Сид и император
Шрифт:
Время шло.
Изнутри раздалась еще пара выстрелов. Нет, не могу! Разве можно просто безучастно сидеть, когда творится такое? Напарница Лорейна пошла с друзьями в кафе. Они обычно приятно проводили там время в конце недели. Да и другие люди могли пострадать, или уже пострадали.
Может быть, еще можно было помочь человеку, который лежал на улице и истекал кровью? Пожалуй, эта мысль решила все.
Я поднялась и вышла на улицу. Потом перешла через дорогу, на ту же сторону, где и кафе, чтобы моих перемещений до последнего не было видно. Когда до раненого оставалось всего несколько футов, я помедлила. Что делать? Это место отлично просматривалось из окон забегаловки.
Если бы только я могла использовать Силу! У меня ее столько скопилось за эти месяцы. Она застоялась, как конь в стойле, и требовала выхода. И я выпустила ее.
У больного были шансы. Антистасис мог его убить, но точно так же его убьет и мое бездействие. Так что только Судьба решит, жить ему или умереть.
Ветер стих, и пылинки зависли в воздухе, искрясь в солнечном свете. И только. Воздух не был вязким, и я не ускорялась. Все как обычно. Не спеша иду к пациенту. Только вдруг похолодало, будто прямо над головой включился гигантский кондиционер. Сила Смерти сочилась из ниоткуда, изменяя окружающий мир, и он замер.
Для меня это было так. Время для мира остановились… А для меня шло, как ни в чем ни бывало.
Парнишка был еще жив. Я ухватила его за руку и оттащила от кафе. Попутно я отметила, что его сердце остановилось.
«Конец?»
Я встала перед ним на колени — и мир снова пришел в движение! А потом заставила сердце снова биться. Его убивала не рана, а некромантия. Когда ее не стало, я поспешно исправила свои ошибки. Ранение было сквозное, и пули внутри не было. Осталось согнуть ему руку и пережать сосуды, блокируя кровотечение, а потом лечить Силой Жизни.
«Проклятье, рубаха».
Кажется, фрагменты ткани вросли в кожные покровы. Будет воспаление, и потребуется операция по извлечению. Несколько стежков, пустяк. Брак в работе целителя: такого со мной давно не бывало. Но он был жив, и это главное. Убедившись, что он в порядке, я оставила парнишку и переключила внимание на другие вещи.
Что там, внутри кафе?
Преступники не видели моих манипуляций с раненым. Что они могли заметить — это тело, которое вдруг исчезло из поля зрения. Вдруг внутри заведения кто-то надсадно, на грани слышимости закричал. Это был полувздох-полувой, полный боли и отчаяния. И женский визг, и чья-то ругань. И резкий звук тормозов. На перекрестке остановилась какая-то машина.
Одновременно из кафе вышел тот самый коренастый мужчина. Он прикрывался какой-то женщиной, крепко ухватив ее рукой поперек горла, и кричал:
— Я убью ее… Богом клянусь, убью!
Ноги у нее заплетались, когда он толкал ее перед собой. И тут я поняла: это Роуз! Из салона красоты выходила уверенная в себе красотка. А из кафе — загнанное животное. Он взял ее в заложники. Перед глазами мелькает похожая картина. Фальшивый советник герцогини и Амелия.
«Нет-нет… Ну, пожалуйста! Не надо снова». Огнестрел упирался в бок заложницы. Здесь нет Рейвена, чтобы помочь. Нет стражников. Где местная полиция, когда она так нужна???
«Данна…»
— Эй, приятель! — раздался голос.
Я посмотрела в сторону машины. Преступник сделал то же самое. Пора! Сначала рука, потом все остальное. Он так и не смог выстрелить. Когда по нейронам не проходит сигнал, это невозможно. Палец не согнется и не нажмет на спусковой крючок. Пуля не отправится в смертельный полет.
А потом он просто умер. Разрушение эндотелия вызвало обширный тромбоз. Наверное, хватило бы тромба в легочной артерии, но… Почему бы и нет? В умелых руках Сила Жизни страшнее Силы Смерти.
Преступник упал, Роуз тоже. Я бросилась к ней.
— Как ты? Ты в порядке? — спросила я.
— Не знаю.
Хм… отвечает связно. Уже хорошо. К нам подбежал Лорейн и помог мне довести Роуз до салона красоты. Краем глаза я заметила, что та самая машина тронулась и уехала с места преступления. За рулем сидел какой-то латино. Наверное, тоже не хотел встречаться с местной стражей.
В салоне я наконец додумалась снять шапочку, размотала полотенце и начала полоскаться в раковине. Да уж. Цвет был хоть куда. Лорейн обзавидуется.
Никто меня не видел, кроме ныне покойного преступника, так что я увильнула от общения с полицией. Лорейн сказал, что преступник упал, а он помог Роуз. Она односложно подтвердила его слова. Официант и подавно меня не запомнил, так как был без сознания. Ну а я не искала славы…
Конечно, мне было интересно, что случилось в кафе, но я не спрашивала. Позже мне и так расскажут. Приятель остался с Роуз, а я пешком отправилась домой, благо, это было недалеко. Я старалась не думать о том, что натворила.
«Позже. Подумаю об этом позже».
— Синьора! Синьорита! — окликнул меня приятный голос. — Постойте.
За мной медленно-медленно двигался тот самый автомобиль. Я остановилась, но не спешила подойти ближе.
— Что вам угодно? — спросила я.
— Я видел, что вы сделали.
— И что же?
— Это ведь вы убили того парня?
Так я снова сменила работу. В прошлый раз я работала на Гарсию. А теперь на его конкурента в преступном мире.
Глава 30
Его звали Анхель Мария Фиделис Санчес. Так его назвали родители, верующие в местного Единого Творца. Наверное, они надеялись, что он будет нести добро и свет в этот мир. Он так и делал, в некотором роде. Всегда верный — себе и своим убеждениям.
Счастливчик Фидель, латентный вероятностный маг. Только это его и спасло, когда он попытался заполучить меня в свою банду. Тогда я чуть не убила снова.
— Это ведь вы убили того парня? — спросил он.
— Кто вы? — задала я встречный вопрос, лихорадочно соображая, кто это может быть и какими последствиями это грозит.