Сид и император
Шрифт:
Господин Хью внял моим словам и провел расследование. Мне показали того, кто выстрелил в Битайе. Совсем молодой, болезненно худой белобрысый паренек лет двадцати с бегающим взглядом.
— Командующий сказал, что тебя ждет? — спросила я.
— Да. Вы не будете меня лечить. Простите, госпожа… но… это же просто урук.
Я промолчала. Не знаю, что он увидел у меня на лице, но сжался. Хью хмыкнул и приоткрыл полог в палатке, предлагая мне выйти наружу.
Самым паршивым было то, что я пренебрегла долгом целителя. Глубоко внутри столкнулись два чувства, и одно из них пересилило.
Жажда справедливости требовала немедленного наказания для виновного в гибели Битайе. Он, послужив причиной столкновения, был также косвенно виновен в случившейся бойне и гибели людей с обеих сторон.
Не ожидала от себя подобной кровожадности… Я даже была рада, что командующий Хью принял решение за меня.
С другой стороны, мне следовало вылечить больного, вне зависимости от его «заслуг». Но я не могла.
В конечном итоге, получилось «нечто среднее». Теперь я понимала, что означало это выражение на высоком наречии.
Судьба сама решит, жить ему или умереть. А пока пусть мучается! Если останется жить, надеюсь, на всю жизнь вынесет урок.
«А как же Дине?» Я часто думала о ней. Надеюсь, ей будет неплохо в племени. Не считая отсутствия некоторых благ цивилизации, в племени было неплохо. Там ее народ. Ее дед.
В ближайшее время ее точно не выдадут замуж, раз Битайе больше нет. Более достойные кандидаты отсутствовали. Остальные молодые воины пока себя ничем выдающимся не проявили. Этим юнцам нужна еще пара лет, чтобы заслужить уважение племени и право на жену. Так что хотя бы в этом я была спокойна…
Так, успокаивая себя и свою совесть, я пережила оставшиеся полмесяца до летнего зноя.
Возвращение в Ламару было для меня мучительным. Если оттуда я ехала под проливным дождем, то обратно — по сухой, жаркой бескрайней степи. И с каждым днем жара только усиливалась.
Если бы не сумки и бурдюки «с секретом» у магов, нам бы не хватило воды для обратного перехода.
Во время поездки я чего только не наслушалась! Самые занятные рассказы были у боевых магов из Гильдии. Я даже осмелилась из любопытства спросить:
— А почему вероятностная магия не перекрыла магию Смерти?
Я давно хотела это знать. Магистр Ульфр был невероятно силен, раз сумел управиться с источником и спасти город. Он мог подгадать так, что я, образно говоря, подверну ногу в нужный момент, и мне будет не до колдовства. И ничто не поможет, потому что удача на его стороне. Монетка упадет, неважно, аверс или реверс, но всегда так, как выгодно ему.
— Это было бесполезно. Предопределенность свыше, — ответил Ульфр.
— Что это значит? — удивился его более молодой напарник. — Ты не упоминал таких подробностей.
— Если что-то написано высшими Силами, то не нам, простым людям, менять линии судеб. Пряха держит все нити вот так, — крепко сжал он кулак и осклабился. — И ткет свое полотно. Нельзя спорить с судьбой и бороться с неизбежностью.
Второй маг замолчал, получив пищу для размышлений, а я опять задумалась, смогу ли изменить то, что уже предрешено.
Наконец вдали показались белоснежные стены Ламары, до того нагретые на солнце, что даже издали виделся дрожащий ореол над раскаленной каменной кладкой. У меня все просто запело в груди! Неужели конец путешествия?! Прямо не верилось…
Конец жаре и пыли, которая покрывала все вокруг, скрипела на зубах и забивалась в глаза и нос. Конец тряске на лошади. Конец приевшейся солонине и жесткому вяленому мясу, которое невозможно разжевать. В пути все незаметно сузилось к таким примитивным, чисто телесным потребностям.
Внезапно я подумала, что уже два месяца ничего не читала…
Когда мы подъезжали, нас встретил патруль. Декурион Хью переговорил с их главным, и нас проводили за крепостные стены.
Как только мы въехали, опережая нас, верхом на лошади помчался гонец с вестью о возвращении.
Оказывается, уже готовили вторую группу, но Оракул сказала, что скоро все разрешится само. Так и оказалось.
— Сам Вечный Император пожелал возглавить отряд, — рассказывал один из стражников.
Ну и ну! Столько чести — мне одной? Не верю. Почему? Ответа я не находила. Я знала, что Император отчего-то интересуется мной. Но чтобы настолько? Рисковать собой ради моего спасения… Вопреки расхожему мнению, он тоже был смертен и мог умереть насильственной смертью. И сотни неудачных покушений — тому пример.
Наша взмыленная и грязная компания наконец добралась до городской управы. Не успели мы подъехать, как навстречу с радиальной улицы вылетело несколько скакунов. Во главе был сам Император Джедия в светлых парадных одеяниях и золотых фибулах, придерживающих плащ с двух сторон. Казалось, он сорвался с места посреди какого-то торжества или приема. Его окружала аура власти.
Бледный, с лихорадочным румянцем на скулах, горящими темными глазами под ровными дугами бровей и строго сжатыми губами, знакомым тонким носом с горбинкой… Эта картина, казалось, навеки запечатлелась в моей памяти.
«И все-таки — похож!» — кольнула сердце предательская мысль.
А Император резко осадил своего скакуна рядом со мной, неверяще глядя на меня, словно не узнавая под многодневным слоем грязи и пыли. А потом перегнулся, снял меня с лошади и усадил в седло перед собой.
— Жива!
Глава 14
Меня разместили во временной резиденции Императора, в роскошном здании на окраине города, принадлежащем отставному военному, господину Гальего. Тому самому, с которым я раскланивалась на том достопамятном приеме у герцогини и даже немного потанцевала…