Чтение онлайн

Что-то изменилось, подумал он. Может, все дело в том, что они подслушали разговор с Гонсалесом, но так или иначе, теперь дети ему полностью доверяют. И думают, что он сумеет их защитить. Сам Джесс в этом сомневался. Ему требовалась помощь.

Он вспомнил о человеке, с которым недавно завтракал, Вильяторо. Может, бывший детектив сумеет связаться с каким-нибудь знакомым агентом ФБР, и тот откликнется, не считая нужным прежде звонить шерифу. Джесс нашел в кармане визитку, позвонил в мотель и вновь попал на голосовую почту. Выругавшись шепотом, он попросил Вильяторо перезвонить ему.

Джесс вышагивал по кухне из угла в угол, мыл и вытирал посуду, то и дело поглядывал на часы, но телефон не звонил.

Возможно, рассуждал он, шериф Кейри поверит ему — если удастся поговорить с ним напрямую, в обход бывших копов. Может быть. Во всяком случае, надо попытаться и ни в коем случае не рисковать, дожидаясь утра.

— Мне придется отлучиться ненадолго, — объявил он детям, приглушая громкость телевизора. — Съездить в город.

— Прямо сейчас? — переспросила Энни. — Вы нас оставляете здесь?

— Ничего не поделаешь, — кивнул он.

— А если тот человек вернется?

Джесс помолчал.

— Энни, я покажу тебе, как обращаться с дробовиком. Ты должна уметь им пользоваться — на случай, если сюда нагрянут незваные гости.

Энни кивнула. Уильям уставился на нее с неприкрытой завистью.

Джесс открыл оружейный шкаф, вынул двустволку двадцатого калибра и переломил ее.

— Помни: это не игрушка. Иди сюда, я все тебе объясню…

— Что ты делаешь? — резким тоном спросил Суонн у Моники.

Она укладывала вещи — бросала одежду в маленький чемодан, разложенный на кровати. Свою одежду, одежду Энни, одежду Уильяма. Смена одежды им наверняка понадобится. Услышав Суонна, она вздрогнула: она не заметила, что он стоит в дверях.

— Собираюсь.

— Никуда ты не пойдешь. А если они позвонят?

— Кто позвонит, Оскар? Вы же все уверены, что дети у Тома. С каких это пор Том — «они»?

— Моника, сядь же, черт бы тебя побрал!

От такого приказа она замерла. По лицу Суонна было ясно: если понадобится, он остановит ее силой.

— Так будет лучше, — добавил он. — Поверь мне.

Моника взвесила его слова, с сомнением глядя на искаженное бешенством лицо и стиснутые кулаки.

— Я тебе не верю, — заявила она.

Он вскинул руку и разжал пальцы. На одном болтались ключи от ее машины.

— Никуда ты не поедешь, — бросил он.

У Энтони и Джули Родейл великолепный дом, думал Вильяторо. Просторный, новый, бревенчатый, с большими окнами. К дому вела дорожка, мягко подсвеченная лампами, на паркетных полах в доме лежали пушистые индийские ковры, сводчатый потолок в большой комнате заставил Вильяторо острее ощутить собственное ничтожество. По обе стороны от камина на стене красовались головы оленя и лося, полдюжины покрытых лаком рыбьих чучел поблескивали в свете люстры.

Когда Вильяторо прибыл, Джули Родейл смотрела «60 минут», уютно усевшись в пухлом кресле перед гигантской телевизионной панелью и поедала из вместительной миски макароны с сыром. Джули оказалась рослой и крупной блондинкой с круглым лицом.

— Говорите, раньше вы были детективом? — переспросила она. — Я думала, вы из офиса шерифа. Я жду известий о муже.

Вильяторо делал пометки в блокноте.

— Вы говорили, что он уехал ловить лосося.

— О да. — Она закатила глаза. — Его единственная радость в жизни! Ни одних выходных не пропускает. Всю зиму скупает рыболовное снаряжение и читает журналы для рыболовов, а весной, летом и осенью ездит рыбачить. Пару раз и я выбиралась вместе с ним, но это же скучища чудовищная!

— Часто он уезжает один?

Она отправила в рот порцию макарон.

— Не всегда, — прожевав, ответила она. — Иногда компанию ему составляет Джим Ньюкерк, но у него дети, он не может уделять рыбалке столько же времени, сколько Тони.

Вильяторо спросил:

— Ваш муж обещал вернуться сегодня утром?

— Если не накануне вечером. Он предупредил, что в понедельник у него дела, поэтому я и ждала его пораньше.

— Вы беспокоитесь за него?

— Вообще-то нет. Он крепкий малый. Вдобавок всегда берет с собой табельное оружие. Скорее всего, машина застряла где-нибудь в грязи, или он заблудился. Говорила я ему: возьми с собой мобильник, а он все твердил, что так далеко от города сигнала все равно нет.

Вильяторо заерзал на своем месте.

— Итак, вы живете здесь уже четыре года?

— Да, перебрались сразу же, как только Тони пораньше вышел в отставку.

— Я слышал, несколько бывших офицеров полиции помогают местному шерифу искать детей Моники Тейлор. Но Тони, видимо, среди них нет.

Джули рассмеялась.

— Поверьте, если бы не рыбалка, он увязался бы за ними. Тони и его давние приятели, бывшие копы, не разлей вода. Казалось бы, за столько лет службы немудрено осточертеть друг другу, но не тут-то было!

— Вы звонили кому-нибудь из товарищей Тони — может, им известно, куда именно он уехал?

— Конечно, я всех обзвонила. Но оказалось, что они знают только, что он на рыбалке.

Вильяторо сменил тему.

— Красивый у вас дом. Наверное, стоит пару миллионов.

— Больше, — усмехнулась Джули. — У Тони имелись средства. Я понятия не имела, что все годы службы он скупал акции и так далее. Но когда он сообщил, что хочет пораньше выйти в отставку, то объяснил, что уже — как это? — сколотил состояние на рынке ценных бумаг. И успел вынуть оттуда деньги раньше, чем лопнул пузырь.

Вильяторо присмотрелся: нет, Джули говорила искренне, вины в ее голосе не чувствовалось.

— За такой дом моя жена могла бы и убить, — пошутил он.

Она улыбнулась.

— Я ничего не знала и была потрясена. Понятия не имела, что Тони интересуется всякими там акциями. Не знала даже, что он без ума от рыбалки, пока мы не поселились здесь.

Вильяторо встал и захлопнул блокнот. Он искренне сочувствовал собеседнице: она производила впечатление приятной, хоть и самой обычной женщины, способной быть хорошей женой.