Чтение онлайн

А как выглядел он сам?

«За вами уже вылетели».

Откуда Уолден знал, где их искать?!

В воздухе, совсем-совсем близко, плыл тяжелый гул стратолетов.

Вдох-выдох, вдох-выдох…

Голова Сато озарилась ярким светом. Свет не исчезал, несмотря на сумерки.

Началось действие наркотика?

В памяти его всплыла та, самая последная, застывшая в воздухе химическая структура, показанная ему Хольмгреном. Теперь он видел трехмерную молекулу куда более отчетливо… Нет, не вспомнить. Все равно не вспомнить. Насколько это важно? Какая теперь разница?

Гул стратолетов вдруг ослабел. Голова пухла, наполняясь формулами в виде звуков. Как бы избавиться от этого – не приведи бог, она еще лопнет…

Поверхность свалки заколыхалась; Сато присел, чтобы не упасть, и притянул к себе Кристу. Она не сопротивлялась, глупо таращась на кучу рыбных потрохов и чешуи. Сато поглядел в ту сторону и громко икнул от радости.

Слоан-младший оживленно кивал, внимательно слушая пояснения отца. Они сидели на куче отбросов, не обращая внимания на их вид и запах. Впрочем, и на Сато с Кристой Слоаны, похоже, плевали. Ну и ладно. Как там Слоан-старший назвал эту классную штуку? Кажется, fear me, «бойся меня»?

– А чего меня бояться, Найджел? – громко крикнул Сато.

Но тот не откликнулся.

Вот ведь как. Там, в лаборатории Хольмгрена, было что-то такое… под повисшей в воздухе трехмерной структурой были еще какие-то символы… Нет, не символы…

Буквы.

Они образовывали в пространстве подобие химической структуры, только более упрощенного вида, потому что у них не было этих, как их… ну да, связей.

Сато хихикнул.

У букв нет связей, а вот у него со специалисткой первого класса Кристой Боннер – есть…

Он нажал на седло носа большим пальцем. На время это привело его в чувство. Значит, буквы. Какие буквы? Кажется, «ай»… Потом «эл», потом «ти»… нет, «кей». «Кей»? А может, «эф»?

«Эф». Хорошо. Правильно. Только вот еще что. Буквы там были заглавными. Почему?

Кланг-кланг-кланг… Так сложно сосредоточиться. Спариться бы… С Кристой. Вон она какая… Готовенькая…

Ну же!

«Эф»-«и»-«эй»-«ар»-«эм»-«и».

Fear me.

Нет. FEAR ME. Да, именно так. Не прописными. Заглавными.

Он дернулся, как от удара током.

Вырезанные на груди Титуса буквы тоже были заглавными!

Уффф, под балдой куда лучше. Думать не надо.

Может, Криста чего подскажет?

– «Ну-ка, бл. ь, налей бокал, хахалек твой прискакал!» – весело спел Сато. – Ик-к-к, ты девонька, не обращай внимания… Вот что. Ты… – он напряженно пытался поймать ускользающую мысль. Нет, никак. Сато с размаху стукнул себя основанием ладони под нос. Кровь весело закапала на губы и подбородок, но тем не менее, боль возымела ожидаемое действие.

– Криста, внимательно… Да слушай же, ну пожалуйста! – Она, хохоча, уворачивалась от него и пыталась задрать подол халата с тем, чтобы показать ему «это»… Наконец, поймав ее, он влепил ей три затрещины, одна сильнее другой. Кровь полилась из носу и у нее.

– Ну вот, вас, мужиков, не понять – то трахаете, а то деретесь… – капризно заныла она, но взгляд ее стал более осмысленным.

– Быстро! – Сато впился ногтями в ее плечи. – Для чего… нет, не так… С какой целью… Да что же это… Ф-ф-ффууу… Буквы! – заорал он. – Формулы, буквы, структуры, буквы, понимаешь? Эф-и-эй-ар-эм-и – это что? Ты знаешь? Под структурой Хольмгрена были эти буквы, а Найджел назвал так наркотик… – он повернулся к весело кивающему головой призраку Слоана-старшего. – Ну объясни ей сам, черт тебя побери! Криста, милая, эти буквы… Слэнг-название наркотика… Понимаешь?

– Отцепись, дрянь! Плечо раскровил! А я, дура, думала, мы с тобой деток застрогаем… – она вырвалась из его рук и, пошатнувшись, неожиданно серьезно и вполне отчетливо сказала:

– Фенилаланин-глютамат-аланин-аргинин-метионин-глютамат … Эф-и-эй-ар-эм-и… – Пропела она на манер популярной детской песенки. – Каждая из двадцати природных аминокислот обозначается одной буковкой – так проще, когда надо формулы пептидов выписывать, они же до чертиков длии-и-и-иннющие… Понял, глупышок?

Она игриво размазала ему кровь на губах, но Майкл не обратил на это внимания. Он был пригвожден к месту простотой изобретения Слоана-старшего.

Шесть букв. Шесть аминокислот… Шесть.

Формула противоядия.

Сидящие на рыбьих потрохах Слоаны беззвучно зааплодировали.

– Зачем ты такой яркой помадой губы красишь? Ты же не голубой, правда? – Криста проскандировала: —«Ну, а если голубой, не водиться мне с тобой …»

– Криста, давай, детка. Давай, попробуем, ну, пожалуйста… – Сато тянул ее к «Квесту», который белел на фоне мрачных гор отбросов, ставших вдруг непреодолимо огромными.

Он не умел водить гибрид. Но выбора не было.

– Есть еще вот такая болезнь… Клаустрофобия… Знаешь? – пыхтел Майкл, беспорядочно тыкая в многочисленные кнопки, которые издевательски подмигивали ему лампочками. Девушка мирно устроилась у него на коленях, расположив голову в опасной близости от его паха. Какие губы… Он снова стукнул себя в нос: – Сосредоточься же, гнида!

Эта кнопка? Нет, не она – не фурычит. Может, эта? Зеленый цвет кнопки сменился оранжевым. Что-то громко зажурчало под брюхом гибрида. Майкл икнул от смеха, потом расплакался.

Нет. Бесполезно. «Квест» не заводился. «Тщетно, Сетанта…»

Где-то далеко, в стороне моста Бэй Бридж небо озарилось пульсирующими сиренево-малиновыми сполохами, которые начали неумолимо приближаться к ангарам Хантерс Пойнт.

Точно, фосфомагниевые. Похоже, стратолеты начали оттуда, с другого конца свалки.

Уолден спешил уничтожить «Кассио-45». В первую очередь.

Скорее всего, потом он примется за сам город.

Скорее всего.

А-а-а, пополам. Он закрыл глаза. Шлеп-п-п… Капля крови из носу упала Кристе на висок. Не просыпаясь, она мурлыкнула по-кошачьи и укусила Сато за бедро. Майкл непроизвольно дернулся и нажал коленом на какую-то штуковину под штурвалом. Раздалось негромкое жужжание, потом щелчок; заслонка на приборной панели отъехала в сторону… Экран компьютера-бортовика загорелся обнадеживающим голубым светом.