Чтение онлайн

На тыльной стороне перчатки, в центре красовался знак бесконечности, сшитый из серебристых линий, точно таких же, какие были на ладони. Это необычные нитки — по сравнению со стандартными, этот материал необычайно тяжел. И серебристые они не просто так, не для фальшивого вида — это настоящее серебро. Вообще, серебристый узор устроен так, будто изображает собой контур костей руки, находящихся под кожным покровом парня. Выглядит весьма недурно и солидно.

— Мне дали второй шанс, а я опять наступаю на те же грабли… — шумно выдохнув, сказал парень.

— Ты все еще можешь отказаться. Кроме тебя никто не сможет ею воспользоваться. Ну и… кроме меня… совсем немного. — Неуверенно добавила девушка под конец, почесывая щечку от той же неуверенности.

— Отказаться? Запечатать Сингулярность навсегда, построить дом, посадить дерево, сделать ребенка, состариться и умереть в кресле-качалке?

— Ну, если ты того хочешь… почему бы и нет? Правда, тогда я останусь одна…

— Шутишь? — приподняв одну бровь, спросил парень. — Ни за что в жизни.

Девушка рассмеялась и покружилась вокруг него, вновь сложив руки за спиной. И, вскоре остановилась прямо перед ним, тепло улыбаясь и слегка наклоняясь назад. Парень взял «Корону Пустоты» обеими руками, выставил ее перед собой и подразнил девушку, переводя взгляд то на нее саму, то на так манящую корону в его руках. Потенциальная принцесса сняла шляпу и метнула ее, желая отправить далеко-далеко, позволив парню заменить ее короной, по которой она так сильно соскучилась. Но прежде чем шляпу смело ветром, парень успел поймать ее.

— Корона тебе к лицу, принцесса. Но шляпа тоже неплоха.

В ответ она молча улыбнулась, прикрыв глаза.

Воистину, корона ей к лицу.

— Что теперь, король? Вернемся в мою лачугу на краю света и окончательно отпразднуем наш триумф? Или исчезнем навсегда, избавив мир от нашего присутствия?

— Можно и сгинуть в никуда, но нас уже пригласили в одно местечко, так что придется отложить, королева… — парень взял шляпу в левую руку и повернул ее так, что она своим размером закрыла их лица от взора со стороны. — Надеюсь, ты не против?..

— Конечно я не против, теперь мы не ограничены во времени, — девушка обвила шею парня руками, притянув его лицом к себе. — Благодаря тебе, конечно… Винтер.

— Ты мне льстишь, — приобняв ее другой рукой, начал Винтер. — Без тебя бы ничего не вышло… Элли.

— Конечно бы не вышло, — Элли выгнулась назад так, что они еле устояли на ногах. — Куда ж ты без меня, грустный парень?

Сейчас их взгляды были чисты и близки друг к другу так, как никогда раньше.

— Скажи мне, Винтер… — не отрывая взгляда от него, начала Элли. — Что означает знак бесконечности, который ты так часто используешь?

— Неизвестность. — Сосредоточенно ответил Винтер. — Он знаменует собой… неизвестность.

— Я так и знала… — не прекращая улыбаться, прошептала она себе под нос, уводя глаза в сторону на момент.

Все-таки не удержавшись на ногах, они упали. Элли намерено отпустила его шею, хитро улыбаясь и акцентируя все внимания Винтера на своих красно-кровавых глазах. Даже сейчас, когда все закончилось — кровожадность всего мира никуда не делась из них, хочет она того или нет. Впрочем, Кровавой Принцессе эти глаза подходят так, как никому другому — это точно. Они гипнотизируют людей, заставляя утопать в них.

Даже Винтера, только его они совсем не пугают. Хотя бы потому, что у него не менее устрашающие, хоть и не имеющие более кровавого оттенка глаза. Его ледяной взгляд вкупе с еле заметной улыбкой оставляет эффект страха ничуть не хуже, чем у Элли. Другой разговор, когда дело доходит до ее улыбки — даже самая добрая гримаса принцессы может показаться зловещей, и тут уж даже Винтер не в силах противиться ее навыкам устрашения. Впрочем, она того совсем не желает — просто оно само получается.

Прямо перед тем, как удариться об землю, Винтера и Элли остановила магическая аура, переливающаяся черным и белым — цветами сингулярности, цветами черной дыры. Такая же аура окутала их тело в тот момент, когда они раскололи кристалл сингулярности, вынуждая черную дыру явиться в их мир, протянув с неба до земли огромный луч, провоцирующий появление черной дыры. Тому событию было дано название… сияющий инцидент. Но никто, кроме этих двоих не знает, что в тот момент мир оказался поглощен черной дырой.

Буквально на мгновение зависнув в воздухе, словно единая статуя — они исчезли, не оставляя за собой ничего, будто бы их здесь никогда и не было. Все, что осталось от Путешественника во Времени и Кровавой Принцессы — белоснежная шляпа, медленно мотающаяся из стороны в сторону от порывов ветра на фоне лучей солнца, не только освещающих ее, но и затмевающих тенью, что отбрасывает дерево. В конце концов, шляпа опустилась прямо под дубом, непосредственно возле основания дерева, рядом с которым они и стояли.

Разрушив причинно-следственные связи, Винтер и Элли заставили старую реальность столкнуться с новой, появившейся от их действий. Их столкновения вызвало события, которые никакое чудо не могло остановить. Что же до самой сути последствий… слишком долго объяснять. Старого мира, в котором все живое сгинуло вместе с появлением Конца Времен, больше нет. Но и нет нового, в котором Конец Времен так и не произошел — есть что-то среднее. На тот момент, когда Винтер и Элли уничтожили кристалл сингулярности, что в итоге оказался в короне Фростлайта, подарив ей заурядное имя, время потеряло возможность идти вперед, или же поворачиваться вспять — оно просто застыло на месте, ожидая знака, который мог бы указать ей путь. А пространство… пространство перестало существовать из-за такой остановки, потому что одно без другого не имеет значения.

Да, время не может существовать без пространства, как и наоборот — пространство не может существовать без времени. Тьма тоже не может существовать без света, а свет — без тьмы. Миру всегда нужна золотая середина, то, что находится между черным и белым — серая неизвестность, затаившаяся вдалеке. И все живые и неживые существа: призраки, люди, драконы, все-все-все — все они, непременно, будут стремиться узнать, что находится там, далеко-далеко, в неизвестности, не имеющей пределов — бесконечности. Если не из любопытства, то хотя бы потому, что она ждет их.