Симбиот
Шрифт:
– А было вот что: на меня напал вот этот солдат, предатель!
– Правитель носком ноги коснулся "двойного агента".
– Напал подло и коварно, со спины! Однако мой брат успел защитить меня! Пожертвовал собственной жизнью, но успел! Брат Правителя погиб, защищая Властелина Шаа! Это - понятно?!
– Понятно!
– отозвался Ратник.
– Но кто убил предателя? Ты?
– Нет, солдат! Предателя убил ты! Ты подобрался к нему сзади, выхватил орудие, которым он покушался на меня и вонзил его предателю в шею! Вот так!
– Правитель шагнул вперед, выдернул отравленный шип из шеи своего родича и воткнул его точно в ранку, нанесенную Ташшей.
– Вот теперь - все правильно!
– удовлетворенно констатировал он.
– А тебе, солдат, за доблесть в службе, за то, что отказался убивать своего Властелина и за все, о чем я только что рассказал, полагается награда! Какая именно, я думаю, определит Регентский Совет. В любом случае ты будешь повышен в должности и в звании! Нет сомнений и в том, что тебя ожидает и денежное вознаграждение! Ты хорошо запомнил то, что я рассказал тебе?
– Да, мой Повелитель!
– солдат прошел вперед, вынул свой меч из рук старшего из братьев, метнул его в ножны.
– Я могу идти?
– Нет! Выйди в коридор и кликни сюда командира дневной стражи! Быстро!
Ратник ушел.
– Чем ты планировала заниматься до того, как в покои пришел... пришли мы с братом?
– Ведунья слегка опешила от неожиданного поворота событий, но быстро справилась с собой.
– Я хотела покормить заложников! Медом!
– А почему - именно медом? Они что, уже не едят хлеб?
– Нет, хлеб они едят! Но если их кормить только лепешками и водой, они скоро умрут!
– Ташша подробно объяснила мотивы, по которым она решила перевести заложников на "медовую диету".
– Хорошо! Действуй!
– одобрил её резоны Правитель.
– И правильно сделала, что помыла их! Но только сильно не переусердствуй! Запомни - они нужны мне живыми!
– он шагнул к двери.
– Правитель!
– догнал его слабый голос Ведуньи.
– Ну, что еще?
– Прикажи тем существам...
– Каким существам?
– Ну, тем, которые родители этой самки и самца! Чтобы они доставили тебе продукты, которыми их обычно кормят!
– Ты сошла с ума, если предлагаешь такое! Они же немедленно найдут нас!
– А разве то, что на Шаа кто-то забрасывает шпионов, не говорит о том, что твой враг уже знает, где находится наш мир?
Правитель остро глянул на женщину-змею, пожевал губами, размышляя о чем-то.... Ответил:
– Может быть.... Говори!
– Если ты прикажешь ему доставить тебе пищу для твоих гостей, он поймет, что они еще живы! Для мертвых гостей пища не нужна! А еще...
– Продолжай!
– А еще он поймет, что ты знаешь про его шпионов и больше не скрываешь свое местонахождения! Что ты не боишься его и всю ситуацию держись под своим контролем!
– Хорошо! Я подумаю! Тогда ответь мне на один вопрос: как ты узнала, что мой брат нападет на меня? Тебе кто-то сказал или...
– У меня было видение, мой Властелин!
– почти шепотом ответила Ташша. Правитель удовлетворенно кивнул головой, прерывая её ответ; вышел из комнаты заложников.
Ведунья повернулась к Маяле. Хрупкое светлокожее существо с большими глазами и светлыми нитями на голове, очевидно, все еще пребывало в состоянии неописуемого ужаса. Изможденная заложница Правителя руками обхватила, всем телом закрыла своего ребенка, очевидно, не в силах поверить, что самое страшное ля неё уже закончилось.
Во всяком случае - на сегодня. Ташша вздохнула, понимая, что её мегаскудного словарного запаса явно недостаточно для того, чтобы объяснить этому испуганному существу, что все страшное - позади. Она, пользуясь подсказкой симбиота, совсем по-человечески развела руки в стороны - дескать, извини, но ничего поделать было нельзя, все произошло так, как произошло.
Как ни странно, но всего один незамысловатый жест в "исполнении" женщины-змеи вернул дщери Великого Императора толику самообладания. Она перестала закрывать собой своего сынишку, села на кровать, свесив ноги, осмотрелась....
У входной двери и подле её ног недвижимо лежали два тела её пленителей - молчаливого солдата, который все последние месяцы присматривал за ней и Сашей, и его начальника, обладавшего большой властью и не менее весомым влиянием на главного змеечеловека этого мира, которому подчинялись все. Для Маялы так и осталось тайной причина, по которой погибший змеечеловек обладал каким-то поистине магическим влиянием на того, который, несомненно, являлся самым крупным местным военоначальником.
Девушка подняла взор, внимательно посмотрела на невысокую змейку с кожей серого цвета. Кажется, старуху - по местным меркам - поняла она. Маяла хорошо её рассмотрела.... В ней не было ничего примечательного. Маяле бросились в глаза только сгорбленная спина змеи-старухи и её ступни, покрытые кровавыми язвами.... Девушка прикрыла глаза, вспоминая, как молниеносно эта древняя женщина-змея расправилась с двумя вооруженными воинами; и как резво она же до этого пряталась под её кровать, расслышав в коридоре их тяжелые шаги...
– Странная ты старушка-змеюшка!
– тяжело вздохнув, произнесла девушка.
– То ты прячешься, как последняя трусиха, то какой-то палочкой с одного удара убиваешь двух крепких солдат! Я знала только одного человека, который мог бы легко - вот так, как ты сегодня - двумя ударами повалить двух воинов.... Но его здесь нет... Он, наверное, очень далеко и ему совершенно нет дела до нас с Александром.... К сожалению.... К большому сожалению... Если мне посчастливиться выжить в этом аду, я обязательно его найду и выскажу в лицо все, что думаю о нем! Он не имел права нас бросать, понимаешь?! Ты это понимаешь?!
– Маяла закричала, бросилась с кулачками на Ташшу, толкнула её в грудь...
Ведунья осталась стоять на месте.
– Что с ней?
– спросила Ташша у симбиота.
– Истерика! Обычная женская истерика после того, когда все прошло и нервное напряжение спало! Скоро пройдет!
– Мы можем её чем-то помочь?
– А чем ты ей сможешь помочь? Для неё сейчас приемлема только одна помощь - отправка её домой, к родителям, точнее - родителю!
– А мать? Где её мать?
– Не знаю! Насколько я понял, мамы у неё нет! Но я могу и ошибаться!