Чтение онлайн

Три раза ха.

– Рада встрече, Шимура-сан, - поклонилась я.

Сразу Орочимару отправлять никуда не стали - все же он был ирьенином, так что пока его приписали к госпиталю, впрочем, как и меня. А что? "По записям деда" я смогла обучиться простейшим медицинским техникам, и поэтому, чтобы приносить хоть какую-нибудь пользу, лечила раненых бойцов, ведь рук в госпитале катастрофически не хватало. И именно там я встретило это.

Признаюсь честно - это стало худшим моим кошмаром, и каждый раз, когда я в последующем переселялась в новое, детское тело, этот кошмар начинал атаковать с новой силой.

Увидев меня, оно осторожно замерло, словно ожидая атаки с моей стороны, но ее не последовало, и оно осмелело. Подобравшись ближе, оно начало издавать странные звуки - и ринулось в атаку.

– Ками-сама, какая прелесть! Кто привел сюда это милое создание?

Никогда бы не подумала, что Цунаде так любит детей... Если бы знала - сразу бы бежала как можно дальше, а то и вообще не появлялась на пороге госпиталя. Нафиг, нафиг! Может, мужчины и хотели бы оказаться на своем месте, но меня, шестилетнего ребенка, она просто задушит своими сиськами! Страшная женщина...

– Руки. От меня. Убрала. Быстро, - я попыталась скопировать Орочимару, но это было бесполезно. Светловолосый монстр только воскликнул, и продолжил наступление...

– Да хватит уже!
– сорвалась я на крик, не выдержав.
– Может, вы и думаете, что это приятно, но идите душить своими сиськами кого-нибудь другого!

Эффект это произвело шикарный. Химе Сенджу отступила на шаг, а молодой ирьенин, проходивший мимо по коридору, уронил инструменты и залился краской. Зато я, наконец, оказалась на свободе. Ура, воздух! Все, пора бежать! Пока ирьенин не опомнилась, я свалила оттуда.

Джирайю я пока не видела, и слава Ками. Нет, мне не было перед ним стыдно - я больше боялась Минато. Странно, да? Но именно Намикадзе был самым опасным из моих друзей, кто не был посвящен в мои планы. Он очень проницательный и неплохо разбирается в психологии, так что, если в моем поведении будет несостыковки, то он заметит сразу. К тому же, он в будущем мог получить власть и влияние, и может стать опасным противником, а учитывая, что я играла на его чувствах... Остальных я боялась не так сильно. Цунаде-химе и все поймет, от Джирайи я максимум получу люлей, а Чозу вполне смогу успокоить. Минато же является самой серьезной проблемой.

Кстати, о Намикадзе. Не знаю, создал ли он уже свой знаменитый Расенган, однако я пыталась воссоздать эту технику, чтобы улучшить контроль чакры, да и не стоит забывать, что в нее можно добавить стихийный компонент или вообще модифицировать. Я уже прошла два этапа (первый еще в Конохе), но третий пока не удавался - не хватало концентрации, чтобы удержать контроль над нитями. Но уже на этой стадии я заметила интересный факт: сила техники зависела от свойств чакры. Если использовать обычную чакру, то эффект получался как в каноне, однако же если я использовала инь-чакру, то техника не была столь эффективна, вернее, не выглядела так. Если незаконченный Расенган оставлял существенную вмятину в дереве, то незаконченный Инь-Расенган приводил лишь к появлению нескольких мелких трещин в коре, однако дерево иссыхало буквально за пару дней. Странно... Причин этого феномена я не могла понять. А еще мне было интересно, что будет, если добавить в технику стихию Воды? Расенган со стихией Ветра уничтожал не только тело, но и чакроканалы из-за самих свойств данной стихии, а что будет делать водный, если свойствами Суйтона являются гармоничность и пластичность? В любом случае, мне этого не узнать еще слишком долго: хоть я и в достаточной степени изучила стихию воды, но из-за узости чакроканалов из водных техник я могу применять лишь Мидзу Буншин, водяного клона, и Суидаган, водяные снаряды. Вторую технику я даже изучать не стала - слишком хлопотно ее применять, да и скорость такого снаряда не выше скорости куная. Если противник не очень быстр, то от куная он уклониться не сумеет, а если же он быстрее, то эта техника уже не нужна...

