Штамм

Солидный пожилой толстячок, профессор-вирусолог, Джеймс. К. Сэллинг, чуть ли не вприпрыжку, бежал к высотному зданию института, ступая в лужицы, подернутые тонкой пленкой льда, чтобы поскорее оказаться в своей лаборатории. Со стороны он походил на расшалившегося школьника, и это радостно-приподнятое настроение было вполне объяснимо. Сегодня его лаборатория сдает Специальной Комиссии Сената штамм нового вируса, итог многолетних исследований чуть ли не всего Института. Наконец-то будет покончено с этим бичом ХХI века - с педофилией! Новый вирус, едва попав в организм, приведёт к полной импотенции всех лиц с подобными наклонностями. И при этом он совершенно безвреден для остальных. Дети теперь могут жить спокойно, а родители вздохнут с облегчением! Конечно, еще предстоят многочисленные проверки, испытания на преступниках-добровольцах. Но одно уже ясно - это прорыв, совершенно новое слово в науке и медицине.

Идеальное лекарство.

Вполне тянет на Нобелевскую!

Дрожащими от радостного возбуждения пальцами, профессор повернул ключ и открыл дверь. Сотрудников еще не было; рабочий день начнётся лишь через час. Профессор решил пока что лично перепроверить, всё ли подготовлено к показу. Он раскрыл стеклянные двери шкафа, подровнял пробирки... а пока наводил лоск, не заметил, как широкий рукав халата смахнул на белый кафельный пол одну ампулу со штаммом...

Слабый хруст заставил профессора вздрогнуть. Он с ужасом увидел дело рук своих... но быстро взяв себя в руки, облил это место спиртом, собрал щеткой осколки, высыпал их в мусорное ведро, протёр пол влажной тряпкой, потом сухой, и тут же забыл про досадную оплошность. С его стороны это была непростительная ошибка. В подобных случаях следует поднимать тревогу и проводить стерилизацию всех помещений. Но профессору было не до этого.

Была ли это обычная халатность, или уверенность в собственной непогрешимости, помноженной на ненависть к этим нелюдям... маньякам, утоляющим свою похоть несчастными детками, профессор не мог сказать и сам. Он думал лишь об одном... О предстоящем великом событии...

* * *

Выслушав доклад, комиссия приняла его к сведению, но окончательные выводы не сделала. Они будут лишь на очередном заседании Сената, через полтора месяца. Всё прошло чинно и спокойно, как всегда. Расходясь, никто не заметил, что уносит с собой в свет мельчайшие частички штамма нового вируса...

А на улице вирус смешался с подтаявшим снегом, разлетелся по воздуху. Попав в теплое помещение булочной, стал стремительно размножаться. Попал в свежеиспеченный хлеб.

И уже через несколько минут им был заражён весь город...

* * *

– Джеймс, дорогой, ты уже вернулся?
– раздалось воркование его супруги, дражайшей мисс Салливан Сэллинг, пышной брюнетки.
– Я в спальне, переодеваюсь, не входи! Да, загляни к малышу, что-то ему нездоровится. Я вызвала нашего врача.

Профессор забеспокоился. Едва сбросив пальто, он прошел в детскую. Там, окружённый большими подушками, лежал его младший сын, Джесси, восьми лет от роду. Его бледный лоб покрывали капельки влаги. Профессор присел рядом, взял маленькую ладошку.

– Как ты, малыш? Что болит?
– ласково спросил он.

– Горло, и голова немножко, - через силу ответил мальчик.

– У него температура, - тихо сказала мисс Сэллинг, неслышно появившись в комнате.

– Не стоит волноваться. Наверное, это обычный грипп. Сейчас придет врач, дадим антибиотики, и все сразу пройдет, - успокаивая мальчика сказал отец.
– Ты поспи, тебе надо силы беречь. Хотя знаешь, давай-ка мы тебя уксусом разотрем. Моя мама - твоя бабушка - так делала при большой температуре, чтобы жар спал немного. Ты, Салли, оставь нас пока, мы сами справимся.

Мисс Сэллинг принесла бутылочку с мутноватой жидкостью и прикрыла за собой дверь. Профессор аккуратно снял с мальчика пижамку, повернул его на спину, взял на руку несколько капель уксуса и стал растирать. Сперва ножки, затем все выше...

И в какой-то момент... Профессор покачнулся, рука безвольно повисла в воздухе. Он упал замертво... Мальчик испуганно вскрикнул, вбежала мама...

* * *

Черные лакированные туфельки простучали по паркету. На стол Председателя Комиссии легла бумага. В ней кратко и лаконично сообщалось, что причиной внезапной смерти руководителя проекта профессора Джеймса. К. Сэллинга была трагическая случайность...

А как раз в эти дни, в канун Рождества, в городе наблюдалась вспышка гриппа. Новый вирус, встретив другой, мутировал, и то, что получилось, стало воплощением ужаса…

Теперь ни о какой импотенции не было и речи.

Теперь любой, кто при виде обнаженного детского тела испытывал хоть маломальское возбуждение, немедленно погибал. Почти мгновенно!..

Вирус начал свое победоносное шествие по планете...

Конец