Шрифт:
– Браво-5 – Дельте-2!
– На связи Браво-5.
– Подтверждаю вход в зону неопознанного самолета. Высота четыре-ноль. Скорость один-семь-пять. Курс сто сорок. По характеру засветки предполагаю транспортный борт.
– Понял вас. Продолжать наблюдение.
И снова бежит по экрану радиолокатора луч развертки.
– Браво-5, цель снизила скорость. Предполагаю подготовку к выброске парашютистов.
– Понял, Дельта-2, снижение скорости.
– Фиксирую выброску парашютистов!
– Подтверждаю прием информации: самолет произвел выброску парашютистов.
– Цель меняет скорость и высоту.
– Продолжать наблюдение.
– Понял вас, продолжаю…
Когда привычный рывок раскрывшегося купола сигнализировал, что все идет в штатном режиме, я поудобнее устроился в подвесной системе и с интересом осмотрелся. Не каждый же день приходится прыгать с парашютом над территорией давнего и непримиримого противника! Будет что вспомнить!
Внешне – обычный горно-лесной пейзаж. И даже небо здесь точно такое же, как дома. Но…
Какая-то разница все же есть…
Для меня все это началось как-то буднично. Топая с обеда на стрельбище, я был выдернут из рядов роты нашим начальником штаба полка. Подполковник Краснов, подрулив на своем «уазике» к нашей колонне, приказал ротному остановиться.
Коротко переговорил с ним, и капитан окликнул меня:
– Ларин! В машину к подполковнику! Следовать с ним!
– Есть!
– Лейтенанту Михайленко временно заместить убывающего командира взвода!
– Есть! – откликнулся комвзвода-1. Теперь ему топать по жаре на стрельбище. Не факт, что это хуже, – внезапный вызов к руководству редко когда бывает сопряжен с чем-то приятным.
Но Краснов мне ничего не сказал, только кивнул на заднее сиденье.
Вот и штаб – невысокое двухэтажное здание относительно современной постройки. Ну как современной… лет пятнадцать, не более.
Поднявшись по ступеням, сворачиваю за подполковником в сторону его кабинета. Он расположен в небольшой пристройке так, что дежурный видит лишь начало коридора.
Подойдя к своей двери, Краснов неожиданно в нее стучит! Это в свой-то кабинет? Что за…
– Войдите!
Шагнув через порог, начштаба подносит руку к козырьку:
– Товарищ генерал-майор! По вашему приказу старший лейтенант Ларин доставлен!
– Спасибо, Дмитрий Петрович! Можете быть свободны…
Здрасьте, я ваша тетя!
Генерал?
В кабинете начштаба?
У комполка – это как-то более естественно было бы… во всяком случае – понятнее.
– Присаживайтесь, товарищ старший лейтенант, – кивнул он на стул.
Ну, когда прокурор… пардон, столь высокий чин предлагает присесть, то отказываться как-то уже и не принято. Сажусь, пододвигая стул поближе к столу.
– Значит, – заглядывает собеседник в лежащую перед ним папку, – Дмитрий Михайлович Ларин… Родился, крестился, женился… ах, не женат еще? И как перспективы на этом фронте?
Пожимаю плечами.
– Пока неясные. Не то чтобы совсем облом… но и ясности особой не просматривается.
– Бывает, – кивает генерал. – Москва тоже не сразу строилась… Так, и что тут у нас еще есть? Окончил училище – ну, это-то как раз и понятно, фиг бы без этого на роту поставили.
Ну, это еще рано каркать, положим – всего лишь и. о., да и то на короткое время.
– Ага, вот это уже интереснее! – оживляется высокий чин. – Воевал?
– Пришлось. В составе разведвзвода.
– Угум… И в основном в тылу противника… Разведка, корректировка авиаударов и артиллерии. Нормально так побарахтались… И две боевые награды, я так полагаю, не за натирание паркета в штабе получены?
– Не за паркет, – коротко отвечаю я.
Он, конечно же, генерал, да и не просто так в этот кабинет попал. Небось, документы только что рентгеном предварительно не просветили. Но вот распространяться на тему своих наград я даже при нем воздержусь. Не просто так некоторые документы подписываются, знаете ли…
Собеседник с прищуром смотрит на меня и, не дождавшись ответа, кивает. И только сейчас замечаю, что он давно уже не перелистывает папку с моим личным делом. То есть этот хитрый дядя все по памяти шпарит? Что-то мне это совсем уже не нравится…
– Ладно, – усмехается генерал. – Будем считать, что предварительное знакомство состоялось. Вам такая фамилия – Снежный – говорит что-нибудь?
– Слон?
Собеседник прищуривается.
– Возможно…
– Да, говорит, знаю его.
– Так вот, он о вас весьма одобрительно отзывается. Говорит, что… – тут он меняет тон и совершенно в интонациях моего старого знакомого произносит: – «Этот сайгак еще далеко поскачет!»
– Ну, это он, положим, загнул…
– Не загнул, – абсолютно серьезно говорит генерал.
И от тона, каким это было сказано, по телу даже озноб прошел!
Поймите меня правильно!
Я давно уже не желторотый птенчик и из юношеского возраста вышел достаточно давно. Не скажу, что видел все, но и того, что успел, хватит, чтобы три раза поседеть… И чтобы какой угодно деятель одним только строгим тоном меня в дрожь вогнал – это, знаете ли, далеко не каждому по зубам! Комполка – тот может. Но Батя у нас мужик крайне серьезный! И все это по своему опыту знают – успели уже на собственной шкуре прочувствовать. Раз уж он сказал – брито, то уж точно не стрижено…
Но – это наш комполка. А тут какой-то заезжий, хоть и в немалых чинах.
Так что я расслабился немного, даже на стуле подвинулся.
Посмотрел на эти мои действия, снова усмехнулся и продолжил:
– Вам предлагается сменить место службы.
Нате-здрасьте! Меня, в общем-то, и старое вполне устраивает. Тем более – перспектива ротного… это тоже, знаете ли, не каждый день такие возможности бывают. А на новом месте… так новичка завсегда на повышение выдвигать никто не спешит.