Чтение онлайн

– Ты видел Вотана? – спросил Кормак.

– А как же! Я служил ему три года. Он силен, а это все, что нам нужно от вождя. Но он не просто силен, он обладает особым могуществом. Оно в его голове, в его глазах. Я видел, как воины по его приказу перерезали себе горло… и с радостью, что могут ему угодить. Он – как крепкое вино. Слушаешь его и словно упиваешься славой.

– Ты говоришь так, будто все еще поклоняешься ему, – прошептала Андуина.

– Это так, госпожа. Но я мужчина… и отец. Нареченные Вотана умирают. Моя Рианнон не для него.

– Как ты спасся? – спросил Кормак.

– Мне было повелено привезти Рианнон в его замок в Рэции. Я сказал, что повинуюсь, но вместо этого мы сели на купеческую трирему, отплывавшую в Испанию. Крепкие ветры и опасения, что надвигается страшная буря, заставили капитана укрыться под Пинната-Кастрой, но ветры были насланы Вотаном, и посланные им убийцы напали на нас у стен замка. И мы бежали, скрылись в разбушевавшейся вьюге.

– Сколько охотников ищут вас? – поинтересовался Кормак.

– Напало на нас всего пятеро, но их число пополняется. И ему повинуются другие силы, хотя при благородной Андуине я не стану о них говорить.

– Не бойся за меня, Олег. Я знаю про демонов.

Они тоже нападали на меня.

– Так как же ты осталась жива?

– Благодаря доблести других. Кормак спас мне жизнь, как и монах, про которого ты слышал.

– Так демонов можно победить?

– Непобедимости не существует. Нет такого зла, над которым нельзя взять верх. Пусть даже это сам Вотан.

– Мне бы хотелось, очень хотелось поверить этому, но он теперь король за морем, и все народы приносят ему дань своего уважения – даже Рим шлет дары с послами, которые кланяются и расшаркиваются.

– Утер не кланяется и не расшаркивается, – сказал Кормак. – Вотану еще предстоит переведаться с Кровавым королем.

– Я знаю. Об этом шепчутся во всем мире, Кормак.

В каждой харчевне люди гадают, за кем останется верх.

Говорят, Утер владеет волшебным Мечом, подаренным каким-то богом, – Меч этот однажды рассек небо, точно занавес, и люди увидели два солнца, пылающих на небесах. Мне хотелось бы увидеть день, когда они с Вотаном встретятся лицом к лицу.

– И мне, – согласился Кормак. – Кровавый король и Кровавый бог.

Рианнон напряглась, голова у нее вздернулась, ладони прижались к лицу.

– Что с тобой? – спросил Олег, и его могучая рука обняла ее плечи.

– Охотники отыскали нас, – прошептала она.

В наступившей тишине Кормак услышал, как заколотилось сердце у него в груди. Страх поднялся в горле комком желчи, и он почувствовал, что руки у него дрожат. Всю свою жизнь он был игрушкой чужих прихотей, его били плетьми и кулаками, не давали возможности выпрямиться и познать силу и мощь гордости, не давали времени обрести силу, заложенную в смелом сопротивлении. С Кулейном его поддерживал гнев, но теперь, при приближении врагов, он испытал жуткое отчаяние, холодом расползающееся по его коже, пригибающее к земле.

К нему подошла Андуина, ее мягкая ладонь коснулась его щеки, ее пальцы разгладили узлы напряжения в его плечах. В его мозгу ее голос прошептал: «Я люблю тебя, Кормак».

Глубина ее чувства согрела его, как зимний костер; лед панического страха испарился перед ним.

– Сколько их? – спросил он вслух.

– Трое, – прошептала Рианнон.

– Как близко?

– На южном склоне, спускаются к хижине.

– А у меня нет меча! – загремел Олег, ударяя кулаком по столу.

– Но у меня есть! – сказал Кормак негромко, взял руку Андуины, поцеловал ладонь, а потом подошел к очагу, где к дальней стене был прислонен меч Кулейна.

– Я с тобой! – объявил Олег, хватая со стола кухонный нож и приподнимаясь.

– Нет, – сказал Кормак. – Погоди… и разделайся с тем, кто останется жив.

– Ты не сможешь справиться с тремя!

Кормак пропустил его слова мимо ушей и вышел в холодный солнечный свет. Он быстро подошел к пню для колки дров, положил меч рядом с ним и взял топор.

Шестифунтовая железная насадка впилась в чурбак и аккуратно развалила его. Он поднял другой чурбак и продолжал колку. Несколько минут спустя он услышал, как по двору идут охотники, и обернулся. Рианнон не ошиблась, их было трое – бородачей, высоких, в бронзовых шлемах, из-под которых падали волосы, заплетенные в косы. На всех были плащи из овчины, а шедший впереди держал круглый деревянный щит, окованный бронзой. В другой руке он сжимал длинный меч.

– Вы ищете приюта? – спросил Кормак, всаживая топор в пень.

– Ты тут один? – отозвался главный. Выговор у него был гортанный, глаза холодные, как снег вокруг.

– Вы нездешние, – сказал Кормак. – Вы что, заблудились?

Второй и третий направились к хижине, и Кормак, подобрав меч, начал стряхивать с него снег.

– Мой кров обойдется вам в монету, – окликнул он их.

Они остановились и посмотрели на воина со щитом.

– Хороший меч, – сказал тог. – Очень хороший. – И, обернувшись к своим подчиненным, он заговорил на языке, которого Кормак никогда раньше не слышал. – Мне нравится этот меч, – добавил он, оборачиваясь к Кормаку.

– У тебя острый глаз. Так вы заплатите или пойдете дальше?

– Ты думаешь, я стану платить за то, чтобы войти в Этот хлев?

– Ты не войдешь, если не заплатишь.

– Не серди меня, желторотый! Я замерз и иду издалека. Женщина у тебя есть?

– За нее плата отдельная.

Воин усмехнулся:

– Неужели в этой проклятой стране продается все?

– Да, – сказал Кормак.

– Ну, женщина мне не требуется. Мне нужна горячая еда и сведения.

– Ближайшее селение – Дейчестер. Вам надо спуститься в долину, а потом пойти на восток по оленьим тропам. Доберетесь туда завтра на заре. Ну а кроме – есть еще Пинната-Кастра.

– Мы ищем мужчину с девушкой. И вот за эти сведения заплатим монету.

– А почему вы ищете их тут? На этой горе нет никого, кроме меня и моей жены.

– В таком случае ты мне ни к чему.

Он повернулся к своим подчиненным и заговорил с ними шепотом, а в мозгу Кормака голос Андуины шепнул: «Он приказывает им убить тебя».

Кормак глубоко вздохнул и пошел к ним, улыбаясь.

– Есть одно место, где вам, наверное, стоит поискать, – сказал он, и все трое расслабились.

– Где? – спросил главный.