Символисты, Гиппиус Зинаида Николаевна

Символисты

на обложку

Гиппиус Зинаида Николаевна

Шрифт:

1897

Электричество

Две нити вместе свиты,Концы обнажены.То «да» и «нет» не слиты,Не слиты – сплетены.Их темное сплетеньеИ тесно, и мертво,Но ждет их воскресенье,И ждут они его.Концов концы коснутся —Другие «да» и «нет», —И «да» и «нет» проснутся,Сплетенные сольются,И смерть их будет – Свет.

1901

Баллада

П. С. Соловьевой

Мостки есть в саду, на пруду, в камышах.Там, под вечер, как-то, гуляя,Я видел русалку. Сидит на мостках, —Вся нежная, робкая, злая.Я ближе подкрался. Но хрустнул сучок —Она обернулась несмело,В комочек вся съежилась, сжалась, – прыжок —И пеной растаяла белой.Хожу на мостки я к ней каждую ночь.Русалка со мною смелее:Молчит – но сидит, не кидается прочь,Сидит, на тумане белея.Привык я с ней, белой, молчать напролетВсе долгие, бледные ночи.Глядеть в тишину холодеющих водИ в яркие, робкие очи.И радость меж нею и мной родилась,Безмерна, светла, как бездонность;Со сладко-горячею грустью сплелась,И стало ей имя – влюбленность.Я – зверь для русалки, я с тленьем в крови.И мне она кажется зверем…Тем жгучей влюбленность: мы силу любвиОдной невозможностью мерим.О, слишком – увы – много плоти на мне!На ней – может быть – слишком мало…И вот, мы горим в непонятном огнеЛюбви, никогда не бывалой.Порой, над водой, чуть шуршат камыши,Лепечут о счастье страданья…И пламенно-чисты в полночной тиши, —Таинственно-чисты, – свиданья.Я радость мою не отдам никому;Мы – вечно друг другу желанны,И вечно любить нам дано, – потому,Что здесь мы, любя, – неслиянны!

1903

Днем

Я ждал полета и бытия.Но мертвый ястреб – душа моя.Как мертвый ястреб, лежит в пыли,Отдавшись тупо во власть земли.Разбить не может ее оковТяжелый холод – земной покров.Тяжелый холод в душе моей,К земле я никну, сливаюсь с ней.И оба мертвы – она и я.Убитый ястреб – душа моя.

1904

Всё кругом

Страшное, грубое, липкое, грязное,Жестко-тупое, всегда безобразное,Медленно рвущее, мелко-нечестное,Скользкое, стыдное, низкое, тесное,Явно довольное, тайно-блудливое,Плоско-смешное и тошно-трусливое,Вязко, болотно и тинно застойное,Жизни и смерти равно недостойное,Рабское, хамское, гнойное, черное,Изредка серое, в сером упорное,Вечно лежачее, дьявольски косное,Глупое, сохлое, сонное, злостное,Трупно-холодное, жалко-ничтожное,Непереносное, ложное, ложное!Но жалоб не надо; что радости в плаче?Мы знаем, мы знаем: всё будет иначе.

1904

Дождичек

О, веселый дождь осенний,Вечный – завтра и вчера!Всё беспечней, совершеннейОднозвучная игра.Тучны, грязны и слезливы,Оседают небеса.Веселы и шепотливыДождевые голоса.О гниеньи, разложеньиВсё твердят – не устают,О всеобщем разрушеньи,Умирании поют.О болезни одинокой,О позоре и скорбяхЖизни нашей темноокой,Где один властитель – Страх.И, пророчествам внимая,Тупо, медленно живу,Равнодушно ожидаяИх свершенья наяву.Помню, было слово: крылья…Или брежу? Всё равно!Без борьбы и без усильяОпускаюсь я на дно.

1904

Крылатое

И. А. Бунину

В дыму зеленом ивы…Камелии – бледны.Нежданно торопливыШаги чужой весны.Томленье, воскресаньеФиалковых полей.И бедное дыханьеЗацветших миндалей.По зорям – всё краснееДолинная река,Воздушней Пиренеи,Червонней облака.И, средь небес горящих,Как золото, желты —Людей, в зарю летящих,Певучие кресты.

Февраль 1912

Дни

Все дни изломаны, как преступлением,Седого Времени заржавел ход.И тело сковано оцепенением,И сердце сдавлено, и кровь – как лёд.Но знаю молнии: всё изменяется…Во сне пророческом иль наяву?Копье Архангела меня касаетсяОжогом пламенным – и я живу.Пусть на мгновение, – на полмгновения,Одним касанием растоплен лёд…Я верю в счастие освобождения,В Любовь, прощение, в огонь – в полёт!

1918

Константин Бальмонт

«Я мечтою ловил уходящие тени…»

Я мечтою ловил уходящие тени,Уходящие тени погасавшего дня,Я на башню всходил, и дрожали ступени,И дрожали ступени под ногой у меня.И чем выше я шел, тем ясней рисовались,Тем ясней рисовались очертанья вдали,И какие-то звуки вдали раздавались,Вкруг меня раздавались от Небес и Земли.Чем я выше всходил, тем светлее сверкали,Тем светлее сверкали выси дремлющих гор,И сияньем прощальным как будто ласкали,Словно нежно ласкали отуманенный взор.И внизу подо мною уж ночь наступила,Уже ночь наступила для уснувшей земли,Для меня же блистало дневное светило,Огневое светило догорало вдали.Я узнал, как ловить уходящие тени,Уходящие тени потускневшего дня,И всё выше я шел, и дрожали ступени,И дрожали ступени под ногой у меня.

1895

Лунный свет

Сонет

Когда Луна сверкнет во мгле ночнойСвоим серпом, блистательным и нежным,Моя душа стремится в мир иной,Пленяясь всем далеким, всем безбрежным.К лесам, к горам, к вершинам белоснежнымЯ мчусь в мечтах; как будто дух больной,Я бодрствую над миром безмятежным,И сладко плачу, и дышу – Луной.Впиваю это бледное сиянье,Как эльф, качаюсь в сетке из лучей,Я слушаю, как говорит молчанье.Людей родных мне далеко страданье,Чужда мне вся Земля с борьбой своей,Я – облачко, я – ветерка дыханье.

1894

Погибший

Два отрывка из поэмы

Уж ночь. Калитка заперта.Аллея длинная пуста.Окован бледною Луной,Весь парк уснул во мгле ночной.Весь парк не шелохнет листом.И заколдован старый дом.Могильны окна, лишь одноМерцаньем свеч озарено.Не спит – изгнанник средь людей, —И мысли друг, – и враг страстей.Он в час любви, объятий, сновЧитает книги мудрецов.Он слышит, как плывет Луна,Как дышит, шепчет тишина,Он видит в мире мир иной,И в нем живет он час ночной.Тот мир – лишь в нем, и с ним умрет,В том мире светоч он берет.То беглый свет, то краткий свет,Но для него забвенья нет.

1 2 3 4 5 6 7 8 9-15