Чтение онлайн

Собрание остатков племени, как обычно сразу после ужина, продемонстрировало широкий спектр мнений, начиная от возможности построить небольшой эскалатор на ветряной тяге и вплоть до необходимости организовать ансамбль корякского танца с ежедневными молебнами. Победил в дискуссии господин Хоменко. Обозвав соплеменников нехорошими словами и усомнившись в умственных способностях собравшихся, Николай Семёнович убедил всех, что нужно строить зимний лагерь для лесорубов примерно в двух – трёх днях пути выше по течению реки.

– Зимой станет скучно жить, а так хоть что-то полезное можно будет делать.

Весной лес легко сплавим прямо сюда. Заодно и местность доразведаем. Опять же, в отдалённой местности легче охотиться. Строиться договорились рядом с ранее обнаруженными выходами извести, до которых добирались два дня. Дальше строить не решились, чтобы не сооружать лишнюю промежуточную базу, которую тоже пришлось бы делать по зимнему варианту.

– Подвожу итог, – сообщил собравшимся командир экипажа. – Срочно делаем два зимних лагеря выше по течению. Примерно на расстоянии дня пути друг от друга. И это неспешным шагом, – счёл нужным уточнить Рокотов. – Зимой дни короткие. Гарик при этом добавил:

– И по снегу идти – это тебе не просто по земле. А до тех выходов два дня шли хорошим темпом.

– Вот как раз и, так сказать, мотивация для повышения физической подготовки населения! – встрял Буданов. – Всем надо будет выстрогать лыжи или снегоступы. Или что-то среднее между лыжам и снегоступами! А пока снега нет, предлагаю тренироваться бегать по воде, вверх по течению!

– Окстись, Илья, – ответил Рокотов. – Вода уже холодная, все простынут, да и падать будут, еще кто-нибудь кости переломает… То есть, за два дня можно и не дойти до той базы, думаешь? – спросил Рокотов у Гарика.

– Да. Можно разбить путь на три участка и поставить две промежуточных базы. Но тогда надо делать дополнительную зимнюю базу.

– Хм… Строить лишнюю базу или все-таки вариант Ильи с повышением физической подготовки населения?

– Лучше одну промежуточную базу, – сказал Гарик. – Но при этом люди должны быть способны остановиться на ночлег в любом месте. На тот случай, когда что-то пойдёт совсем плохо, и люди не будут успевать дойти.

Антон и Владимир, отцы семейств нивхов работали над рытьем ямы для очередного фундамента.

– Ну, что, ты все еще хочешь выдать свою Аленку замуж?

– Да. Уже разговаривал с женихом.

– И кто же жених?

– Эрих, немецкий мальчик.

– Что он тебе ответил?

– Пока ничего. Думает.

– Эх, кто ж так делает, – махнул рукой Владимир. – Не мог ты дождаться, что ли, пока брага будет готова, да на первой бы пьянке к нему бы и… Эх!

– Да ладно! Что же он, на трезвую голову не может принять решение что ли?

– Может, может. В крайнем случае, когда будет брага, еще раз поговоришь.

На этот раз, посчитав язык жестов, мимики и электронного словаря не очень-то эффективными, Антон взял китаянку в качестве переводчика.

– Ну, что, парень, ты уже решил, хочешь ли взять в жены Алену?

– Решил, – ответил Эрих. – Я думаю, что нам еще рано жениться.

– Поверь, она уже достаточно взрослая. – А про себя подумал, что расти дочь уже перестала. Смысла тянуть, в данных обстоятельствах, нет никакого. И жена так же считает.

– Ну, мне и самому еще рано, – признался Эрих. – Давайте вернемся к этому разговору через два года. За это время и она подрастет, и я поумнею, – ответил Эрих. – Если, конечно, вы не найдете для нее кого-то более подходящего за это время.

– Как типично для мужчин – тянуть время, – пробормотала Линг себе под нос, но предложение перевела.

– Конечно, куда торопиться? – согласился нивх, а сам подумал, что его товарищ был прав – не может молодежь принимать правильные решения на трезвую голову. Кто знает, что случится за два года?

Вино из облепихи в первом баке, наконец, дошло до нужной кондиции. Два самогонных аппарата изготовили заранее и теперь дамы гнали продукт круглосуточно. Так как ректификационную колонну изготовить и не пытались, то первач сливали отдельно, полагая, что в нём содержится слишком много сивушных масел. Для химической промышленности и медицинских целей, эту гадость предполагалось перегнать повторно. Остальное следовало постепенно выпить. Для этого остального Лев самостоятельно сделал ареометр из гусиного пера, благо с рыболовными поплавками дело иметь приходилось. Прибор понадобился для сортировки пойла на три сорта по градусам.

Попробовали получившееся вино и самогон все, но без излишнего усердия, стремясь сделать запас на будущее. Много сил требовала транспортировка масла, сока, самогона и вина. А что вы хотели? Молодежь и многие женщины предпочитали неперегнанный продукт. Таскать пришлось тележками, на которые грузились наполовину заполненные бочки. Остальную часть посуды забивали порубленными палками, что не позволяло жидкости расплёскиваться.

– Может быть, стоит оставить вино и самогон до зимы на месте? – выдвинул совершенно радикальное предложение Норберт.

– Нельзя, – с ходу отверг идею Геннадий. – Можем остаться ни с чем. Животные всё перевернут просто из хулиганских соображений.

Население центральной базы сильно возбудилось, как только до него дошли слухи о сообщении с ближайшей заимки. Почти вся работа остановилась, а народ столпился на шоссе, несколько квадратных метров которого успели замостить песчаником. Оценив явку, Рокотов решил, что пора начать обсуждение новости.

– Кажется, все желающие подошли, так что, Александра, огласи-ка нам текст радиограммы! Девчушка бодро отрапортовала:

– На восточный берег утром подходило на водопой стадо численностью в восемь голов. Животные уверенно идентифицированы наблюдателями как лошади. В табуне два жеребёнка. В настоящий момент животные отошли от реки километров на пять. Больше ничего передавать не просили.

Толпа вновь заволновалась, хотя ничего нового люди и не услышали – девочка не хранила эти сведения в секрете. Колонисты успели потаскать на себе столько грузов, что гужевой транспорт мнился почти чудом. Народ желал немедленно изловить жеребят. Возможно, энтузиазма добавляла возможность прервать под благовидным предлогом нудную и нелёгкую работу.