебе за это!
– Нет, при сложившихся обстоятельствах я бы не хотела, чтобы она летела одна. Я лучше узнаю, как я могу вылететь отсюда.
Но здесь у нас очень плохая погода. Может, вы разрешите оставить ее здесь на ночь? Кроме того, уже вечер.