Чтение онлайн

Не получалось.

Казалось, мысль о тюрьме напугала Энджи, но Джош не доверял женщинам. Он не знал, хватит ли у нее мужества предать капитана, остальных членов команды и парня, с которым она спит? Если быть до конца честным с самим собой, в последнее время он вообще мало в чем был уверен. Несмотря на внутренние запреты, он позволил себе начать роман с Тори, прекрасно понимая, что будет вынужден обмануть ее. Конечно, он сделает все, чтобы, не нарушая закон, помочь ей, но Джош не сомневался, что Тори презирает его, и осознание этого было мучительным. Он не привык испытывать стыд.

Сейчас оставалось лишь надеяться, что Энджи больше хочет спастись, чем тревожится о Дуайре. Единственное, что от нее требовалось, это включить радиомаяк. Не вызволить Джоша из заточения и не принести ему передатчик. Если Энджи сумеет найти его и подать сигнал, ФБР, береговая охрана и иммиграционно-таможенная полиция окажутся здесь менее чем через два часа.

Впрочем, это большое «если». Если ее поймают или братья Рио заподозрят, что она пытается помочь ему, Энджи может оказаться рядом с ним.

— Проклятье!

Джош перекатился на бок, свесил ноги с края стола для пинг-понга и неохотно поставил бутылку с минеральной водой. Она нагрелась, но стоило ему убрать ее, как лицо снова начало пульсировать от боли. Пару часов назад оно так распухло, что ему казалось, будто кожа сейчас лопнет, но все-таки боль потихоньку отступала.

Он открыл бутылку, выпил половину залпом и поставил остатки на стол. После этого, стараясь не шуметь, подошел к иллюминатору и прижал лицо к опущенным жалюзи, пытаясь понять, кто его охраняет.

Сначала он подумал, что там никого нет, но затем услышал негромкий вздох. Джош слегка переместился, и теперь в поле зрения попадал проход к двери. Энтон Пински лежал, вытянувшись на полу, рядом с головой стояла большая пластиковая бутылка с водой. Его глаза скрывали солнечные очки, он давно не брился. Пински был невысоким, пять футов и шесть дюймов, а во взгляде постоянно читалось желание оказаться где-нибудь в другом месте.

Джош знал, что сумеет без проблем пройти мимо него. Он планировал подождать до темноты, прежде чем решиться на какой-нибудь рискованный шаг. Но если в течение следующих двух часов Энджи не принесет хороших новостей, придется включить в список возможных поступков нечто совсем безрассудное.

Специальный агент Рейчел Восс стояла на палубе яхты, конфискованной у наркобарона, и пыталась убедить себя, что Джош Харт жив. Кое-кто из агентов утверждал, будто бы у них есть шестое чувство, благодаря которому они узнают, когда что-то происходит с их напарником, женой или ребенком. Восс было бы легче, верь она в подобные вещи, впрочем, она всегда считала людей, рассуждающих о духовной связи, психических контактах и прочих глупостях, настоящими болванами.

Если исходить из того, что ей было известно, то Джош вполне мог кормить в море рыб. Она не хотела верить в это, но ей приходилось учитывать такую возможность. Она стояла под безжалостным солнцем, щурясь от ослепительного сияния воды, и пот стекал по ее спине и груди — Восс наказывала себя за то, что отказывалась принять реальность.

Существовала только одна причина, по которой Джош не привел в действие радиомаяк, — ведь прошло много часов после того, как он сообщил, что «Антуанетта» отправилась на встречу с продавцом оружия, — его раскрыли. Значит, он либо мертв, либо не имеет возможности включить передатчик. Конечно, братья Рио могли найти спутниковый телефон и радиомаяк и выбросить их вместо Джоша за борт, но Восс понимала, что принимает желаемое за действительное.

Руки задрожали, и она скрестила их на груди, чтобы немного успокоиться.

Когда Восс в последний раз смотрела на часы, было около двух. Яхта колумбийского наркобарона находилась в тех же водах, что и «Антуанетта», когда Джош вышел на связь по спутниковому телефону, из чего следовало, что место встречи с торговцем оружием где-то рядом. Как далеко сейчас «Антуанетта»? Радар указывал лишь на маленькие островки. Все застыло в неподвижности, никаких следов грузового корабля.

Стоя на палубе, Восс мучилась от страшной жары, а взгляды людей на соседних кораблях обжигали ее ничуть не меньше, чем безжалостные лучи солнца. Капитаны четырех катеров береговой охраны и полицейских судов начали терять терпение.

— Рейчел.

Восс опустила голову и с удивлением обнаружила, что смеется, но оборачиваться не стала.

— Господи, специальный агент Восс, — пробормотал Паваротти.

Она повернулась. Во время этой операции молодому сотруднику пришлось немало от нее вытерпеть, но он вел себя достойно. Впрочем, сейчас он явно нервничал. Ничего удивительного: все устали и чувствовали себя измотанными, постоянно размышляя о неудачном деле и агенте, жизнь которого подвергалась опасности.

— Что случилось? — спросила она.

Паваротти стоял по стойке «смирно», словно морской пехотинец, докладывающий своему командиру.

— Старший специальный агент Босворт вошел со мной в контакт и приказал передать вам сообщение.

Восс вздохнула и стиснула зубы.

— Продолжай, Джо. Что сказал Чонси?

— Старший специальный агент Босворт…

— Сейчас я сломаю тебе нос, Пласки.

Паваротти позволил себе улыбнуться.

— Я цитирую: «Скажи Восс, что если она сейчас же не возьмет трубку, то я приду к вам и засуну ее ей в глотку». Он также упомянул о том, что, когда ваш телефон зазвонит в следующий раз, на линии будет Дельроссо.

Восс поддерживала связь с кораблями береговой охраны и таможенной полиции и координировала их действия, но не отвечала на вызовы Чонси примерно с полудня. Она посмотрела на Паваротти.

— Мы не оставим там Джоша, — сказала она.

Паваротти коротко кивнул.

— Согласен. Но в какой-то момент остальных парней просто отзовут.

— Что еще сказал Чонси?

— Он произнес много неприличных слов, Рейчел, но не слишком искренне. У него хватает других проблем, и то, что ты не берешь трубку, лишь одна из них.