Сила её любви

1. Укрепление брака

Чароит

Подумать только. Как он посмел? "Ты еще невинна, Чароит"... Гадкий, самоуверенный, эгоистичный наглец. "Все еще можешь выбрать себе хорошую партию". И это говорит мне тот, что купил меня у отца? Решил обманом соблазнить, выдавая себя за хорошего и заботливого добряка, а когда я стала слишком "неудобной" игрушкой, и игра перестала стоить свеч так меня, значит, можно просто вышвырнуть из дома?

Да и куда? Во дворец?! Отправить в столицу вместе с братом, чтобы я стала одной из этих распутниц, что пробивают себе место в жизни, полагаясь исключительно на красоту и внимание мужчин? Я хорошо знаю, что такое императорский двор. Двоюродная кузина моей матери, Амелия — фрейлина фаворитки. И в каждый из ее многочисленных визитов в нашу усадьбу она сполна рассказывала нам о тамошних традициях и нравах. Мама часто осекала ее и велела нам с сестрой затыкать ушки, а Эрландо, наслушавшись тетю Мел, вырос и пожелал служить в императорской гвардии — ясно, зачем, ага. И туда меня отправляет Кассар? За кого он меня принимает вообще?!

Не о такой жизни я мечтала. Я думала, что стану хорошей женой, мамой, получу возможность заботиться о своем муже, а он будет чтить меня и уважать. Что я получила на самом деле? Первый жених поступил со мной, как последний подонок, второй постоянно стремится выгнать меня из дома... Разве я это заслужила?

Зря я не залепила ему тогда пощечину. И не высказала все, что о нем думаю. Но если везер Кассар хен Демир считает, что от меня так просто избавиться, то он сильно ошибается.

Буду вести себя, как ни в чем не бывало. Плевать я хотела на его условия. Отпустил Натана и ладно, но я не для себя просила его об этом одолжении, а для самого Кассара. Убийство не сошло бы ему с рук, а становиться вдовой осужденного на казнь преступника в столь юном возрасте я не собираюсь.

И пусть дуется, сколько влезет. Быть может, я тоже обижена. Брак - это, в первую очередь, умение искать компромиссы. А не ставить ультиматумы. И если многоуважаемый везер хен Демир не знает столь основополагающих истин, что ж. Может, ему и вовсе не стоило жениться?

— Гилберт, передай Кассару, чтобы через полчаса был готов спуститься к ужину.

– Но, госпожа...

– Никаких "но"! Пусть только попробует не явиться. И, я же просила, называй меня Чароит...

Зулейхан, хранитель нравов, всегда повторял, что совместные трапезы налаживают семейные узы и укрепляют близость. Я хорошо помню каждый из его уроков. Так что, даже если я иду на то, что собираюсь сидеть за одним столом с чудовищем, которое пытает и убивает людей, то и он сам меня сможет потерпеть. Я не сомневаюсь.

Сперва я не хочу наряжаться... Но правила приличия диктуют иное. Не пристало молодой жене являться перед своим мужем в непотребном виде. А учитывая, что Кассар вот уже два дня совершенно на меня не смотрит — значит, нужно особенно хорошо постараться. Этому меня, в свою очередь, учила мама. Как и многим другим наставлениям, как очаровать своего мужчину, даже если вы в браке уже пару десятков лет.

С нашей с Кассаром свадьбы и недели не прошло... А я уже могу оказаться в роли той, кого муж выставил из дома. Ничего. Я еще покажу ему, на что способны женщины, если обращаться с ними подобным образом.

К ужину стол накрыт пусть и скромно, но я старалась приготовить лучшее из того, что умею, из имеющихся припасов, в погребе нашлось даже вино, хотя прежде Гилберт клялся и божился, что никакого спиртного в доме нет и быть не может. Сама я употреблять его не собираюсь, а вот для мужа услужливо наполняю графин, а заодно и аконитум подготавливаю, на всякий случай. Все, как он любит, ага.

Сама же я заплетаю волосы в скромную прическу, но платье выбираю из тех, что привозила мне однажды в подарок тетя Мел - заодно пусть Кассар и полюбуется, как его законная жена собирается разгуливать перед другими мужчинами во дворце, если он вздумает меня туда отправить. Никаких покрытых шалью волос и плеч... Обнаженные плечи и глубокое декольте, все по последней моде.

Когда опоздание Кассара превышает все мыслимые и немыслимые границы приличий, я зову Гилберта.

– Ну и где он?

– Господин сказал, что не голоден.

– Мне все равно. Он должен спуститься.

– Чароит, боюсь, Кассар... Он был тверд в своем отказе. Он не станет с тобой ужинать.

Ах так? Ох, генерал, вы еще пожалеете о своем решении.

Вскочив на ноги, я тут же направляюсь в сторону его кабинета.

2. Опасное желание

Кассар

Мне не нравится ощущать себя неразумным, обиженным мальчишкой. Я изо всех сил стараюсь убедить себя действовать мудро, но, каждый раз, возвращаясь мыслями к Чароит, я чувствую, как готов сорваться с катушек. Подумать только, как мне могла нравиться прежде ее непосредственность, наивность и простота... Как я мог не замечать, что она всего лишь импульсивный, глупый ребенок? Был очарован не то ее смелостью, не то красотой... И это совершенно на меня не похоже.

Я виню во всем драконью ипостась. Любые мои импульсивные решения, необдуманные поступки, нежелательные чувства это все от него, дракона внутри меня. Я всегда был рассудительным, хладнокровным человеком, выверяющим каждое свое действие, отвечающим за каждое слово, так что же произошло со мной теперь? Откуда эта строптивость, отказ спускаться к ужину, словно я таким образом пытаюсь задеть Чароит побольнее?..

Почему мне вообще не все равно?

И, как назло, в конце концов раздается ожидаемый стук в дверь. Я молчу, хотя точно знаю, что тот, кто за ней, так просто не уйдет. Интересно, ты ведь этого и добивался, Кассар? Такой вот детской выходкой привлечь внимание девицы?

Дверь резко распахивается, и на пороге появляется она.

Я тут же невольно встаю со стула, хотя только что убеждал себя, что не стану радовать Чароит даже долей своего внимания. Не буду даже смотреть на нее, но...

От нее невозможно отвести взгляд.

– И почему ты не соизволил спуститься к ужину? — замечаю, что девушка словно бы выпаливает фразу, которую заготовила задолго до того, как прийти сюда, но, войдя в кабинет, тут же растеряла весь свой пыл.

Меня это слегка забавляет. То, как она смущенно жмется к стене вместо того, чтобы ринуться вперед, как это частенько бывает с Чароит. Поняла, что ведет себя недопустимо? Или боится разозлить меня еще сильнее, чем есть? Что за усмешка, Кассар... Ты же хотел оставаться хладнокровным и невозмутимым.

Я огибаю стол и невольно направляюсь к ней. Хотя при этом отвечаю сухо и как можно более безэмоционально:

– Я не голоден.

Чароит резко вскидывает на меня пылающий огнем взгляд.

– Того требуют традиции, - не унимается она, - Мы не можем и дальше постоянно находиться по разным комнатам, не обмениваясь ни словом...

– Тебе пора перестать так много думать о традициях и устоях, Чароит.

– Ты невыносим, Кассар!..

– Разве? Тогда зачем ты так отчаянно ищешь моего общества?