Чтение онлайн

— Все потому, что не было результатов, — сказал я. — Сейчас, очевидно, терпению землян тоже пришел конец.

Вильям сдавил лицо растопыренной ладонью, еще больше сужая и без того узкий рот.

— Возможно, по философским причинам, — добавил я.

— Или по религиозным, — кивнул Вильям. — Ты читал логологистскую литературу?

Я сознался, что нет.

— И я нет. Уверен — Ро тоже не читала. А между тем пора бы нам заняться небольшим исследованием. Как ты считаешь?

Я пожал плечами и поморщился.

— Не думаю, чтобы это пришлось мне по вкусу.

— Это все предрассудки, Мики. Ей-богу, чистой воды предрассудки. Вспомни о моем происхождении. Может быть, Таск-Фелдеры не настолько уж отталкивающие существа.

Обвинение в предрассудках возмутило меня до глубины души. Я решил сменить тему разговора, тем более что меня так и подмывало спросить о его работе. Вильям уже показывал мне К.Л., но, казалось, умышленно избегал демонстрировать, на что тот способен.

— Могу я перемолвиться с ним словечком?

— Что?.. — недоуменно спросил Вильям, а потом проследил за моим взглядом, обращенным к платформе. — А почему бы и нет? Он ведь сейчас слушает нас. К.Л., позвольте представить вам моего друга и коллегу — Мики Сандовала.

— Рад познакомиться, — произнес К.Л. бесполым, абсолютно нейтральным голосом, как и у всех остальных мыслителей.

Я удивленно взглянул на Вильяма. Перед нами стояло вполне нормальное, получившее домашнее воспитание, почти ручное существо. Вильям понял мое разочарование.

— Ты можешь описать мне Мики? — спросил он у мыслителя, приняв мой вызов.

— По форме он не сильно отличается от вас, — сказал мыслитель.

— А каков его объем понятий?

— Не такой, как у вас. Он находится в свободном, динамичном состоянии. Связь с вами не имеет для него первостепенного значения. Им нужно управлять?

— Нет, К.Л. — Вильям победно улыбнулся. — Он не прибор. Он такой же, как я.

— Вы — тоже прибор.

— Да, — согласился Вильям. — Но мы так условились, для твоего удобства.

— Он считает тебя частью лаборатории? — спросил я.

— Так с ним гораздо легче работать, — пояснил Вильям.

— Могу я задать еще один вопрос?

— Да сколько угодно.

— К.Л., кто здесь босс?

— Если под боссом вы подразумеваете лидера, то его здесь нет. Лидер появится несколько позже, когда все приборы заработают в едином режиме.

— Когда мы добьемся успеха, — объяснил Вильям, — появится босс, лидирующее начало, и это само по себе станет важным результатом.

— То есть К.Л. думает, что, если ты получишь абсолютный нуль, этот нуль и станет боссом?

— Что-то в этом роде, — улыбнулся Вильям. — Спасибо, К.Л.

— Всегда рад вам помочь, — ответил К.Л.

— Подожди, — попросил я, — у меня остался еще один вопрос.

Вильям сделал жест, означающий нечто вроде — „На здоровье. Задавай хоть тысячу“.

— Что, по-вашему, случится, если температура в ячейках опустится до абсолютного нуля?

Переводчик смолк на какое-то мгновение, а потом заговорил уже чуть другим голосом.

— В предыдущий раз, переводя ответ мыслителя, переводчик натолкнулся на определенные трудности, — сказал он. — Давайте уточним, что вас больше устроит: прямая визуальная проекция постбулеанских математических символов, или то же самое, но в переложении на язык дисковвода, или перевод на английский?

— Как ты понимаешь, я уже задавал этот вопрос, — сказал Вильям, — и получил математический ответ. Он выдал мне несколько версий, несколько разных возможностей.

— Хотелось бы в переводе на английский, — обратился я к мыслителю.

— Тогда позвольте вначале предупредить вас, что ответ все время меняется, — сказал переводчик. — Возможно, эти изменения отражают волнообразное колебание теоретических концепций внутри К.Л. Другими словами, он еще не сформулировал адекватного предсказания и не способен этого сделать. Мыслитель представит вам несколько ответов на английском, но предупреждает, что ни один не годится для полного понимания проблемы. Не исключено, что такое понимание вообще невозможно для человеческого мозга, созданного из органики. Согласны ли вы получить ответы, которые, возможно, уведут вас в сторону?

— Ну что ж, давайте попробуем, — сказал я, чувствуя, как во мне поднимается дух противоречия.

Вильям сел к пульту ручного управления, предоставив мне возможность поспорить в одиночку.

— Согласно постулату К.Л., достижение абсолютного нуля внутри экспериментального образца, как результат даст новое состояние вещества. Поскольку существует связь между движением вещества во времени и пространстве с силами, скрытыми внутри вещества, особенно внутри атомного ядра (по этому принципу и построена работа дестабилизирующего насоса), то новое состояние вещества может оказаться стабильным; потребуется значительный приток энергии извне, чтобы вернуть его в состояние термодинамического равновесия. Существует вероятность, хотя она и невелика, что в новом состоянии вещество станет проводником сил на квантовом уровне и вызовет схожее состояние у близко расположенных атомов.

Я взглянул на Вильяма.

— Вероятность действительно невелика, — сказал Вильям. — Я поставил необходимую защиту. Атомы меди заперты в ловушке Пеннинга и ни с чем не контактируют.

— Продолжайте, пожалуйста, — попросил я переводчика.

— Еще одна возможность — не наблюдавшееся прежде слияние временного пространства и термодинамического движения вещества. Если законы термодинамики перестанут действовать внутри образца, природа временного пространства вокруг него может измениться. Не исключено, что основные квантовые состояния также подвергнутся соответствующему воздействию. Ограничения на взаимное расположение атомов вызовут усиление поляризации и других квантовых эффектов, включая выброс на большое расстояние информации о квантовых состояниях, как правило, циркулирующей между несколькими частицами и недоступной для тех, кто не участвует в этом обмене.