Чтение онлайн

Нет, это тяжелее. В этом случае, я ничего не смогу скрыть от тебя, и ты чертовски многое увидишь в моих глазах. Я натягиваю веревку на своих запястьях.

— Будет легче, если я смогу дотронуться до тебя.

Его рот растягивается в мимолетной улыбке.

— Не сейчас.

— Почему нет?

Прежде чем я снова смогу сомкнуть ноги, он быстро разводит их и кладет поверх своих.

— Себастьян! — шиплю я.

— Пусть будут тут, — строгим голосом говорит он, прежде чем пальцем начать ласкать внутреннюю часть моей груди. Я еле сдерживаю возглас удивления, когда он хватает мою грудь своим фирменным захватом и опускает к ней голову, двигая носом по ложбинке. Он медленно вдыхает, потом так же медленно выдыхает. Отпустив меня, он скользит пальцем вниз, к центру моего тела.

— Почему ты не увидела меня в Басе?

Его вопрос подразумевает диалог, но он сосредоточен на своей руке, скользящей по животу к маленькому участку рыжих волос между моих ног. На долю секунды, когда его нос прижимался ко мне, Себастьян прозвучал таким же уязвимым, как я себя чувствую с ним, поэтому я отвечаю честно:

— Я думала, что узнала тебя в вертолете, но потом ты спустил очки, и у тебя были другие глаза. Будучи Басом, ты носил контактные линзы, чтобы изменить свой карий цвет?

Он поднимает свои глаза к моим, в то время как его палец опускается ниже, к моему входу.

— Когда ты сняла свои очки в вертолете, я моментально тебя узнал. И нет, я не ношу линзы. Во время миссии пару лет назад я попал под ударную волну бомбы. По-видимому, черепно-мозговая травма способна изменить цвет глаз.

— Прости, я не знала, — я вспоминаю о его шраме вдоль правой руки и осматриваю его лицо в поисках других повреждений. И именно тогда я замечаю тонкую красную линию, изгибающуюся вокруг его горла.

— Тот взрыв повлиял и на твой голос?

Когда он кивает, я смаргиваю подступающие слезы. Не могу позволить ему увидеть их, потому что прекрасно понимаю, что он из тех мужчин, кто не нуждается в сочувствии, но я могу показать ему.

— Отпусти меня, Себастьян.

— Не сейчас, — говорит он свирепо, пока его палец скользит глубоко внутрь меня.

У меня перехватывает дыхание, и не могу сдержать стон, сорвавшийся с моих губ. Если он не позволяет мне утешить его физически, слова — это все, что мне остается.

— Были и другие вещи, которые ты сказал или сделал, будучи Басом, которые заставили меня изумиться.

В медленном и мучительном темпе он проникает в меня и вторым пальцем.

— И все же ты не согласилась поужинать с Басом, потому что он напоминал тебе обо мне.

Раздвинув пальцы глубоко внутри меня, он сгибает их и медленно потирает в местечке, которого еще никто и никогда не дотрагивался. Все, что он делает, чувствуется так хорошо, я делаю все возможное, чтобы не дрожать всем телом, но не могу не закрыть глаза в чистом экстазе.

— Себастьян, — я выдыхаю его имя. Мое тело натянуто, как тетива лука, я готова сорваться из-за набухающей внутри страсти.

— Ты сказала, было и хорошее, и плохое, — хрипит он.

Я мысленно вздрагиваю от его интерпретации своей тогдашней реплики.

— Я не правильно сформулировала.

— Смотри на меня, — требует он, вдалбливаясь в меня сильнее, увеличивая мое желание.

— Я… я не могу, — говорю я, вздрагивая от быстро растущего удовольствия, что распространяется на каждое нервное окончание моего тела.

Тогда он наклоняется и зажимает мой сосок между зубами, применяя достаточную силу, чтоб заставить меня подпрыгнуть и распахнуть глаза.

Из-за моего резкого движения бутылка с водой, стоящая на полке, падает, и пока все ее содержимое просачивается между толстыми деревянными досками, Себастьян не теряет сосредоточенность. Его голубые глаза прикованы к моим, отражая разочарование и жар. Сильнее изогнув пальцы, он начинает давить на заветную точку еще интенсивнее.

— Как еще это может быть, если не хорошо?

Не в состоянии контролировать свой ответ, я отдаюсь бешеному оргазму, способному остановить сердце. Когда мое тело начинает биться в чистых, мощных волнах наслаждения, я в шоке он теплого фонтана, оросившего его пальцы.

Мое лицо мгновенно вспыхивает, и голос дрожит от стыда.

— Господи, я что сейчас…

Он расплывается в улыбке, полной мужского удовлетворения.

— Нет, но ты только что подарила мне нечто вкусненькое.

Поместив свои пальцы в рот, он стонет и зарывается носом в складку между моей шеей и поднятой рукой, все его тело натянуто.

Желая отблагодарить его, я пытаюсь обхватить его бедра ногами, чтобы приблизиться, но Себастьян сжимает меня и держит, лишь жарким дыханием обрушиваясь на мое горло.

— Если ты сейчас прикоснешься ко мне, я так взвинчен, что либо бессмысленно трахну тебя, либо взорвусь. Просто… дай мне минутку.

— Что плохого в том, чтобы трахнуть меня бессмысленно?

Он страдальчески ворчит мне в шею.

— Ну и кто из нас садист?

Пока он держит голову у меня на плече, я шепчу ему на ухо:

— С тобой граница между хорошим и плохим размыта. Твой напор не пугает меня, Себастьян. В отличие от твоего упорства.

Он смотрит на меня, напряжение в его теле хоть и не до конца, но все-таки спадает.

— Упорство и инстинкты идут рука об руку во мне. Эта парочка еще ни разу не подводила меня. Когда мне хочется чего-то, я не успокаиваюсь, пока не получаю это.

Я побаиваюсь спрашивать, но мне нужно знать.

— А как ты поступаешь с приобретениями, которые на проверку оказываются не настолько хороши, как ты рассчитывал?