Чтение онлайн

Он поджал губы, но проигнорировал мои слова. — Ты знаешь, кто ты и что это за место. Тебе не следует быть в Холиуэлле, если ты не можешь принять то, как здесь все устроено. Либо подчиняйся, либо убирайся.

Все еще чертовски властный, я вижу.

Я подошла к нему на дюйм ближе, теперь мы были почти нос к носу, и я вытянула шею, чтобы посмотреть прямо в его глаза - глаза, которые, как я могла ожидать, были мертвыми и безжизненными к настоящему моменту, спустя семь лет после того, как Джеймс Спенсер дернул занавес. Но в этот момент, по крайней мере, они были освещены изнутри, полные огня и праведности, и это только разожгло мое собственное пламя еще жарче.

— Я именно там, где мне нужно быть, — ответила я, уверенная в своих словах. — Если ты и пиявки, которых ты называешь своими сокурсниками, не справляешься с этим, это не моя проблема.

Я отвела взгляд и обошла его, но он протянул руку, быструю, как молния, и поймал мою руку.

Мое сердце екнуло, и я напряглась.

— Я не отзову их, — сказал он низким голосом, в котором слышалось предупреждение.

Я просто смотрела вниз, туда, где его большая рука сжимала мою. Я могла бы сбросить его с себя в ту же секунду, как он прикоснулся ко мне, но я не сделала этого, я, черт возьми, не сделала - я просто стояла там и позволяла ему держать меня за руку, пока я сопротивлялась шквалу воспоминаний о моем лучшем друге, который угрожал похоронить меня на месте.

— Я и не ожидала ничего меньшего от Спенсера, — пробормотала я.

Он нахмурился, и, наконец, я убрала руку, намереваясь с этого момента оставить как можно больше расстояния между Беннеттом Спенсером и мной.

Я опустила голову и сосредоточилась на уроках и своей миссии, и не успела я опомниться, как прошел месяц.

Большая часть моих дней начиналась с утренней тренировки либо на воде, либо на тренажере для гребли в помещении, прежде чем я тащила свою задницу обратно в свою комнату, чтобы принять душ, повторно нанести макияж и надеть любую - дешевую одежду, которая приходила мне в голову. Я старалась созваниваться с Домом или Максом почти каждое утро до или после завтрака, а затем занималась своими делами, стараясь вступать в как можно меньшее количество словесных перепалок.

Травля со стороны Чеда, Харпера и их дружков продолжалась, в основном в форме запрета кому-либо разговаривать со мной и обычных нетворческих словесных оскорблений, брошенных в мою сторону в коридорах. На меня не раз - случайно выливали суп, напитки и прочую дрянь в столовой. Однажды мне также пришлось возвращаться в общежитие в полотенце после тренировки команды, после того как моя одежда исчезла из моего шкафчика, на котором благодаря Дому теперь был новый промышленный замок.

Все это было чертовски глупо, и ничто из этого по-настоящему не волновало меня, но я знала, что хуже быть не может.

Мари была рядом со мной все это время, заслужив мое огромное уважение, и я заметила, что, когда она была рядом со мной, меня по большей части просто игнорировали. Очевидно, ни у кого не хватило смелости иметь дело с Анзалдуа, независимо от статуса - изгоя или нет.

Мы привыкли заниматься вместе, обычно в ее комнате - я не хотела, чтобы она случайно наткнулась на что-то в моей, чего ей видеть не следует, - или в библиотеке. Она ежедневно звонила по видеосвязи своей девушке, и хотя у нее было храброе лицо, я знала, что ее отношения с родителями еще больше испортились, и это ее гложет.

Я также изо всех сил старалась держаться на расстоянии от Наследников, чувствуя себя немного сбитой с толку моим незапланированным общением со всеми тремя в первые дни моего пребывания здесь. Я знала, что мне будет трудно увидеть их снова после стольких лет. Я даже подозревала, что это может вызвать тоску по тому времени, когда я все еще была цельным – счастливым ребенком с двумя любящими родителями и тремя лучшими друзьями, в блаженном неведении о гноящейся гнили вокруг меня. И у меня не было ложных надежд на то, что они трое не выросли именно такими, какие они есть, - маленькими принцами, правящими своим королевством, безжалостными и холодными.

Но я не ожидала, что меня все еще тянет к этим бесчувственным ублюдкам, к фамильярности и маленьким намекам на мальчиков, которых я знала, и это путалось у меня в голове.

Заку нравилось подкалывать меня, помешивая кашу, когда это было возможно, уделяя мне немного кокетливого внимания то тут, то там, хотя бы для того, чтобы разозлить овец, пытающихся произвести на него впечатление. Я редко попадалась на его удочку, но это никогда его не останавливало.

Ной, казалось, слегка заинтересовался мной, как человек заинтересовался бы открытием нового вида насекомых, но он, по крайней мере, был достаточно внимателен к мишени на моей спине, чтобы не уделять мне особого внимания на уроке технических навыков или в любое другое время.

Беннетт больше не разговаривал со мной после того первого дня, но я чувствовала, что он наблюдает за мной, когда мы были в одной комнате. Я подозревала, что он ждал, когда я еще раз переступлю черту, чтобы он мог снова приказать мне уйти, и я просто надеялась, что в конце концов я ему надоем.

Но тот факт, что я держалась на расстоянии от Наследников, не означал, что я не следила за ними пристально, не изучала их расписание и передвижения. Они, как и все мы, продолжали свои занятия в академии, а потом обычно удалялись в свою башню из слоновой кости в общежитии. Время от времени они покидали кампус, особенно на выходные, но никогда не пропадали надолго, похоже, предпочитая свой дом здесь своим Семейным Башням.

Они были даже настолько милы, что несколько раз уходили все вместе, так что мое ползание по общежитию и, возможно, подкладывание чего-нибудь лишнего за панель системы безопасности их пентхауса осталось незамеченным.

Однажды я действительно возвращалась домой, убедившись, что вышла и вернулась в кампус незамеченной. Я использовала пути входа и выхода, которые не вели через ворота, просто чтобы убедиться, что смогу это сделать. Макс также навещал меня несколько раз, взламывая двери подобным образом, хотя он был в одобренном списке как член моей семьи и мог бы вальсировать у парадной двери.

Ко второй неделе октября я почувствовала, что готова сделать свой первый шаг.

— Тук-тук, — сказала я, постучав костяшками пальцев в открытую дверь кабинета Ноя. — Все еще подходящее время для встречи?

Ной оторвался от того, что делал на своем ноутбуке, поправил очки пальцем на переносице движением, от которого у меня сжалось сердце, и со своей профессиональной улыбкой пригласил меня в свой кабинет.

— Да, определенно, — сказал он. — Присаживайся.

Я попросила о встрече в рабочее время Ноя, предположительно, чтобы заручиться его помощью с нашим последним заданием по техническим навыкам. Это был самый простой способ остаться с ним наедине, но на самом деле я хотела не этого.