Впрочем, я делала успехи на другом фронте, а именно - в менталистике. Когда Иноичи был в лагере, он вечерами потихоньку обучал меня. И уже не техникам для боевого применения, а более "мирной" менталистике: проникновение во внутренний мир, работа с чужими воспоминаниями, постановка закладок и перекраивание сознания. Объяснял все про эмоциональные привязки, про запечатление... Кажется, он слишком увлекся, ведь первоначально меня хотели обучать менталистике, чтобы спрятать информацию о клонировании - теперь же, кажется, из меня решили вырастить полноценного менталиста. Вот только практики в этом мне почти не давали, все же свидетелей много, но теорию Иноичи объяснял с радостью.

М-да, хороший стимул тренироваться. В тайдзюцу я ноль, в ниндзюцу есть только одна стихийная техника, две техники ирьедзюцу и три - гендзюцу... сильна я только в менталистике, да и то лишь сравнительно с остальными характеристиками. Такими темпами, если не стану сильнее, то войну не переживу. Так что мне надо срочно становиться сильнее, пока мне не додумались вручить протектор и направить на убой.

Вот с такими мыслями я и возвращалась с тренировки, полностью вымотанная. Чакра практически на нуле, и уверена, мне придется взять выходной в госпитале, а то и два, чтобы полностью восстановиться. Но успехи были - я в кои-то веки осилила запечатывание и распечатывание, и теперь не надо будет таскаться с рюкзаком. Наверное, именно из-за усталости и радости за собственные успехи я расслабилась и совершенно забыла о мониторинге обстановки. Подойдя к палатке Орочимару, я не раздумывая распахнула полог и зашла внутрь...

Чтобы застыть на месте.

Орочимару был не один. У него были гости, которых я еще долго предпочла бы не видеть. И если Джирайя был для меня сейчас безвреден, Минато вряд ли бы стал подозревать усталого ребенка, то последняя... Цунаде я боялась до сих пор.

До моего прихода тут велась какая-то оживленная дискуссия, но стоило только мне войти, все замолчали. Шиматта, и почему я сейчас не могу использовать эмпатию?

Они все сверлят меня взглядами. Что делать, а? Извиниться и уйти - не прокатит...Точно!

– То-сан, я закончила тренировку, - кивнула я Орочимару.
– Запечатывание и распечатывание у меня получилось освоить.

– А... Молодец, Хадзиме, - кивнул он. Эх, люблю я шокировать окружающих! Джирайя и Минато все еще молчат, а вот на лице Цунаде отражается такая буря чувств...

– Карада Хадзиме, верно?
– наконец интересуется она. Ой-ей... Что-то мне это не нравится.

– Хай, Цунаде-сан, - коротко поклонилась я.
– Для меня большая честь познакомится с вами. То-сан много о вас рассказывал.

На ее лице, наконец, четко выделяется только одна эмоция - злость. Ками-сама...

– Орочи, пойдем-ка выйдем, - криво улыбнулась она. Ой, б...!

И вот уже минут пятнадцать мы наблюдаем за схваткой двух из троицы саннинов. Что характерно, Цунаде использовала только тайдзюцу, но из "то-сана" выбивали пыль, попутно объясняя в выражениях разной степени экспрессии, какой же он нехороший человек. И он учит меня непонятно чему, и эгоист он, и...

– Так ты и правда дочь Теншико, Хадзиме-тян?
– поинтересовался Джирайя.
– Ты сильно похожа на свою мать.