Чтение онлайн

— По истечении пяти лет они становятся обычными гражданами.

— И могут, как обычные граждане, выставлять свою кандидатуру на пост президента.

— Совершенно верно.

— Я так понимаю, это всё. Или что-то ещё?

— Думаю, вам достаточно.

— Вы так говорите, будто меня это не касается, — обиженно сказал Максим.

— Всё в наших руках, — вздыхая, сказал Грон.

— А могу я взглянуть на кубок? — поинтересовался Максим.

— Что ж, раз мы тебя пригласили, покажем. Пойдем.

Максим встал и направился следом за стариком. Пройдя через два небольших зала, они вышли в коридор, ведущий к массивной позолоченной двери, которую караулили двое охранников. Ничего романтичного Максим не обнаружил. Это были не стражники, разодетые в латы и стоящие у входа по стойке смирно, а обычные охранники, в форменной одежде. На столе стоял монитор, куда поступали изображения с камер наблюдения. Открыв дверь, Грон ввёл Максима в большой просторный зал. Зал впечатлял своей торжественностью и величием. Он был пуст. Лишь у противоположной входу стены стоял невысокий круглый позолоченный стол, на котором Максим и увидел тот самый кубок. Кубок был сделан из какого-то странного чёрного материала. Как Максиму показалось, цвет кубка был не просто черный, а настолько черный, настолько глубоко черный, что нельзя было придумать названия этому цвету. Настолько чёрному цвету, нельзя было придумать названия.

— А из чего он сделан?

— Если бы кто-нибудь знал, из чего он сделан, он бы уже не был тем самым кубком. Верно?

— Согласен. Какой-то он страшный. И красивый. Забавный.

— Ну, всего понемногу. Тебе пора. Вот номер телефона. — Грон вручил Максиму карточку. — Если что узнаешь о Маргарите, позвони и скажи тому, кто возьмет трубку. На этом всё. Не сочти за грубость, но обратно тебя повезут тем же способом.

— Спасибо, вы очень любезны. Не возражаете, если я расскажу моему другу о том, что я услышал. О том, новом, что услышал. Вы же ничего лишнего и запрещённого не рассказали.

— Рассказывай, только не афишируй свою экскурсию, и, вообще, об этой встрече и о том, что ты здесь был, не желательно распространяться. Я не настаиваю, но это для твоей же пользы и безопасности. Ты меня понимаешь?

— Конечно. Надевайте колпак.

В половине четвертого утра в диспетчерской службы охраны прозвенел звонок, и начальник смены отправился на плановый обход здания. В три сорок вся служба охраны была поднята по тревоге. Четверо охранников, двое из которых охраняли вход в зал с кубком, были обнаружены без сознания. Придя в чувство через час, они не могли ничего объяснить. Всё сводилось к тому, что они просто неожиданно отключились — заснули. Штатный медик, экстренно вызванный на место, проводил их обследование, готовясь предоставить к началу рабочего дня полный отчет. Необходимо было выяснить всё до того, как сообщать о случившемся совету. Срочно был вызван начальник охраны. Было установлено, что несколько камер были последовательно отключены и через короткий промежуток времени снова введены в строй. Расположение отключенных камер совпадало с путем следования от черного входа к залу, где хранился кубок. Всё здание было перевернуто с ног на голову. Обнаружить пропажу не удалось.

К семи часам утра на королевский совет были созваны все его одиннадцать членов.

Выяснить, кто чем интересуется, используя общедоступные источники, такие, как, например, библиотека, для МГБ не составляло труда. Над этим работала специальная группа, входящая в состав аналитического отдела, поэтому Глену Хайдену было достаточно легко получить то, что его интересовало. А интересовал его оракул, кубок, и вся, связанная с ним, история. Задание, между делом, полученное Хайденом от Фернандо Коста, (о котором тот сразу же попросил забыть), как ответственным исполнителем, было им исполнено. Оставался вопрос, докладывать о его результатах директору или подождать?

А выяснил Хайден всё, что просил Коста: всю историю, связанную с оракулом — кубком, всё, связанное с Орденом, все правила, порядки, условия и прочие нюансы этого мистического следа в истории Города. «Ох уж эти принцы, да принцессы, — недоумевал Хайден, — «лебеди», да «драконы», сочность крови, да ещё рыцари и дамы». Кроме использования открытых источников, Хайден встретился непосредственно с представителями самого Ордена, их пресс-службой. Тогда-то его и встретил Акира. Это, во-первых.

Во-вторых, случайно заметив Томаса Шнайдера в библиотеке, Глен решил заняться выявлением некой статистики заинтересованности этим вопросом. Из сравнительно небольшого объема исходных данных, содержащих в себе перечень лиц, запрашивавших в последнее время в библиотеках Города сведения, хоть как-то связанные с интересующим его вопросом, он выбрал двоих, представляющих на его взгляд, особый интерес.

Точнее, особый интерес представлял только один гражданин, именно тот, кто и послужил толчком для столь тщательной проработки вопроса — Томас Шнайдер. Вторым был выпускник института журналистики Акира Такеши.

«Судя по тому, что Шнайдер сам занимается этим вопросом, а не поручает его кому-то, он подозревает его абсурдность. — С таких размышлений начал первый рабочий день сентября Глен Хайден. — С журналистом-то всё понятно. Вряд ли они связаны, хотя, всё может быть. Неважно пока. Что это даёт? Во-первых, тот факт, что Шнайдер заинтересовался чем-то незаурядным, но определенно несущим политический оттенок, уже не есть добрая новость. Просто так он просиживать в библиотеках не будет. Задумал он что-то авантюрное, как пить дать. Да что там авантюрное — просто глупое. Что-то нужно предпринять. Нет, стоп, нужно сначала быть в этом уверенным».

Хайдену позвонили.

— Срочно нужно встретиться. Через двадцать минут. Там же. — Это был Ян Гашек.

Хайден не успел ответить.

— Не буду вдаваться в подробности, есть все основания подозревать твоего друга в том, что именно он причастен к похищению девушки.

— Я пока не вижу для этого никаких оснований. Только предположение. — Глен задумался. Задумался он, прежде всего потому, что поймал себя на мысли, что очень заинтересовался произошедшей историей и её возможной связью с интересующими его вопросами. Во всяком случае, с криминальной, как он её обозначил директору, линией, с наркоторговлей. — Если вы хотите от меня помощи, то, во-первых, мне она нужна взаимно, во-вторых, мне нужно знать ещё что-то. Вы согласны?

— Я могу вам рассказать то, что считаю нужным. Ведь ваша тактика аналогична, — почти согласился Гашек.

— Кто такой Максим Волков? — мгновенно спросил Глен.

— Гость, — моментально ответил Ян.

— Так. И та девушка также гость. Какое отношение они имеют к человеку…

— Дракона? — насмешливо продолжил Ян.

— Пусть так.

— Тот следил за ними с момента их прибытия.

— Как вы это можете доказать? — спросил Глен.

Гашек рассказал оба случая с Максимом.

— Но где тут девушка? — справедливо поинтересовался Хайден.

Гашек запнулся.

— За ней тоже следили, но…

— Доказательств этому нет, так?

— Послушайте, я вам рассказал о похищении человека. Тут уже не до шуток из области соперничества между ведомствами. Я даже не настаиваю на предоставлении информации, касающейся наркотиков…

— Вы её держите в уме, переместив центр тяжести.

— Вы там все такие?..

— Какие? Черствые, равнодушные, бездушные? Не берите меня на жалость. Мы с вами профессионалы. Ведь в уме-то вы это, тем не менее, держите, и не пришли бы ко мне только из-за похищения.