Чтение онлайн

Я подумал, что пока мною выполнено лишь два поручения Приятеля. Если беседа с любителем собак и обладателем музыкально одаренного заднего прохода Семеновым показалась мне продуктивной, то мои встречи с двумя собутыльниками пропавшего Вонюкова, состоявшиеся утром, таковыми назвать было нельзя. Впрочем, в конце концов Приятелю решать, что продуктивно или нет. Я помню массу случаев, когда после нуднейшей и совершенно несодержательной беседы я возвращался домой и извиняясь, сообщал Приятелю, что информации на сегодня крайне мало, мой железный друг оценивал ситуацию иначе. Он выуживал нечто полезное из такой ерунды, которую я закладывал в него резидентно просто потому, что закладывать было больше нечего.

Было около шести часов вечера, и времени было явно достаточно для «закрытия» еще одного пункта действий, выданных мне Приятелем. Вечер – это самое подходящее время для опроса жильцов подъезда Вонюкова. Пятиэтажку на улице Вольской я отыскал без особого труда – она находилась буквально в метрах ста от семеновского дома. Неудивительно, что собаковод был таким частым гостем в семье Вонюковых. Тем более что, согласно предположениям Приятеля о наличии у Ирины любовника и рассказам Семенова, семьей сообщность двух Вонюковых можно было называть лишь с большой натяжкой.

Я зашел в достаточно унылый и узенький двор. Он был весь как на ладони: дом состоял всего лишь из трех подъездов при всем том, что располагался он в виде буквы «Г». Около подъезда, где жил до последних выходных заместитель директора фирмы «Вест», уже собрались вечерние часовые – пожилые женщины возрастом от шестидесяти до восьмидесяти лет. Я решил, однако, сначала засвидетельствовать свое почтение хозяйке квартиры, а затем, уже будучи представленным ею бабушкам, начать с ними разговор. Проходя мимо старушечьего поста с гордым и независимым видом, я спиной почувствовал пристальные взгляды, провожавшие меня. Разговоры о ценах на клубнику и очередной выходке пьяницы-зятя стихли и возобновились только после того, как я достиг площадки первого этажа. Я почувствовал себя большим начальником, при появлении которого смолкают разговоры подчиненных.

Поднявшись на последний, пятый этаж, я позвонил в дверь прямо. Еще находясь на площадке, я услышал, что в квартире идет какой-то оживленный разговор, причем тон беседы явно не отличается дружелюбием.

Дверь мне открыла Ирина резким нервным движением. Глаза ее были увлажнены, лицо раскраснелось. Видимо, по инерции, оставшейся от разговора с кем-то, кто находился внутри, она поздоровалась со мной почти грубо, выкрикнув:

– Проходите!

Я повел бровями, зашел внутрь и быстро снял ботинки.

– Что у вас? – по-прежнему резко спросила Ирина.

– К сожалению, пока ничего конкретного, – как можно мягче ответил я. – А у вас ничего нового не произошло?

– Нового? – переспросила она меня.

И тут же заорала:

– Вот, полюбуйтесь, Андрея обвиняют в том, что он украл деньги, пятьдесят тысяч долларов и скрылся в неизвестном направлении! – и указала пальцем в сторону комнаты.

Я заглянул внутрь и увидел обвинителя. Надо признаться, он производил впечатление. Огромный детина под два метра ростом, одетый во все черное – рубашку, штаны и носки. Детали одежды весьма гармонировали с его волосами, которые по цвету практически от нее не отличались. Несмотря на то, что я тоже в принципе мальчик-то не маленький, метр восемьдесят пять все же, но перед этим Гулливером я невольно почувствовал себя неуютно. Еще я заметил, что незнакомец довольно симпатичен: от него исходило какое-то первобытное брутальное обаяние. Подумав об этом, я покраснел и внутренне зашикал на себя: «Чур, чур меня!». Надо же, второй раз за один день... Что со мной происходит!? Какой-то другой внутренний голос издевательски ответил: «Бабу тебе надо, Мареев, а то доиграешься!» Видимо, этот внутренний диалог продолжался довольно долго, и в течение этого времени я стоял как остолоп. Видя мое замешательство, Гулливер встал, подошел ко мне и протянул свою огромную ручищу для приветствия:

– Гаврюхов Александр Николаевич.

Я тут же понял, что имею дело с директором компьютерной фирмы «Вест».

– Мареев Валерий Борисович. Частный детектив, – скромно ответил я.

В отличие от других моих сегодняшних собеседников, на Гаврюхова моя профессия не произвела абсолютно никакого впечатления, и он продолжил разговор с Ириной, прерванный моим приходом:

– Ну объясни мне, пожалуйста, куда делись деньги и куда делся твой муж? О том, что он собирается лететь в Москву с полсотней тысяч баксов знали только я и он.

– Я не знаю, – тихо, но отчетливо ответила Ирина. – Может быть, его похитили или ограбили...

– Ой, не смеши меня, пожалуйста! Как и кто его мог похитить по пути от квартиры до аэропорта?! Для меня абсолютно ясно, что он сбежал. Только куда и зачем? И что он хочет этим достичь? Шантажировать меня взялся, что ли?

Задав массу риторических вопросов, ответы на которые я и сам был бы не прочь знать, Гаврюхов шумно откинулся назад в кресло, продавив спинку всеми своими ста килограммами.

Посидев так несколько секунд, Гаврюхов снова встал и заходил по комнате взад-вперед.

– Я заметил, что он каким-то странным стал последние два месяца. Мало интересовался нашими делами, все как-то отвечал невпопад. Неужели ты не замечала в нем перемен? – въедливо спросил он.

Ирина молчала.

– А, впрочем!.. – Гаврюхов неожиданно рубанул рукой воздух и мне показалось, что как-то презрительно посмотрел на хозяйку.

Тут Вонюкову прорвало:

– Это ты втянул его в какую-то очередную авантюру! А теперь перекладываешь с больной головы на здоровую! Он мне говорил, что у вас новый проект, который позволит нам купить новую квартиру через три месяца!

Гаврюхов устремил на Ирину взгляд человека, которому дали кирпичом по башке и который не успел закрыть глаза перед тем, как потерял сознание.

– Я задумал проект, равный стоимости новой квартиры?

– А кто же еще? – с прежней горячностью спросила Ирина.

Директор «Веста» повел бровями туда-сюда, улыбнулся и заявил:

– Если Вонюков и занимался какими-то суперприбыльными проектами, то я, как его деловой партнер должен был об этом знать. А коли я не знаю, то, значит, он связался с какой-то мафией и, грубо говоря, подзалетел... Где-то, так сказать, на стороне. А какая уж эта сторона и где она находится, пусть разбирается уважаемый господин... – Гаврюхов сделал неопределенное движение в моем направлении, – извините, забыл, как вас...

– Это неважно, – встрял я. – И так ясно, что мне придется заниматься всем этим. Кстати, Александр Николаевич, а где вы находились в эти выходные?

Гаврюхов вытаращился на меня, потом как-то снисходительно улыбнулся и сказал:

– Как все нормальные обыватели этого города в жаркие дни – на даче. Находился я там безвылазно всю субботу и воскресенье. Есть масса людей, которые могут подтвердить это. Есть еще вопросы?

– Нет, – был вынужден признаться я. И тут же добавил: – Однако, возможно, что появятся. И в этой связи меня утешает то, что я знаю, где вас найти.