Чтение онлайн

Облако пыли постепенно окутывало нас мраком. Теперь грузовики едва ползли: дорогу заполняли беженцы из города. Ехали машины, шагали хорошо одетые люди с тележками, полными всякого барахла. Родители везли детей на колясках. Кое-кто из ребятишек махал солдатам. Родители, заслоняясь руками от света фар, ошалело смотрели нам вслед, как будто мы спятили. Или они.

Уже в кромешной мгле до нас донесся запах — запах горящих зданий и паленого мяса. Впрочем, нет, мглой это не назовешь: Питсбург все еще полыхал, и красное пламя, отражаясь от низких облаков, освещало нам лица. Мы выпрыгнули из машин, разминая затекшие ноги, и построились по ротам. Вокруг стояли уцелевшие жилые дома — однотипные, двухэтажные и сооруженные так давно, что мертвые деревья в садах были в обхват, как мое бедро. Пепел на несколько дюймов покрывал все кругом и продолжал падать.

Капитан Якович вышел перед строем. Пыль и прах кружились в воздухе, серебрили его волосы, заставляя кашлять через бумажную маску.

Он уперся руками в бока.

— Вы знаете, что тут произошло. Нас вызвали помочь. Наша задача: искать уцелевших, предотвращать мародерство, помогать беженцам и содействовать группам военной разведки.

Правильно, выходит, мы коллективным разумом в грузовике дотумкали. Вот только разведка-то тут при чем? Эти чего здесь забыли?

Битый час, на холоде и под пеплопадом, мы играли в «пошевеливайся и жди», пока Якович говорил по рации. В окнах, на фоне тусклого свечного или фонарного света, виднелись силуэты зевак — взрослых и детей. Уцелевшие счастливчики, оставшиеся без света, воды, тепла и продуктов.

Подкатил грузовичок поменьше наших, водитель откинул борт кузова, и мы принялись выгружать коробки. Боевые пайки. Пришла пора гражданским отведать ужасов войны. По крайней мере, раздавать здесь еду безопаснее, чем ехать в горящий центр города.

Когда грузовик разгрузили, инструктор махнул мне лезть в кузов.

— Зачем, господин инструктор?

Тот пожал плечами.

— Шпионы попросили рабочую силу. Считай, что ты вызвался, Уондер.

Шпионы? Военная разведка то есть? На кой черт разведке сдался необученный курсант? Грузовик дернулся и покатил прочь от Вальтера и всего третьего взвода. Меня швыряло от одного края брезента до другого, к горлу подступил комок. Это нечестно! Пусть ребята мне и не семья, но ближе у меня никого нет. А теперь вот и их отобрали.

Какое-то время я трясся в грузовике и оплакивал себя, пока не сообразил, что в кузове посветлело и меня больше не знобит. Вонь усилилась, огонь ревел громче.

Я откинул край брезента. Окутанные черными проводами выкорчеванные столбы превратили дорогу в полосу препятствий. Машины лежали опрокинутыми. Разбитые окна зияли чернотой.

Грузовик остановился, и я вновь оказался на земле. Теперь уже ближе к эпицентру взрыва.

Огонь припекал незащищенное лицо. Он всасывал в себя воздух, и созданный ветер трепал мои рукава. Если снаряд упал в самой середине города, то до него оставалась, видимо, всего пара миль. Даже на следующий после взрыва день центр Питсбурга извергал пламя где-то на полмили вверх. Рев огня сотрясал землю, где жалобно звенели бесчисленные стеклянные осколки, отражая бушующее пожарище.

Не успел я и моргнуть, как грузовик умчался назад. Я огляделся. Футов на пятьдесят от меня пламя высвечивало контуры офицера средних лет. Капитан. Рядом с ним стоял складной стол, сверху был растянут брезентовый навес, прогибавшийся под тяжестью пепла, вокруг — три зеленых прицепа и мощные лампы на шестах. Где-то рядом жужжал переносной генератор.

— Ты пока не в аду, парень, — крикнул капитан, сложив рупором ладони, — но отсюда его уже видно.

Я взял под козырек, но офицер вместо ответного приветствия только подозвал к себе, махнув усталой, не тренированной рукой. Капитан важно и неторопливо оглядел меня сверху донизу.

— Инопланетян когда-нибудь видел?

Я просиял.

— Мой взводный сержант внушает подозрения.

Он вздохнул.

— Ну ничего — что просил, то и получил. Сойдет. Кофе хочешь? — Он махнул на термос и стаканы на столе. — Меня Говардом Гибблом зовут.

Я пожал протянутую руку — тоненькую, на такой ни разу не подтянешься. На капитане был новый камуфляж, не то что наше старье. На воротнике с одной стороны располагались две серебристые капитанские пластинки, с другой — меч, компас и роза: эмблема военной разведки.

Капитан пригладил седеющие, коротко остриженные волосы и затянулся сигаретой.

— Не жди от меня сержантских замашек: я в армии, поди, меньше твоего служу. До прошлого месяца я преподавал в Невадском университете, искал следы внеземного разума. Хочешь верь, хочешь нет.

Я верил: сразу видно, что ордоподобные инструктора его не дрессировали. Камуфляж висел на тощей фигуре капитана мешком, измятый, как морщины на лбу. Ботинки выглядели так, будто чистил он их не щеткой, а шоколадным батончиком.

— Всю жизнь я надеялся, что мы не одни во Вселенной. — Он сплюнул и оглянулся на пламя. — Теперь вот думаю, какой же я был дурак.

— Что прикажете, сэр?

— Пока поспи вон в том прицепе. Вся наша братия давно там дрыхнет. Тронемся, когда будет светлей и прохладней.

С рассвета я трясся в машине. Вопрос про инопланетян не сулил ничего хорошего, зато разрешение спать было как бальзам на душу.

К утру пожар угас, ветер стих и остались только тлеющие угли. Я вылез из прицепа и, почесываясь, двинул в нужник. По площадке между прицепами бродили остальные солдаты. Хотя солдаты — это я условно говорю. Рожи небритые, шнурки не завязаны — да Орда от одного взгляда на них удар бы хватил. Целое отделение башковитых слюнтяев, слыхал я о таких. «Специальные подразделения» называются. Я прислушался к их заспанным беседам: тут были и ракетостроители, и биологи, и даже экстрасенсы с шаманами. В поисках ответов человечество хваталось за любые соломинки.

Гиббл выудил пончик из коробки со стола и отошел, жуя и посыпая куртку пудрой.

— Угощайся. Как поешь, отправимся в центр города на поиски обломков от снаряда.

Я чуть пончиком не подавился. Центр города был ямой, заполненной расплавленной огненной массой.

— Туда?

— В защитных костюмах.

— В защитных костюмах? Но ведь обломки…

— Не радиоактивные, нет, — кивнул Гиббл, — даже не взрывоопасные. Эти снаряды — просто огромные куски материи, летящие с запредельной скоростью. Достаточно кинетической энергии, чтобы спалить город. Мы-то привыкли, что города испепеляют взрывчаткой, однако глыбы из космоса работают точно так же. Спроси динозавров.

— А зачем нам обломки?

Он закатил глаза к дыму.

— А что нам еще изучать? Так хоть установили, что враг прилетел извне Солнечной системы. Металлы в снарядах для наших окрестностей слишком редкие.

Что-то подсказывало, что наши с Говардом представления об окрестностях разнятся на световые годы. Он подыскал мне резиновый противогаз вроде тех, которые носят пожарные, с маленькой штуковиной сбоку, вырабатывающей кислород. Поверх одежды и ботинок мы надели огнеупорные защитные костюмы. Мне еще достался пустой рюкзак.