Чтение онлайн

Это зрелище явно ввело в ступор нападающих. По крайней мере, мои эльфы замерли и даже пару шагов назад сделали, отступая и собираясь с мыслями. Секундная передышка мне на руку. Я осматриваюсь. Морвеллен удивленно смотрит на Пердомудила, а тот глядит на неё с триумфом. Авва вынула из сисек трупик эльфа и теперь размахивает им, как мягкой дубинкой. Двоих пришибла, остальные тоже отступили, как от меня. Гусь спокойно сидит на столе с окровавленным клювом. Клювом… Чёрт, он же сделал из одного нападавшего рыцаря смерти! Вот почему двое из троих гусиных атаковавших лежат на полу, а третий с пустым взглядом стоит с окровавленным мечом на страже стола.

В следующий миг всё резко изменилось. Один из вражеских солдат швырнул метательный ножик в Авву, прямо в грудь. Видимо, перепутал приказы, кого убивать, а кого брать живьём. Но ей было на это пофиг. Но не её иллюзионному медальону, в который этот нож попал!

— Серебряная богиня! Серебряная богиня! — пронёсся по комнате гул голосов, и эльфы начали вставать на колени.

— Серебряная богиня сгинула тысячи лет назад, идиоты! — рявкнул бы Пердомудил, если бы призрачная голова могла издавать звуки громче, чем шёпот, но его никто не слушал.

Никто на безголового эльфа не обратил внимания, даже когда он начал пинками пытаться поднять своё войско. И никто не пришёл к нему на помощь, когда новоиспечённый «рыцарь смерти 44 уровня» подошёл к Пердомудилу, поймал того за руку и произнёс:

— Изыди.

И Пердомудил изошёл. Тело обмякло и упало на пол, а призрачная голова его развеялась, как дымок над фитильком задутой свечи. Я удивлённо посмотрел на Норрдралкера. Тот в ответ пожал плечами. И действительно, на расспросы времени не было, а медальон гусю мы выдавать не стали. Но даже это событие не привнесло никаких изменений в поведение пришедших в религиозный экстаз ушастиков. Они стояли на коленях и вытягивали руки в сторону Аввы, так блаженно лыбясь, что я на серьёзных щах задумался о том, чтобы открыть в этих краях психиатрическую клинику. Нет, они не пытались до неё дотянуться, и даже не ползли к ней с какими-то мольбами. Просто стояли и улыбались. Лишь Морвеллен на неё было пофигу. Возможно, потому что она принадлежала другой богине?

— Нет, нет… Не-е-е-е-ет… — раздался голос Морвеллен.

Я оглянулся в её сторону. Королева стояла на коленях… Нет, Авва не причём. Она держала в руке обломок своего жезла в правой руке. С левой капала кровь. Второй обломок жезла лежал на полу.

— Надо… Надо бежать. — эльфийка подняла на меня полные ужаса глаза. — Скорее, а не то…

В коридоре послышался отдалённый топот множества ног, постепенно нараставший по громкости. Не нужно было быть гением, чтобы понять — он приближался.

— Они что, знали?.. — упавшим голосом выдавила из себя слова Морвеллен. — Беги, Александр. Бери своих спутников и беги. У вас есть все шансы пробиться. Ломигель, матерь тёмная…

— Да погоди ты матерей вспоминать. — перебил я её безо всякого пиетета. — Ладно, палка. Магия и всё такое, понимаю. Но вон, эти сиськам кланяются. На других не сработает?

— Женщины её растерзают. — отрицательно покачала она в ответ головой. — А если нет, то просто завалят трупами. Своих мужиков. Долго объяснять, бегите!

— Блин, не люблю в начале партии с козырей ходить… — поморщился я и принялся доставать из своего походного мешка колечко телепорта. — Ав, Нор, ко мне. Тут вроде полуметровый радиус захвата…

— Что это? — эльфийская королева удивленно посмотрела на древнюю штуковину.

— Запасная дверь. — усмехнулся я, без особых церемоний просто бросая кружок на пол. Разумеется — плашмя, а то укатится щас… — Быстро, ко мне все. Морвеллен, хватай свои палку, авось починим.

— Не починим. — покачала она в ответ головой, но подхватила обломки и подскочила ко мне.

И когда вся наша толпа собралась на колечке, я его активировал и мы перенеслись в убежище. Оказались мы, разумеется, в максимально тёмном месте. Ведь как любой культурный человек, выходя, мы погасили свет.

— Где мы? — удивлённо огляделась королева, едва я включил освещение.

— В том самом подземелье, в которое вы меня направили, ваше тёмность. — признаваться я не хотел, но сказал честно, как есть.

— Ты… Ты меня обманул. — слегка прищурилась остроухая.

— Когда? — показушно возмутился я, абсолютно готовый к этой ситуации.

— Ты не сказал, что у тебя есть способ сюда переместиться.

— И что? Ты мне наверняка тоже очень многого не сказала. А вот мои слова ВСЕ — чистейшая правда! Не соврал ни единого словца, любые боги свидетели! Хоть даже ваша великая Ломигель!

— Не заигрывай с тёмной матерью, человек… — достаточно холодным голосом ответила Морвеллен и хотела ещё что-то продолжить, но я вновь её перебил.

— Вообще не думал с ней заигрывать. — я возмущённо взмахнул рукой. — Вообще, люблю молоденьких, а на милф не засматривался. Хотя, она для её возраста очень даже ничего такая многодетная милфочка.

— Ох, ты правда считаешь, что я ничего? — раздался игривый голос, от которого начали седеть волосы на яйцах.

Я медленно повернулся в сторону его источника. Богиня тьмы сидела на столе, закинув ногу на ногу, неподалёку от телепортационной платформы, но вне поля зрения. Я прошёлся по ней взглядом. Чёрное платье, облегающее руки и тело, и свободная юбка с высоким разрезом. И я готов поспорить, что этот разрез прямо сейчас появлялся, оголяя достаточно такую аппетитную ножку. К этим ножкам бы, да Аввины сиськи, но с ними у Ломигель была такая же беда, как и у всех местных. Хотя, возможно, это не проклятье, а просто индивидуальная особенность. Но чем такая особенность не проклятье?

— Что за хрень?! — удивлённо воскликнул я и зажал рот руками, как только понял, что всё это вслух озвучил, а богиня тьмы рассмеялась и спрыгнула со стола.

— Так, небольшой безобидный фокус. — хихикнула Ломигель.

— Ага, безобидный. — усмехнулся гусь. — Этой маной можно было средненькое такое кладбище поднять.

— Тёмная мать, прости этих невежд, ибо не ведают они, что болтают… — встав на одно колено и преклонив голову, встряла в разговор эльфийка.

— Да всё они ведают! — рассмеялась богиня. — Потому и приглянулись мне. В отличие от «детишек». Нет, вы видели, а? — на этих словах она обвела глазами нас всех. — Жезл власти на две части расколоть! Встань, Морвеллен! Встань и подними голову. Этот час должен был настать рано или поздно, и в том нет твоей вины. Теперь нужно покарать виновных. А если ты сочтёшь, что виновных слишком много и тебе их станет жалко, то я просто наложу на Тёмный лес проклятье.