Шхуна «Колумб» (рис. Л. Лурье)
Шрифт:
— Гелий, гелий, здесь полно гелия… я… я задыхаюсь!.. Господин начальник, я выполню ваше поручение… выполню… Он нам нужен, я понимаю вас… Что вы говорите? Да, слушаю. Я всегда сумею выполнить… Я… я. Анч? Я сделаю лучше него… Она… формула профессора Ананьева… Да-да…
Голос Антона перешел в шепот, девушка едва слышала его. Казалось, он говорил кому-то на ухо большую тайну.
— Она знает… знает… Я заставлю ее рассказать. О, я умею держаться… Ха-ха-ха!..
Смех его был страшен. Услышав этот смех, Люда поняла, что Антон сошел с ума. Ее охватил ужас. Общество сумасшедшего в этих темных застенках!
Он продолжал что-то шептать. В этом шепоте девушка разобрала свое имя. Шепот сменился злобным, нервным смехом. Снова он говорил о формуле профессора Ананьева, уверял кого-то, что дочь должна знать эту формулу, открытую отцом. Он заставит ее рассказать все. Он хвалился своими исключительными способностями, уменьем допрашивать, выведывать все тайны и снова смеялся. Наконец Антон утих. Несколько минут из его каюты не доносилось ни малейшего звука. Люда стояла в дверях своей комнаты. Но вот послышался шорох, как будто где-то поблизости крадучись пробиралась крыса.
В темноте с необычайной осторожностью выбирался из своей каюты сумасшедший, охваченный желанием заставить дочь профессора Ананьева раскрыть секреты отца.
Люда быстро отступила в свою каюту и захлопнула двери. Только она задвинула засов, как Антон из всей силы налег на двери. Послышался стук, а потом стон. Сумасшедший упал в центральном посту управления перед дверью командирской каюты.
Люда села на стул, откинулась на спинку и с ужасом обдумывала свое положение. Стрелки, которые она потрогала немного позднее, показывали, что ночь уже прошла — был десятый час утра.
Люда прошла к кровати и в отчаянии упала на нее.
Она окончательно теряла надежду.
Глава VII
ВОДОЛАЗ ИДЕТ НА ГЛУБИНУ
На место, где произошла авария подводной лодки, «Буревестник» пришел ночью. С Лебединого острова захватили баллоны с гелием и часть баллонов с уже приготовленной газовой смесью для водолазов. На корабль приехали профессор Ананьев и два молодых химика, которые готовили эту смесь на борту эсминца.
Собственно, пришли не на самое место аварии, а в тот район, где на дне моря лежала пиратская лодка. Штурман эсминца сумел привести туда корабль, но предупредил, что точность все же приблизительная и возможная ошибка равна полумиле в радиусе. То есть подводную лодку следовало бы искать где-то здесь, на площади примерно в два с половиной миллиона квадратных метров. Надо было дождаться рассвета, чтобы при дневном свете обнаружить нефтяные пятна на воде. И уже по ним точнее определить местонахождение лодки.
Пока водолазы отсыпались перед спуском, обслуживающий персонал готовил костюмы, спускал водолазный баркас, проверял каждую мелочь. Химики под руководством профессора готовили по рецепту инженера-эпроновца смесь кислорода с гелием и сами испытывали ее. Гелий — идеальный газ для замены азота в воздухе, если речь идет о дыхании. Будучи совершенно инертным, он не создает никакой угрозы организму; к тому же его атомный вес в три с половиной раза меньше атомного веса азота, и эта особенность позволяет водолазам использовать его при спусках на большие глубины. В таких случаях к гелию подмешивают кислород, но в меньшем количестве, чем его содержится в обычном воздухе. Дело в том, что, дыша, человек перерабатывает не весь кислород, который попадает в его легкие, а частично выдыхает его вместе с азотом и углекислотой. Многочисленные исследования дыхания водолазов показали, что под большим внешним давлением человек, дыша гелиевым воздухом с меньшим количеством кислорода, чувствует себя значительно лучше, чем когда он дышит обычным воздухом. К тому же он может пробыть на больших глубинах больше и не так легко поддается кессонной болезни.
Между тем инженер-эпроновец вместе с механиками и машинистами «Буревестника» приспособляли воздухонагнетательные помпы для работы с гелиевым воздухом. В этих подготовительных работах прошел конец ночи.
На рассвете вдали показались огоньки парохода. Это шел «Пенай» с добавочной партией эпроновцев, кессонной камерой и различным водолазным оборудованием.
«Пенай» остановился вблизи эсминца, и немедленно шлюпка с краснофлотцами протянула от корабля к пароходу телефонный провод. Трофимов и инженер-эпроновец вызвали к телефону капитана парохода. Последний, давая сведения о привезенном оборудовании, сообщил о наличии металлоискателя — прибора для розыска затонувших кораблей. Действие прибора основано на магнитных свойствах металла. За кораблем-разведчиком тянется на буксире магнит. Когда магнит нащупает на дне железную массу, включается звонок.
Решили, не ожидая утра, приступить к обследованию морского дна. «Пенай» немедленно выпустил на буксирном тросе металлоискатель и стал бороздить воду в различных направлениях вокруг миноносца.
Одновременно с началом розысков инженер-эпроновец послал радиограмму на ближайшую эпроновскую базу с просьбой выслать ему подводный танк, с помощью которого он надеялся ускорить подъем лодки.
На рассвете задребезжал звонок металлоискателя. Пароход проходил над какой-то массой железа. Никто не мог с уверенностью сказать, была ли это подводная лодка. Это мог быть обычный железный хлам, старый якорь, потерянный каким-нибудь пароходом, наконец пароход, затонувший в том месте, может быть, десятки лет назад.
Всходило солнце, когда установили, что следов нефти на море почти не осталось. Отдельные пятна находились одно от другого на значительном расстоянии. Если бы не металлоискатель, пришлось бы затратить очень много времени на розыски лодки. Впрочем, не будучи уверен, что лодка лежит именно там, где показывал чувствительный прибор, «Пенай», оставив на этом месте водолазный баркас, двинулся дальше. Вскоре была обследована вся площадь, указанная штурманом «Буревестника». И еще в двух местах дребезжал колокольчик металлоискателя, извещая о наличии на дне каких-то железных частей.
Решили спускать на разведку сразу трех водолазов. Для этого воспользовались двумя баркасами, а третий заменял сам «Пенай». На палубе парохода оборудовали водолазную станцию, поставили помпы, провели телефон, протянули трос от лебедки и сбросили конец за борт. На этом тросе должны были спускать водолазов.
Первыми разведчиками вызвались быть все водолазы, но инженер выбрал только двоих: Вариводу и широкогрудого эпроновца Козлюка, третьим он назначил себя, чтобы проверить безопасность рискованного спуска на глубину. Но начальник экспедиции Трофимов изменил планы инженера.