Чтение онлайн

– Ну, если вы боитесь крови, могу помочь уйти бескровным способом. Хотите, я задушу вас?

– К-как?!

– Как угодно: удавкой, подушкой. Договоримся – было бы желание…

– Идио-от! Какой идио-от! Приду-урок! – протяжно орут на том конце – и отключаются.

Я даже представляю, как там озадаченно, манерно всплескивают руками. Честно говоря, не люблю геев. Я не гомофоб. Просто, как-то, не мое. Я, к примеру, и к собакам равнодушен – мне больше кошки нравятся. Знаю – не удачный пример.

Ниночка проходит мимо. Странно на меня смотрит. Услышала что-то?

Плевать. Я вообще, не очень-то верю в такой способ поисков. Большинство нормальных самоубийц уходят тихо и не думают ни о каких «телефонах доверия». Они настолько слабы, подавлены, что лишний раз набрать номер для них – тяжелее, чем просто перевалиться через перила какого-нибудь моста…

Что-то надвигается сбоку, касается меня.

Вздрагиваю. Поворачиваю голову.

Нинка. Прислонилась ко мне, руку на плечо положила. Улыбается.

Я тоже улыбаюсь. Криво, глупо. Ниночка вполне хороша собой. Я, может, даже хотел бы ее, но…

Я слабак. Я смущаюсь, краснею, вжимаю голову в плечи. И ничего не могу с собой поделать.

А Ниночка запускает длинные пальца в мои волосы, говорит что-то… Наверное, веселое. Или ласковое. Она не думает ничего «такого» – она нормальная баба, слегка потискать понравившегося паренька для нее вообще не является вопросом.

Тем более, что я никак не произвожу впечатления ничтожества. Это очень странно – какие шутки играет внешность. Все думают, что я крепкий, уверенный в себе мужик. Анимал – как называют таких в Клане.

И я даже обманывался некоторое время по поводу себя самого. Пока не услышал брошенное в лицо: «Тряпка!»

Тогда-то и решил покончить с собой. Вообще-то, сладкие мысли о самоубийстве нет-нет, да и возникали – по поводу и без повода. Даже же из-за «двойки», полученной за сочинение. Ведь это и есть главный признак слабака. Но «тряпка!», брошенное любимой девушкой, стало катализатором всех дальнейших событий. Уж и не помню, как оказался на крыше, о чем думал, глядя на детскую площадку далеко внизу…

Тогда и появился он.

Хиляк.

Он действительно так выглядит – длинный, тощий, изможденный. И движения его – нервные, неловкие, как у богомола. Уже после я подумал: так вот и маскируется за видимой неловкостью свирепый хищник.

Но тогда он сказал мне… Сказал что-то такое, отчего я вмиг передумал прыгать. Хотя острое ощущение последней черты останется со мной навсегда. Даже не знаю – благодарить ли Хиляка за спасение?

И здесь я тоже с легкой руки Хиляку. Это по его милости меня тискает симпатичная самка, которой я то ли боюсь, то ли стесняюсь, то ли хочу ее настолько, что…

Болезненная трель в наушнике – как спасение.

– Ниночка… – умоляюще смотрю снизу вверх, показываю на наушник.

Ниночка смеется, легко треплет меня за щеку, и уходит на свое место. Хищница…

– Да, – произношу чуть нервозно, все еще не оправившись от нахлынувшего набора постыдных эмоций. – Телефон доверия…

– Здравствуйте… – тихонько говорят там.

– Привет, – говорю уже более развязно.

– Вы только не подумайте, – произносит голос – несомненно, девичий. – Я и не думала умирать. Просто… Просто так надо. Так будет лучше. Вы так всем и скажите…

Сердце заводится и начинает нервно тарахтеть.

Это уже на что-то похоже…

– Постойте, – говорю. – Давайте поговорим…

– Нет-нет, – спокойно говорит девушка. – Я уже все решила. Вам позвонила просто, чтобы совесть успокоить. Если про меня будут спрашивать – никто ни в чем не виноват. Понимаете? Так всем будет лучше…

– Где вы живете? – кричу. – Адрес?!

Вскакиваю. Неловким взмахом сталкиваю кружку. Та разлетается по полу кусками керамики и брызгами остывшего кофе.

Но в наушнике – лишь частые гудки.

Теперь главное – не опоздать. Только не опоздать…

Очень непросто выдавать себя за крутого парня.

Особенно, если на деле ты – отборнейшее ничтожество. Если все внутри тебя трясется, и любая, даже самая смехотворная, неожиданность для тебя страшнее, чем первое свидание для подростка.

Главное – войти в роль. Подхожу к зданию прокуратуры – уверенным пружинящим шагом. Ветерок треплет полы пиджака, норовит выдернуть из-за пазухи галстук. Крепкая рука держит внушительный портфель, и внимательный наблюдатель заметит дорогие часы на запястье. Весьма, весьма респектабельный образ. Его обладатель вполне может работать в этом солидном здании. Более того – может проверять и отчитывать его сотрудников.

И кому какое дело до того, что внутри этой сверкающей оболочки рыдает навзрыд перепуганный ребенок, которого за шиворот волокут к стоматологу. «Не-ехочу-у! Ма-ма! Я бо-юсь!»

Бросаю взгляд на массивную табличку – и ноги готовы в панике унести меня прочь. Только лицо становится еще более надменным и уверенным. Как фирменная крышка плохо вымытого унитаза.

Вы еще скажите: «Но так же нельзя!»

Конечно нельзя. Но мы, слабаки, так и живем. Это наша среда, наша атмосфера. Неловкость и страх – наше естественное состояние, потные ладошки – свидетельство того, что мы все еще живы.

Глядя на меня, вы и не подумаете, что я слабак. Просто не поверите. Общаясь со мной, будете чувствовать робость, почтение, возможно уважение. Не исключено, я даже вселю в вас какие-нибудь комплексы. Так будет продолжаться, пока вы не узнаете, насколько потные у меня ладони.

Я – шутка природы. Слабак, которого отчего-то принимают за супермена.

Я научился этим пользоваться, причем, довольно успешно. Правда, никуда не денешься – слабака рано или поздно раскалывают. Даже с такими внешними данными.