Шрифт:
Arthur Conan Doyle
Sherlock Holmes: The Sign of the Four
Adapted by: Stephanie Baudet
Печатается с разрешения Sweet Cherry Publishing
Limited и литературного агентства Andrew Nurnberg.
Серия «Детская мировая классика»
Иллюстрации: Арианна Беллуччи
Перевод с английского: Анна Артемова
Дизайн обложки: Юлия Межова
Все права защищены. Никакая часть данной публикации не может быть воспроизведена или использована в любой форме и любыми средствами, электронными или механическими, включая фотокопирование, запись или использование любой системы хранения и поиска информации, без предварительного письменного разрешения издателя.
Право Стефани Боде называться автором этой работы было заявлено ею в соответствии с законом об авторском праве, дизайне и патентах 1988 года.
Copyright: © Sweet Cherry Publishing Limited, 2019
Adapted by Stephanie Baudet
Licensor: Sweet Cherry Publishing United Kingdom, 2021
Однажды днём мы с Холмсом вели в нашей гостиной разговор, который не очень-то меня радовал, поскольку мой друг не работал ни над каким делом. В этот день он не выпускал из рук трубку и жаловался на отсутствие интересной загадки. Я взял с его колен буклет и попытался сменить тему:
– Что вы думаете о моём труде, Холмс? Вы читали мой рассказ «Этюд в багровых тонах»?
– Я просмотрел его, – сказал Холмс. – Но мне не с чем вас поздравить. Расследование – точная наука, а вы попытались придать ему эмоциональный оттенок.
Меня раздражала его критика, ведь я написал рассказ специально, чтобы ему угодить.
– Некоторые из моих работ переведены на французский язык, – сказал Холмс, не беспокоясь о моих чувствах.
– Ваших работ?
– О, разве вы не знали? – воскликнул он, смеясь. – Я написал несколько небольших статей. Одна посвящена различиям более чем ста видов табака и ещё одна – об отпечатках пальцев. Но я, должно быть, уже утомил вас своим хобби.
– Вовсе нет, – честно ответил я. – Не сочтите за грубость, можно ли мне проверить ваши навыки?
– Я был бы рад поразмыслить на любую тему, которую вы предложите, – ответил Холмс.
– Я слышал, вы говорили, что человек оставляет свой отпечаток на любом предмете, которым регулярно пользуется, – начал я и вынул из кармана часы. Они были не новые и только недавно стали моими. – Будьте любезны, опишите предыдущего владельца этих часов?
Я передал другу часы с лёгким чувством веселья. Я знал, что задание невыполнимо, и, признаюсь, хотел преподать ему урок, чтобы он перестал быть так уверен в своей непогрешимой проницательности.
Холмс внимательно посмотрел на циферблат, открыл заднюю крышку и изучил механизм через увеличительное стекло.
Я с трудом сдержал улыбку, когда он с разочарованным видом вернул их.
– Здесь нет отпечатков, – сказал он. – Часы недавно чистили.
– Вы правы, – сказал я, думая, что его отговорка неубедительна.
– Но мои исследования не совсем безуспешны, – сказал он, задумчиво глядя в потолок. – Насколько я знаю, часы принадлежали вашему старшему брату, который унаследовал их от вашего отца.
Я кивнул:
– Это вы, без сомнения, узнали по инициалам Г.В. на задней стороне?
– Совершенно верно. «В» предполагает вашу фамилию. Этим часам почти пятьдесят лет, а инициалы такие же старые, как сами часы, а значит, гравировку сделали для представителя предыдущего поколения. Ювелирные изделия обычно переходят от отца к старшему сыну. Ваш отец умер много лет назад. Следовательно, предыдущим хозяином часов был ваш старший брат.
– Пока что верно, – сказал я. – Что-нибудь ещё?
– Он был очень небрежен. У него были все шансы, о которых он мог мечтать в жизни, но он их упустил. В основном он жил в бедности, хотя изредка знавал и богатство. В конце концов он спился и умер. Это всё, что я могу сказать.
Я вскочил со стула и с горечью в сердце принялся расхаживать по комнате:
– Не могу поверить, что вы опустились до такого, Холмс! Вы разузнали о моём бедном брате, а теперь притворяетесь, будто делаете выводы по его старым часам!
– Мой дорогой доктор, – сочувственно сказал мой друг, – примите мои извинения за то, что я коснулся болезненной темы. Но уверяю, я понятия не имел, что у вас есть брат, пока вы не вручили мне эти часы.
– Тогда как вы узнали обо всём этом? Ведь вы абсолютно правы. Это были догадки?
– Нет-нет. Я никогда не гадаю. Вам это кажется странным, потому что вы не следите за ходом моих мыслей и не наблюдаете за мелкими деталями, которые приводят меня к выводам. Я начал с заявления, что ваш брат был небрежен. Если вы посмотрите на нижнюю часть корпуса часов, то заметите, как сильно она поцарапана. Это говорит о том, что он держал другие твёрдые предметы, например монеты или ключи, в одном кармане с часами. Человек, который так обращается с вещью за пятьдесят гиней, уж точно небрежен. Можно также сделать вывод о том, что человек, унаследовавший настолько ценную вещь, мог быть хорошо обеспечен и в других отношениях.
Я кивнул. Брат унаследовал большую сумму денег от нашего отца.
– Ломбарды обычно царапают номер заклада на внутренней стороне предметов. В моё увеличительное стекло видны четыре числа, поэтому я предполагаю, что у вашего брата часто были финансовые трудности. Затем у него наступали периоды процветания, когда он мог выкупить часы. Наконец, – добавил Холмс, – взгляните на отверстие для ключа. Посмотрите, вокруг него тысячи царапин, как будто владельцу с трудом удавалось попасть туда ключом. И обычно так и бывает у пьяниц. Так скажите же мне, в чём здесь тайна?
– Всё ясно как божий день, – ответил я. – Я приношу свои извинения. Я должен был больше верить в ваши способности. Как жаль, что у вас сейчас нет дела!
Не успел я договорить, как, постучав, вошла квартирная хозяйка с запиской на медном подносе.
– Вас спрашивает юная леди, сэр, – сказала она, обращаясь к Холмсу.
– Мисс Мэри Морстен, – прочитал он. – Попросите её пройти, миссис Хадсон. Не уходите, доктор. Я бы предпочёл, чтобы вы остались.