Сингулярность (сборник)
Шрифт:
Наконец резко скрипнули тормоза, пассажиров качнуло вперед так, словно водитель на ходу врубил ручной тормоз. Вновь посыпались команды. В автобусе маски сидели слитно и компактно, словно гармошкой вдвинулись друг в друга, и не занимали много места. Когда засуетились, забегали, их снова стало очень много. Людей погнали в единственный подъезд здания, уходящего в небо. Из-за высокого бетонного забора со стороны видны такие же высоченные, близко поставленные свечи небоскребов.
Глава X
Ученых бегом загнали в огромные грузовые лифты, в которых впору поднимать автомобили. Управление наружное – внутри никаких кнопочек не видно, только блеск металла да маленькая красноглазая камера у потолка. Легкая перегрузка подъема показала, что доставили на какой-то этаж.
Дверь открылась, и сразу противоположная стена кабины поползла, поршнем выталкивая людей в узкий коридорчик. Дальше – уверенные громкие команды:
– На проверку личности! Руки на сенсоры! Глаз к объективу! Следующий! Руки на сенсоры…
По очереди проскакивали, ученых толкали жесткие руки, придавая ускорение и направление. Резкий запах мастики режет глаза, на фоне металлических стен странно смотрится желтый паркет, жутко истоптанный следами. В конце коридор разветвился, раскрылся дверями, и жесткие руки двух масок начали быстро хватать за плечи и рывками вталкивать людей в двери разных кабинетов. Славутич едва устоял, влетая в один, следом вбежал один из близнецов, правда, мягко, на полусогнутых. Здесь уже растерянно переглядывались Дарья и второй близнец.
– Тэ-экс-с, очень интересная подобралась компания, – раздался ехидный, блеющий голос.
Все с удивлением увидели за письменным столом, огражденным решеткой и пуленепробиваемым, судя по толщине, стеклом, лысоватого толстенького мужичка. Типичнейший конторский работник – как раз у таких в моду вновь вошло пенсне, апгрейженное, конечно, но курьезное. Без маски он смотрелся удивительно неестественно, камуфляж сидел словно королевская мантия на толстом поваре.
– Смотрите, какая подобралась компашка удивительная. Венгерские дворяне, владельцы замков и наследники огромных наделов – и живут в России. Мало того – с красными дипломами окончили истфак МГУ и… получили российское гражданство!
С ними криминальная девица. Совершенно несносное, судя по документам, взбалмошное существо, которое врачи трижды доставали зачем-то с того света. Тем не менее умудрилась закончить физмат и получить профессию программиста… Живет за счет поиска дыр в банковских защитных системах, получая солидные гонорары за безобидные, само собой, консультации, которые ни разу не шантаж.
И ученый с… довольно солидным именем, имеющий некоторые достижения в бактериологии… больше известный среди коллег под кличкой мастер Цып за привычку раскачиваться, находясь в раздражении, на носках ног…
Профессор покраснел, злобно зыркнул на камуфляжника. Видимо, специалист-раздражитель. Почему-то особенно неприятно отсутствие знаков различия.
– И вы пригласили нас, чтобы рассказать увлекательные биографии друг друга?
– И это профессор? – разочарование сложилось из умело поднятых огрызков бровей, всплескивания руками и прочих наработанных жестов. Впрочем, тут же в голосе зазвучала насмешка: – Вы ни разу не проницательны, Славутич! Неужели интуиция вам ничего не подсказывает? – Типчик расплылся противной улыбкой, пошевеливая толстенькими сомкнутыми пальчиками, словно паучок, вьющий незаметную паутинку.
– Вы врали насчет наркотиков! – уверенно возмутилась Дарья. Покраснела, сжала кулачки и шагнула вперед, заслужив одобрительный кивок. – Что вам от нас нужно?!
– От вас, Даша, ничего. Действительно, зачем вы нам, собственно… второразрядная… ну, пусть полутораразрядная (на первый не тянешь) программистка с сексуальной внешностью, опытом стриптиза, замечательно разбирающаяся в выращивании кактусов и приготовлении пирогов?
Дарья покраснела сильнее, похоже, упоминание о пирогах больше всего ее задело.
Толстоморденький под конец тирады словно заинтересовался ее особой, оценивающе прищурился и подергал нижнюю губу. Но громко расхохотался, увидев напряженное ожидание девушки. И быстро повернулся к близнецам:
– Вам будет предъявлено обвинение в распространении наркотиков. Не сомневайтесь, у вас действительно найдут самые сильные и дорогие в достаточных количествах. Разумеется, найдут, если ваша семья не вышлет правильную сумму на указанный счет.
Венгры задрожали от гнева, один открыл было рот… Но его тут же с деланым удивлением прервал толстячок:
– А вы что думали, уважаемые? В сказку попали?
– И это ваши спецслужбы! – почему-то дворянин обратился с гневным вопросом к Славутичу, обвиняющее ткнув пальцем. Профессор от неожиданности улыбнулся. За стеклом охотным смешком задребезжал камуфляжник:
– Могу вас успокоить, если вы, конечно, успокоитесь. Мы не совсем те спецслужбы, на которые вы намекаете. Да и… – он вновь захихикал, – мы точно не спецслужбы профессора!
Венгр свирепо засверкал глазами, ухватился за стол, покраснел, пытаясь поднять его. Но, привинченный к полу, тот не поддался. Тогда он бросился вперед и в красивом прыжке ударил каблуком ботинка в стекло, оно глухо бухнуло, отшвырнуло прыгуна метра на три назад в угол, породив новый взрыв гомерического хохота.
Паучок-службист приглашающее махнул рукой второму венгру, постучал в стекло и порекомендовал жестами выбить его серией ударов. У того под кожей челюстей заходили желваки.
– Ну что же вы, – делано огорченно развел руками службист, – обычно вот такие бросаются и лупят, лупят… пока костяшки не разлупят… извините за тавтологию.
– Какой-то вы подозрительно веселый, – пробормотал профессор, – так что вам нужно от… меня?
– Ну, вашу контору, конечно, отпустят, их взяли, собственно, на время и для прикрытия. Вы, разумеется, и есть наша цель. Да, кстати, вашим родным доставят убедительные доказательства вашей причастности к созданию наркотика. Вас выпишут из квартиры и постараются стереть из памяти все ваши друзья и родственники, настолько чудовищные и убедительные обвинения будут предъявлены. Нам надо…