Чтение онлайн

Как только Аккуратов сообщил о вылете, Спирин разбил горизонт на участки и поручил определенным товарищам следить за своими участками.

В ход были пущены все бинокли. Наблюдатели влезли на крылья самолетов, в штурманские рубки.

Через 25 минут Трояновский закричал:

– Вижу, вижу!

Мы все посмотрели в сторону, куда показывал Трояновский, и действительно заметили крохотную черную точку. Прошло еще полчаса, и "СССР-Н-169" опустился на льдину. Наконец-то все корабли воздушной экспедиции собрались на станции "Северный полюс".

Но радоваться было некогда. Мы крепко обняли и расцеловали товарищей, умыли, накормили их и немедленно занялись делами.

В палатке Шмидта был выработан план возвращения на остров Рудольфа. Так как после непредвиденных посадок и перелетов Алексеева, Мазурука и полета Молокова сильно сократились запасы бензина, то оказалось, что с нашим горючим все самолеты до острова Рудольфа не долетят. Кто-то предложил:

– А что, если один самолет оставить здесь? На три машины бензина хватит...

Это предложение встретило резкий отпор всего собрания.

– Страна доверила нам четыре самолета, и мы должны вернуть ей четыре самолета,-говорил Алексеев.-Самолет бросить не трудно. Мы знаем случаи, когда иностранцы-путешественники бросали самолеты. Но большевикам это не к лицу. Позвольте мне лететь по направлению к острову Рудольфа, пока хватит бензина. В районе 84-85-й параллелей есть посадочные площадки. Я сяду там и подожду, пока вы пришлете мне бензин с острова Рудольфа.

– Я согласен с Анатолием Дмитриевичем, - сказал Шмидт.
– Мы должны закончить экспедицию так же, как начали: без потерь. Нам незачем торопиться. Мы прилетели сюда не для того, чтобы ставить рекорды быстроты, а чтобы хорошо, по-большевистски, сделать большое и важное дело...

В итоге совещания было решено, что Алексеев полетит, пока хватит бензина, затем сядет на льдину, куда Головин доставит ему бензин. Экипаж самолета был несколько изменен. В его состав вошли: Шевелев, Алексеев, Мошковский, Жуков, Стромилов, Сугробов, Гинкин и Шмандин.

После совещания мы усадили Аккуратова у нас в палатке и с большим вниманием выслушали его рассказ о десятидневной жизни на льдине.

– Пролетев над полюсом,-начал Аккуратов,- мы прошли вперед еще десять минут и затем повернули к лагерю. Однако лагеря мы не обнаружили. Получили распоряжение сесть, связаться с лагерем, а потом перелететь к товарищам.

Внимательно осмотрели одну из льдин и пошли на посадку. Внизу мелькали ропаки. Достаточно одному из них попасть под лыжу-и самолет был бы разбит. Но летчики мастерски вели машину. Она благополучно села и остановилась рядом с двухметровым торосом. Выскочили на лед, крепко обняли друг друга, водрузили красное знамя на вершине тороса. Незабываемая картина! Ветер треплет полотнище флага. Шесть человек с обнаженными головами окружают его и громко провозглашают "ура" великому Сталину.

Сделав астрономические определения, мы установили, что перелетели через Северный полюс и сели в 25 милях за ним.

Летчики и механики разбили две розовые шелковые палатки.

Я отправил радиограмму, в которой указал наше местопребывание. Ответа не было. Радиограмму я повторил много раз, зная, что о нас беспокоятся. На длинных волнах нас не слышали. Перешел на короткие. Тогда нас услышали мыс Челюскина, остров Диксон, а затем и остров Рудольфа.

Осмотрели льдину. Она была овальная - километр в длину и семьсот метров в ширину. Множество торосов покрывало ее поверхность. Каждый из торосов был во много раз больше нашего Самолета. Определили толщину льдины.

Оказалось четыре метра льда и девяносто сантиметров снега.

– Значит, ваша льдина толще нашей. Наша имеет всего три метра...

– Да, наша потолще. Но ваша - гораздо лучше. Нам, к сожалению, такие льдины не попадались... Поэтому пришлось сесть на весьма неудобную.

Единственным ровным местом на ней был участок длиной в двести пятьдесят метров, на который сел наш самолет. О взлете с такого поля нельзя было и думать. Предстояла огромная работа по расчистке дорожки. Мы взглянули друг на друга, как бы проверяя, свои силы. Нашему экипажу предстояло разрубить и отбросить в стороны тысячи пудов льда, работая лишь лопатой, киркой, топором и альпенштоком1. Решили приступить к постройке аэродрома с завтрашнего дня. Пока же укрепили самолет, организовали кухню, устроили радиомачты и зарядили аккумулятор. Повар, наш полярный летчик Козлов, возился около двух примусов, готовя первый обед.

Надо сказать, между прочим, что обед был замечательный!

Устроившись спать, тревожно прислушивались к завыванию ветра и к легкому потрескиванию льда. Но под утро мы привыкли к этим шумам и заснули крепким сном.

Встали мы в семь часов, свежие, бодрые.

Мои вычисления показывали, что льдину относит по направлению к Гренландии со скоростью шести миль в сутки.

Погода портилась.

Приступили к обработке аэродрома. Лопатой, топором, киркой разбивали торосы и ропаки. Куски крепкого, как камень, льда грузили на нарты и отвозили в стороны. Особенно памятен один торос. Мы его рубили двое суток. Ныла спина, болели пальцы, хрустели суставы, но все-таки мы его уничтожили.

На третий день пребывания на льдине отпраздновали день рождения Матвея Козлова. Ему исполнилось тридцать пять лет. По этому поводу были произнесены очень трогательные и теплые речи.

5 июня наступила хорошая погода, и, закончив расчистку аэродрома, мы прилетели к вам.

Извините, что так долго задержались, но это не наша вина...

1 Альпеншток - палка с острым наконечником, которой пользуются альпинисты при подъеме на гору.

Мы рассмеялись в ответ на последние слова Аккуратова. Разве могли мы винить товарищей за их десятидневную невеселую жизнь на плохой льдине?..

День прошел хлопотно. Радисты беспрерывно принимали метеосводки. Папанинцы заканчивали последние работы, проверяли грузы. Каждый пакет, каждая банка, каждый ящик получили строго определенное место на территории лагеря. И чего тут только не было! И резиновые надувные лодки, и ружья, и кастрюли, и мануфактура - от грубой парусины до тончайшего шелка, шахматы, одежда, бритвы, научные приборы, резиновые мешки с керосином и бензином, двигатели и многое, многое другое.

ПРОЩАНИЕ С ПОЛЮСОМ