Чтение онлайн

Идет Сийм по городу и то на кучи камней, то на горы земли натыкается. Догадался он, что кому-то из горожан вздумалось выкопать канавы, но до конца дело довести было лень, а засыпать ямы и подавно никто не стал.

Наконец очутился Сийм на великолепном бульваре. Он даже рот разинул от удивления — никогда ему еще не случалось видеть такой нарядной и пестрой толпы.

Мимо как раз шла маленькая девочка и вела на поводке поросенка. Несмотря на жару, хрюшка была в жилетке из зеленого сукна, а на пятачке у нее красовался намордник, как у собаки.

Не успела девочка скрыться из виду, как внимание Сийма привлекли женщины в больших желтых шлемах. Когда они подошли поближе, оказалось, что это вовсе не шлемы, а половинки выдолбленных тыкв — самые модные шляпы в Чтохочуйске.

Прохожие то и дело толкали Сийма, благоговейно глазевшего на бурлящую вокруг него жизнь. Где еще увидишь, как мальчишки качаются на выставленных в витринах люстрах, а девочки шныряют между роялями и танцуют на клавишах.

Грудь Сийма переполнилась неизъяснимой радостью. Великан решил немедленно проверить, может ли и он в Чтохочуйске делать все, что взбредет в голову.

Глянул по сторонам и увидел тяжелую дубовую дверь. Она так и звала, так и манила его. Желтый башмак поднялся, размахнулся и что было сил обрушился на нее. Дверь разлетелась в щепки. Сийм испуганно оглянулся, но не увидел ни одного недовольного лица. А трое парней весело смеялись, сидя на ветвях кряжистого каштана и наблюдая, как Сийм вытаскивал из-под обломков двери свой желтый башмак.

Первая попытка удалась.

Ну, да ладно, Сийм просто охмелел от безграничной радости. Он чуть было не захлопал в ладоши, как ребенок, да мешали смолистые еловые посохи, прилипшие к ладоням.

Одна-единственная забота не давала ему теперь покоя: как бы веселее и приятнее провести время. Ломать двери ему надоело: они же не сопротивляются — сразу разлетаются в щепки. Но с этой заботой можно было еще повременить. Сначала следовало попариться в бане и смыть с себя дорожную усталость.

Долго искать баню ему не пришлось.

Она оказалась тут же, на углу, сразу за высокой лестницей, с которой какая-то веселая старушка скатывала, как мячики, вилки прошлогодней капусты.

Кочны с глухим стуком прыгали по ступенькам. На тротуаре и на мостовой их набралась уже целая куча.

Ну, да ладно, вошел Сийм в баню, разделся и стал мыться.

Из двух кранов с шумом лилась горячая и холодная вода, а из третьего струился даже желтый лимонад. Сийм так густо намылился, что стал похож на статую из белой пены, а из ушей и из носа у него полезли мыльные пузыри. Мыло попало в глаза.

Кое-как отфыркавшись, ощупью взял он шайку — хотел налить воды и ополоснуться. Открыл кран с холодной водой, чтобы плеснуть в лицо. Но из крана даже не капнуло — ни из первого, ни из второго, ни из третьего, того самого — лимонадного.

Ясное дело, баня-то находилась в Чтохочуйске, здесь ничему дивиться не следовало.

Стал Сийм вслепую пробираться в предбанник. Как привидение, весь в мыльной пене, с трудом нащупывал он стены и отыскивал дверные ручки. Пока добрался до своей одежды, мыло чуть глаза не выело. С грехом пополам обтерся Сийм рубашкой и штанами. Но благодушия не потерял, хотя кожа у него зудела.

От банных своих трудов Сийм так проголодался, что в животе заурчало. Навострил он носок своей синей сандалии в сторону столовой, и желтый ботинок покорно заковылял следом.

В столовой Сийма тоже поджидали чудеса.

Такого занятного места он в жизни не видывал. Столы стояли там вверх тормашками, стулья высились посреди зала башней. Чтобы достать стул, надо было карабкаться под самый потолок.

Сийм перевернул стол, поставил его как следует на ножки и стал ждать.

Но официантки так и не появились. Кое-кто из посетителей — наверно, это были коренные жители Чтохочуйска — сами шли на кухню и возвращались в зал, засовывая что-то из горсти в рот.

Сийм решил тоже заглянуть на кухню. Взял и он полную пригоршню, откуда другие брали. Да ничего, кроме изюма, там не оказалось.

Уплетая сладкие сухие ягоды, Сийм невольно вспомнил прошлогодний праздник в колхозе. На стол тогда подавали копченую оленину, свиной студень, душистый хлеб.

Но, видно, никто здесь не хотел жариться у плиты, чтобы готовить еду для незнакомых людей.

И тут Сийму в голову пришла прекрасная мысль: перейти на саморуководство.

Только Сийм подумал об этом, как синяя сандалия сорвалась с места и помчалась вперед, да так быстро, что желтый башмак едва поспевал за ней.

Здание, куда победоносно вошел Сийм, было электростанцией.

На всех стенах здесь висели щиты с множеством рубильников.

Рубильники можно было двигать вниз и вверх и таким образом по своему усмотрению управлять освещением всего города.

Наступил вечер, а вместе с ним и самое подходящее время для опытов.

Включил Сийм первый попавшийся рубильник и выглянул в окно.

На улицах вспыхнули фонари. Но цепочки огней были какие-то неровные. Должно быть, оттого, что мальчишки поразбивали много ламп. Впрочем, света хватало и так: солнце еще не село и небо пылало, будто целая сотня электростанций освещала его.

Включил Сийм второй рубильник, из окнах квартир замерцали голубые экраны.

Не беда, что изображения на них не было. Значит, никому из жителей Чтохочуйска не хотелось читать своим согражданам лекцию.

Когда Сийм включил третий рубильник, в кинотеатрах сами собой пошли увлекательные фильмы, и горожане, расталкивая друг друга, шумной толпой ринулись в залы. В Чтохочуйске не было желающих продавать билеты, потому-то каждый и спешил сам устроиться получше. Сильные, конечно, садились на хорошие места, а слабые — где придется.