Штык
Шрифт:
На парня по прозвищу Яха запрыгнули сразу два мутанта. Мародер вцепился обоим в шеи и не давал их клыкам добраться до своей, но когтями снорки превращали тело Яхи в кровавое месиво.
— Яха! Яха, повернись…
Выстрел. Промах.
— Твою мать… — выругался Слон. — Правее! Яха, правее! Замри!
— А-а-а-а-а! — закричал терзаемый мутантами мародер, пытаясь выполнить указания Слона.
Еще три выстрела, и снорк сзади повалился на землю. Переднего Яха схватил уже обеими руками и с животной яростью сломал ему шею, после чего упал сам.
Слон повернулся в другую сторону. Он не знал, сколько патронов еще в магазине, но точно немного, ведь он выпустил длинную очередь, когда только увидел мутантов. И сейчас истратил семь. По плечам пробежала дрожь, но он быстро с ней справился. Глаза выискивали новую цель. Так… это кто-то из своих лежит на земле с разодранным горлом и обглоданным лицом, ему уже не помочь… Швед с Халифом добивали мутанта ударами прикладов… чуть поодаль маленький японец кромсал резиновую маску противогаза и уродливую морду под ней двумя ножами, оседлав снорка и придавив его руки коленями… еще двое парней из его банды расправлялись с монстром, всаживая в извивающуюся тварь пулю за пулей из пистолетов… Толик, брат Киргиза, оказался придавлен сразу тремя снорками. Он кричал и сучил ногами и, видимо не справлялся. Слон бросил быстрый взгляд дальше в поисках своего предводителя и увидел его катающимся по земле в смертельных объятиях с мутантом, кто-то из парней помогал ему. Слон больше не раздумывал, прицелившись, он выстрелил по мутантам, насевшим на Толика. Пули попали двоим в спины, но снорки лишь вскинулись на секунду и снова вернулись к своей жертве.
— А-а-а, твою мать, — процедил Слон, прицеливаясь более тщательно. Он ловил на мушку серую макушку ближайшего к нему монстра.
Сбоку раздавались еще автоматные выстрелы, но Слон не обращал на них внимания, поглощенный своей целью.
Выстрел — и бурый фонтан ударил из черепушки снорка. Мутант повалился вперед, а Слон уже выискивал голову второго монстра. Нажал на спуск. Пуля ушла выше. Мародер быстро вытер пот со лба, заливавший глаза, задержал дыхание и наконец поймал в прицел голову мутанта. Сухой щелчок возвестил о том, что патроны закончились.
— …ять! — заорал Слон. Времени на перезарядку уйдет слишком много. Он стал быстро озираться. Рядом же кто-то стрелял. Точно! Крюк и Тощий палили по сноркам из автоматов. У одного перевязана рука, второй перезаряжал автомат, а пальцы тряслись так, что магазин выпал на землю.
Но выбирать не приходилось.
— Крюк! Там Толик! Стреляй, Крюк!
Он показал направление. Товарищ увидел, куда показывал Слон, быстро прицелился и открыл огонь. Сначала пули пролетели выше. Крюк, видимо, просто боялся попасть в своего главаря.
— Ниже, Крюк! Быстрее! — заорал на него Слон с таким отчаянием, словно снорки жрали его самого.
И наконец выстрелы достигли цели. Несколько пуль прошили спины двух тварей, а потом и головы.
Увидев, как под тяжестью трех мертвых тел зашевелился Толик, Слон облегченно вздохнул и устало закрыл глаза. Он сделал все, что мог. Через какое-то время Слон попробовал встать, но колено так же прочно засело в аномалии, как и ступни. На него внезапно накатили такие страх и отчаяние, что он не выдержал и тихо заплакал, прикрыв глаза ладонью.
Через минуту Слон неожиданно осознал, что вокруг наступила тишина и слышно только его негромкое поскуливание. Он убрал руку от глаз и увидел, что остальные мародеры сгрудились вдоль края лужи и смотрят на него. Все изодранные, искусанные, окровавленные. Слону вдруг показалось, что он видит в их глазах осуждение.
— У меня… у меня патроны кончились, — проговорил он, отстегнул магазин и протянул в их сторону, показывая, что тот действительно пуст. — И колено, колено тоже застряло, я… я чтобы удобнее стрелять… не смог выбраться… намертво засосало…
После этих слов он опустил голову: «намертво» — звучало как приговор.
— Слон, ты чего? — сказал Чуб. — Ты же нам жизни спас! Мне, Яхе, Толику… Дружище, ты чего? Ты это, завязывай, лужа и так большая. На, держи. — Он протянул нож. — Попробуй разрезать шнурки на «берцах» и брюки, отрезай штанину. Мы пока веревку приготовим.
В глазах Слона загорелся свет надежды. Он взял нож, опустил руку под воду и начал резать шнурки. Неосторожно коснувшись ила на дне, он едва не завяз в нем еше и ладонью.
— Вот гадость! — фыркнул он. Потом разрезал ткань штанов. Мокрая материя плохо поддавалась, и пришлось приложить немало усилий.
— Ну что, готов? — спросил Чуб и протянул Слону веревку. — Накидывал на себя петлю.
— Готов, — покивал Слон.
— Так, парни, тянем резко и быстро, нам надо не позволить этой хреновине схватить Слона снова. Швед, вставай ближе, ты самый здоровый. На раз-два… Раз… Два!
Закричали все вместе: мужики, тянувшие за веревку, и сам Слон, которому этой веревкой ссадило кожу и сдавило ребра так, что перехватило дыхание. Его выдернули с такой силой, что он буквально пролетел над водой и шмякнулся грудью на траву берега, сразу испуганно поджав босые ноги.
— Ура! — завопил кто-то, а остальные восемнадцать глоток подхватили этот радостный крик, в котором нашло выход все напряжение, оставшееся после схватки со снорками.
— Мужики, кто не ранен, покараульте, — распорядился Киргиз. — Остальные давайте лататься и пошли.
Стая снорков, напавшая на мародеров, была необычайно многочисленна — Халиф насчитал пятнадцать мертвых особей. От клыков мутантов пострадало большинство из отряда, лишь пятерым удалось избежать ранений, а один мародер погиб — человек из банды Киргиза, по прозвищу Жмур.
— Ну, Жмур, теперь ты полностью соответствуешь своей кликухе, — вместо прощальной речи произнес Киргиз над могилой погибшего.
На перевязки и обработку ран ушло больше полутора часов. После этого отряд снова отправился в путь. Еще через пару часов они снова вошли в лес и едва углубились в него, как начали испуганно и удивленно озираться. Деревья вокруг мародеров громко трещали, словно расщеплялись изнутри.
— Какого хрена? Что это еще такое? — с тревогой спросил Толик у брата.