Схрон
Шрифт:
Павел проглотил ком в горле, с силой потер лоб.
– Подождите!.. В голове не укладывается… «хирурги» исчезли?! А Те, Кто Следит – их потомки?! Мне они говорили другое, что они наши потомки.
– И ваши тоже, – кивнул бровей. – Я имею в виду человечество. Древо Времен сложней ваших примитивных представлений о нем, оно пересекается само с собой бессчетное количество раз в бессчетном количестве измерений и времен. Но, собственно, перейдем к делу. У меня есть к вам деловое предложение.
– Д-да… конечно… что? – До Павла не сразу дошел смысл слов путешественника по мирам. – Подождите, дайте прийти в себя… неужели это правда – «хирургов» больше нет?!
– Да, вы, люди, чересчур эмоциональные существа, – констатировал бровей Мимо, разглядывая Жданова с некоторым сожалением. – Это зачастую мешает вам решать важные проблемы. Итак, вы готовы выслушать предложение?
– Д-да, – согласился Павел и глубоко вздохнул, успокаивая сердце. – Да! Чего вы хотите?
– Игра закончилась – нынешняя, конечно. Ваша Метавселенная-Ветвь сохранилась, надобность в Судьях и судебных исполнителях отпала. Но вы, вы лично, можете попробовать себя в ином качестве.
– В каком же? – с недоумением поднял брови Павел.
– В качестве Игрока в следующей Игре.
От неожиданности Павел засмеялся… и умолк. Он вдруг понял, что бровей не шутит.
– Вы сами-то понимаете, о чем говорите? Я всего лишь человек, существо биологического цикла…
– Вы – стая, – поправил Жданова бродяга по Ветвям времени. – Стая по имени Павел Жданов, живущая примерно в двух триллионах Ветвей. И предложение это сейчас выносится всем Павлам одновременно.
Глаза Жданова выразили его чувства, и бровей Мимо засмеялся. Во всяком случае, так можно было понять его пси-волну, соответствующую человеческому смеху.
– Трудно представить? Ничего, пройдет. Итак?
– Кто… вы? – тихо спросил Павел. – Простой бродяга по мирам не может иметь полномочий такого масштаба… если только он…
– Ну-ну?
– Не Игрок!
Бровей Мимо снова «рассмеялся».
– Отдаю должное вашей прозорливости. Недаром я следил за вами практически с момента вашего проникновения в Ствол. Но я не Игрок, я организатор Игр. Итак, вы согласны?
У Павла закружилась голова, и он вынужден был присесть на корточки. Помассировал затылок, с усилием встал, распрямил плечи.
– Почему бы вам не обратиться с подобным предложением к Златкову или Ромашину?
– Судьи, как правило, никогда не становятся Игроками в силу многих причин, в основном психологического плана. Ромашин отказался стать Игроком, но, возможно, согласится стать помощником организатора. Его уровень позволяет ему сделать это!
– Тогда чего вы хотите от меня?
– Да или нет?
– Нет.
– Что ж, уважаю вашу волю. – Бровей отступил. – Но не теряю надежды. У вас еще остается шанс перешагнуть на другой уровень бытия и сознания, неизмеримо более высокий, чем ваш нынешний.
– Я сказал – нет.
Бровей Мимо насмешливо оглядел затвердевшее лицо Павла, поклонился… и его не стало.
Павел снова почувствовал приступ тошноты и головокружения, зажмурился, заставляя организм преодолеть нахлынувшую слабость, вспомнил о спутниках и выбежал из своего отсека управления в кольцевую галерею.
Ясена встретила его на пороге, с затуманенным взглядом, бледная, растерянная, протянула к нему руки. Они обнялись. Но перед глазами Павла все еще стояла фигура бровея, организатора Игр, и в голове бился пси-голос мнимого бродяги:
«Можете попробовать себя в ином качестве… в качестве Игрока… можете попробовать себя… можете попробовать…»
– Могу, – прошептал Павел.
– Что? – не поняла Ясена.
– Но не хочу! – Он поцеловал ее так, как никогда не целовал, обнял за плечи, повел по кольцу галереи к другим отсекам. – Пора домой, зоренька моя Ясная, нам столько предстоит увидеть и сделать…
Бровей перед мысленным взором Павла подмигнул ему и растаял окончательно. Человек для него как личность не имел значения, человек как стая оставался потенциальным кандидатом в Игроки.
А организатор Игр, потрясающих Вселенные, умел ждать…