Чтение онлайн

Подошел официант и быстро расставив тарелки перед новым посетителем поспешил удалится. Костя принялся поглощать устрицы в сметане, заедая их блинами с икрой, Вадим потягивал вино и поглядывал на Лику, которая с опаской косилась на голодного мужчину.

— Ляля, ты об меня взгляд не мозоль, ты лучше пирожное жуй. Тебе полезно, — бросил тот раздраженно.

Лика озадаченно нахмурилась. Вадим спрятал улыбку:

— Костя прав, кушай, коктейль допивай.

— Может, я лучше пойду?

Уваров согласно кивнул: топай!

Вадим отрицательно качнул головой: нет.

Лика, вздохнув, свесила подбородок на грудь. Костя скривился, покосившись на друга: что за чудеса? На кой тебе эта девица?

Не лезь, — взглядом дал понять Греков. Мужчина хмыкнул: да мне-то, что?

— Кто девушку обедает, тот ее и танцует.

Вадим прищурился: а это идея.

— Лика ты нас с Костей не пустишь к себе в квартиру для беседы?

Девушка нехотя кивнула: Вадиму она отказать не могла, хотя с удовольствием бы избавилась от общества его друга. Нервировал ее Уваров, тревожил одним своим видом.

Тот криво усмехнулся, с пониманием покосившись на Вадима: стратег! И подмигнул девушке. Та сжалась и залпом выпила коктейль, надеясь таким незамысловатым способом, справится с волнением. И понятия не имела, что коньяк с медом довольно коварная штука.

Когда они покидали ресторан, Лика чувствовала себя легкой как пушинка и абсолютно счастливой. Вадим казался ей Ангелом, а его друг Архангелом. Девушку раздувало от гордости и умиления, что ее сопровождают двое из небесного воинства.

Ее изрядно шатало и заносило на каждом шагу, но она лишь слегка удивлялась дискоординацией движений, не более. Да и чему беспокоится, если Вадим рядом и крепко держит ее: значит она не упадет, и домой попадет, и вообще ничего плохого в его обществе с ней не может случится.

Они дошли до машины, и Греков прислонил девушку к авто, под насмешливым взглядом Уварова, открыл дверцу, помог Лике сесть:

— Не страшно?

— Нет. С тобой ничего не страшно, — заверила его девушка, блаженно улыбаясь.

— Хорошо, — сказал, закрывая дверцу.

— Специально накачал? — усмехнулся Константин. Вадим лишь мазнул по его лицу взглядом и сел за руль. Костя, благоразумно смолкнув, бухнулся на заднее сиденье.

— Ты не на машине? — спросил Греков.

— Не-а, ребята на ней работают, сюда подбросили и укатили.

— Что так бедно с транспортом?

— Да три разом встали. Невезуха.

— Бывает, — бросил Вадим, выруливая на проспект. Накрыл руку девушки своей ладонью, отвечая на ее нежную улыбку, немигающий, влюбленный взгляд, что очень нравился ему. Костя покосился на сомкнутые руки и озадаченно отвернулся: чтоб Грек бабу за руку держал, как юнец, должно случится что-то веское. Чудо, не иначе. Да только староваты они для чудес, да и девчонка на прекрасное ведение, от которого голову напрочь сносит, не похожа. Выходит, использовать ее Вадим решил для какой-то надобности? Против Грековых, как слепую пешку? Или погулять да откинуть? А вот это зря, грех так с убогими-то. А что убогая и без специалистов видно. Эх, Грек, что ж с тобой жизнь-то сделала?

— Что молчишь? — покосился на него Вадим в зеркало.

— Потом скажу, — буркнул и в окно уставился.

— Константин… а по отчеству? Нет, скажите, как ваше отчество? Как к вам обращаться? — пристала девушка к Уварову, когда они поднимались в квартиру. Мешала идти, выглядывала из-за плеча Вадима, то и дело, останавливалась. Тот нехорошо смотрел на нее, придерживая за талию, терпел и вот — надоело. Встал, прислонившись к перилам, покосился на друга и Костя понял, о чем подумал Грек: ему явно не нравилось внимание девушки к нему, ревность проглядывала в холодном прищуре Вадима. `Чудеса', - опять подивился Уваров и, зная друга, приготовился к выпаду. Так и случилось.

Тот резко отстранился от Лики, чуть оттолкнув ее к стене, и шагнул вверх. Снова остановился. Девушка оказалась на середине лестницы, меж мужчинами: наверху Вадим, внизу Костя. Он укоризненно глянул на Грека: не вовремя ты экспериментируешь.

Лика, качаясь, стояла и тоже во все глаза смотрела на Вадима, не понимая, почему он отстранился, что она не так сделала? Тот в упор смотрел на нее и не шевелился, хоть и видел, понимал, что она может упасть с лестницы, не устояв на ногах.

— А ты садист, Грек, — протянул Константин обвиняя. Приготовился подхватить Лику если та начнет падать. И опешил, услышав недовольное шипение:

— Не смейте оскорблять Вадима! Вы! А еще другом называетесь! Да какой же вы друг?!

Уваров скрипнул зубами и презрительно скривившись, уставился на Грекова:

— Ну, что? Добился? Это хотел услышать?

Вадим отвел взгляд, закаменев лицом, и шагнув к Лике, подхватил ее на руки:

— Тише, малыш, — попросил виновато. — Костя абсолютно прав. Извини меня.

Уваров успокоено зашагал следом, то и дело внимательно поглядывая на пару: хмурого Вадима, притихшую на его руках девушку. И чудилось ему, что Греков увяз в девчонке, только сам того еще не понимает или боится признаться себе.

`Надо бы ему мозги вправить, пока дел не натворил от большого ума. А то ведь устроит ад, а потом сам кается будет. Ох, Грек… — подумал.

А Вадим уже стоял у квартиры и помогал Лике открыть замок.

Дверь распахнулась, и гости на минуту замерли на пороге, не обращая внимания на приглашающие фразы хозяйки. В квартире пахло так, словно в комнатах цвели сады. Мужчины переглянулись:

— Яблоки, — предположил Костя.

— Черемуха и сирень, а еще мята, — тихо заметил Греков. Взгляд стал тоскливым, как у побитой собаки. — Я помню этот запах — мамин… Сколько лет прошло?… Её не помню, а запах…

— Любопытную ляльку ты себе нашел, — хмыкнул Уваров, подталкивая Вадима внутрь жилища. — Хорош ностальгировать. Лови подругу, пока носом линолеум не собрала.

— Она не лялька, — процедил Греков и пошел за Ликой.

Костя, закрыл дверь и сел на край тумбочки с телефоном, оглядывая квартирку: хороший обзор убогого жилища. Бедненько, но чисто и уютно. В принципе нечто подобное он и думал увидеть. И загрустил: а ведь он и Вадим выросли вот в такой, не особо изысканной, обстановке.

Лика забыв снять куртку закрутилась по кухне, радуясь что в кои-то веке принимает гостей. Ей хотелось проявить максимум гостеприимства, и она, борясь с туманов в голове, принялась вытирать и без того чистый стол.